Просто хочу (СИ) - Пожидаева Ольга

— Киря, бросай все дела, бери мою машину и дуй на Бартон Вэй 9291 в Беверли Хилз. Отель Эрмитаж. И узнай, где съемки у Мэйсона.

— Сонь, а не пошла бы ты в китайский кафетерий? Я порядком притомился быть вашим Купидоном на строгом ошейнике. У меня дел чуть выше, чем по горло. Между прочим твоих дел, золотая моя. Или всё меркнет перед членом божественного Мэйсона?

— Кирюш, — заныла я, зная, что он не сможет отказать такому тону, — Я сижу в его номере, у меня нет ни машины, ни одежды. Похоже, и лучший друг посетил будку «Не влезай, убьёт». Ну тебе же не трудно? Мы все дела вроде вчера порешали.

— Все да не все, — заворчал он, сдаваясь, — Сроду все эти твои критические ситуации на грани фола. Перезвоню, когда буду на месте.

И отключился.

Заказ из магазина был доставлен через тридцать минут. Приняв душ и легкий завтрак, я начала готовиться к "обеду".

Спустя еще полчаса из зеркала на меня смотрела голодная развратница: локоны распущены, немного туши, румян и блеска для губ, черный корсет и кружевные трусики, пара шелковых чулок в тон белью.

Так уж и быть, прикроюсь плащом из сострадания к ближним. К Кириллу хотя бы. Ноги в туфли и вперёд.

Надеюсь, ты готов, Крис?

Сев в свою машину на сиденье пассажира, я демонстративно дула губы на Кира.

Он усмехнулся:

— Ну разговаривать со мной необязательно, Северова. Хотя я рад видеть тебя… одетую.

Я не выдержала и улыбнулась. Сменив гнев на милость, я чмокнула в его в щеку, я спросила:

— Ты узнал? Куда едем?

— Едем в Санта-Монику. Пришлось наплести Донне, что у племянницы день рождения, и она страстно мечтает обрести автограф Мэйсона. И чего только мне не приходится делать ради твоей звездной задницы, Сонька.

— Кто это тут звездная задница? Не надо меня ни с кем путать, — я уставилась на Орлова в изумлении.

— У тебя есть симпатичная задница. Плюс — ты у нас специалистка по звездам. Поэтому — да, ты звёздная задница, — вот так вот Кир прилепил мне прозвище Мэйсона.

Кирилл привёз меня на место съемок, провел на закрытую территорию, где стояли трейлеры.

— А как ты доберешься в город, Кир? Прости, я такая эгоистка.

— Не переживай, я взрослый мальчик, доберусь живой и с комфортом. И вали уже, а то передумаю.

Он щелкнул меня по носу и пошел обратно.

Вагончик Криса я нашла почти сразу. Его охранник Дин, как всегда, дежурил рядом. Увидев меня, он стукнул в дверь, выглянул Крис. Мне понравилось выражение его лица.

— Привет, — он отошел, пропуская меня внутрь.

— Привет.

— Какими судьбами? — Крис запер дверь и развернулся.

— Пришла тобой пообедать.

— Прямо тут?

— Чем тебе тут плохо? — я включила плохую девочку, — Но если желаешь, можно выйти на улицу — там веселее. Дин посторожит. Папсов порадуем.

— Ты нарываешься что ли?

— А ты стесняешься что ли?

Крис сверлил меня глазами. Еще немного напряжения и током ударит, ей-богу.

— Пройти можно, мистер? Или даже раздеться не предложите?

— Проходите, раздевайтесь, мисс, — подыгрывал мне Крис, усмехаясь.

Я повернулась к нему лицом и медленно потянула за пояс.

Полы плаща разошлись, глаза Мэйсона вылезли из орбит. Пока он глазел, я сняла плащ, бросила на диван и смело взглянула на него, задрав подбородок.

— Софи, ты понимаешь, что попала? — заулыбался он.

— Не надо строить глазки удаву, милый.

— Черта с два.

Не успела я ахнуть, как послышался треск ткани, и наконец удалось вдохнуть полной грудью. Потому что корсета на мне больше не было. Руки Криса легли на мою талию, развернули меня. Я оказалась прижата лицом к стенке. Между моих ног вторглось его колено, заставляя развести их. Не оставалось ничего, как упереться руками в стену.

— Ты точно хочешь моей смерти, детка. — прошипел он, жадно блуждая ладонями по изгибам моего тела.

Крис жадно сминал мою грудь. Грубо и нежно одновременно, и было в этом напоре что-то первобытное, сводившее меня с ума. Я бесстыдно простонала.

— Веди себя тихо, Софи. Здесь полно ушей, — цыкнул он.

Его рука легла на шею, обхватывая под подбородком, другая спустилась вниз по животу, дразня меня через промокшую ткань трусиков. Я зажмурилась, напряглась и сжала зубы, чтобы не стонать в голос.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— О, я даже боюсь представить, о чем ты думала по дороге сюда, малышка, — прошептал он мне в затылок, стягивая трусики.

Я громко захныкала, не выдержав. Крис зажал мне рот рукой. Визгнула молния его джинсов, Крис вошел в меня одним мощным толчком.

Мой крик в ладонь.

Не дав привыкнуть, он начал двигаться, и шепча непристойности мне на ухо.

Темп был сумасшедший. Моё тело быстро сдалось напряжению внизу живота, и через несколько минут я кончила. Аж ноги подкосились.

Крис подхватил меня и отнёс на диван, уложив на спину.

— Быстро ты сдалась детка. Но я еще не закончил.

Он снова вошел в меня. Я выгнулась от лавины ощущений — все внутри было настолько чувствительно, практически болезненно.

— Кристофер, — прошептала я, но он поймал мой рот губами, поглощая мою несдержанность.

В этот раз мне не хотелось нежности. Мне было мало. Я хотела сильнее, острее, ярче. Я начала извиваться под ним. Он отстранился и, поймав глазами мой взгляд, нежно погладил по волосам. И вдруг — мощный толчок. Я ахнула. Пристально глядя в глаза, он опять гладил мои волосы. Толчок.

Чередуя нежность с неистовой страстью, Крис словно пытался мне сказать то, что не выразить словами. Будто открывая мне потайной уголок своей души, он одновременно заявлял на меня права собственника, вколачивая их в меня каждым мощным выпадом в моё тело.

Я потерялась во времени и в его глазах. Мы оба начали задыхаться, чувствуя приближения оргазма.

Понимая, что не сдержусь, я зашептала:

— Крис, я не смогу. Я… я закричу.

— Кричи, детка, кричи.

Он накрыл мой рот своими губами в тот момент, когда мой мир встряхнуло мощнейшее землетрясение.

Крис был все еще во мне. Мы так и лежали какое-то время, тяжело дыша, пока мои ноги не заныли. Совсем не хотелось выползать из укрытия. Здесь, под этим красивым мужчиной, самое уютное и безопасное место на Земле. Это больше, чем рай. Это лучшая ароматерапия для моей измученной души — запах его тела, его желания. Это лучшая иллюзия мира грёз — обладание им хоть на час, хоть на миг. И это лучшая мечта — иметь от него ребенка.

Громкий стук в дверь заставил нас вздрогнуть.

— Кристофер, через десять минут на грим, пожалуйста, — позвал женский голос.

Недовольство прозвучало во вздохе Мэйсона. Он приподнялся, улыбнулся и протянул руку, помогая встать. Этот манёвр мне дался с грацией скрипучей телеги. Хохотнув, Крис чмокнул меня в макушку и начал одеваться. Я пошатываясь, начала собирать свои тряпки с пола.

Корсет, мягко говоря, драненький. Я решила сумничать, съязвив:

— Пожалуй, я и трусики не буду одевать — им будет так одиноко на моем теле.

— Кстати о теле, конфетка, — очнулся Крис, — Что это за порнографическая обертка была на нем сегодня. Какого черта ты разгуливаешь голой по ЛА?

Ой.

— Ты сейчас говоришь о моём виде до?

— Ты поняла, что я имел в виду, Софи.

Блин, он злится?

— Тогда как назвать то, как я выгляжу сейчас? — не унималась я. — Ты сам испортил все мои вещи, Кристофер! Будто у меня был выбор.

Он достал из шкафа свою белую футболку, подошел ко мне, начал меня одевать, как маленькую.

— Я думала, тебе понравилось, — шмыгнула носом, чтобы обозначить масштаб оскорбленного достоинства.

— Я думал, это очевидно, — он приподнял бровь и ухмыльнулся, — Сейчас ты отправишься обратно в отель, детка, и давай без глупостей. Дай мне спокойно закончить день, а вечером поужинаем вместе, окей?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Он собственноручно застегнул все пуговицы, крепко завязал пояс плаща.

— Ладно, Мэйсон. Но знай: я с тобой еще не закончила, — я театрально подвигала бровями, возвращая его фразочку.