Крис Мэнби - Тайная жизнь Лиззи Джордан

— Что ж ты раньше не села на диету? — спросила она.

— Да я хотела начать, как только он позвонил, но в тот момент я думала только, как сказать ему правду про квартиру. Теперь, когда с квартирой вроде уладилось, для полноты иллюзии мне остается лишь выглядеть так, как будто я все шесть лет провела в фитнесс-центре.

— Ты ему про это говорила?

— Кажется, Брайан думает, что спортзал — мне просто дом родной.

— По-моему, ты будешь постоянно ходить в спортзал только в том случае, если тебя возьмут туда уборщицей, — сказала Сима. — А ты купи ему повязку на глаза. Или попробуй не есть ничего, кроме капустного супа, — предложила она с чуть большим энтузиазмом. — Действует быстро, во всяком случае, мне говорили. К выходным сбросишь килограмма три. Просто в начале недели навари кастрюлю побольше и ешь суп, сколько влезет, но кроме него — ничего. Единственная проблема — не все любят жить в такой атмосфере, понимаешь? Но пока в Балхэме только мы, а еще не Брайан, то нет проблем, какая разница, кто портит воздух — ты или Геркулес, а приедет Брайан — ты и сама не станешь при нем пукать, как ломовая лошадь.

— Только бы от страха не пукнуть, — ответила я.

— Тогда пусть хотя бы не воняет капустой.

Серьезный аргумент.

— Так, капустная диета отпадает, — что ты предлагаешь тогда?

— В «Марксе и Спенсере» продают трусы. Из прочной промышленной лайкры. Они способны утянуть человека целиком.

— Но выглядит все это не очень сексуально, ответила я. — Весь жир, который утягивается, выпирает над резинкой пояса, а еще больше на бедрах. От специального белья никакого прока. И даже если в одежде выглядишь неплохо, то все время боишься, что вздохнешь поглубже и упадешь в обморок или треснешь при попытке снять амуницию.

— Знаю, — сочувственно сказала Сима. — Я поставила крест на бюстгальтерах с прокладками, когда одна из них выскочила прямо на танцах, и у меня вместо груди оказалась справа — гора, а слева — дыра. Да еще в самый ответственный момент! Стыдно было — ужас. Смотрю, а прокладка лежит на полу между мной и партнером по танцу, — не могла же я просто нагнуться и схватить ее. А потом он сам на нее наступил.

— И что ты сделала?

— Я сложила руки на груди и сказала, что кто-то потерял подкладное плечико, и быстро ушла из клуба, пока до него не дошло. А ведь мог подать на меня в суд за попытку подсунуть фальшивый товар. Насколько я понимаю, вся эта паника означает, что визит Брайана состоится. Он звонил и подтвердил?

Я уже открыла рот, чтобы сказать «нет еще», но тут телепатически точно зазвонил телефон.

— Отличные новости, — сказал Брайан. — Я только что вернулся с большого приема у начальника. — В Нью-Йорке было четыре утра. — Он посмотрел параметры за текущий месяц и пришел в восторг. Я точно приеду. Может быть, удастся пробыть больше четырех дней.

Оп!

— Э-э, отлично, — сказала я. — Только мне во вторник надо в Джерси на одну деловую встречу, так что не знаю, смогу ли я пробыть с тобой больше четырех дней. — Сима подняла большой палец в знак высокой оценки моей сообразительности.

— Хорошо, — ответил Брайан. — Уверен, нам хватит и четырех дней, чтобы снова узнать друг друга.

— Я рада, что у вас хорошие параметры, — сказала я.

— По сравнению с твоими они — ничто, — лукаво ответил он. — Увидимся в пятницу.

Я положила трубку, чувствуя себя в свободном полете между пиком восторга и бездной отчаяния.

— Он сказал, что я ему всегда нравилась, — сообщила я Симе. — Когда-то я действительно выглядела неплохо.

— О боже! Ты и сейчас ничего, — нетерпеливо сказала Сима. — Постригись. Сделай мелирование, маникюр. А накрасишь глаза. Брайан и вовсе не заметит, что ты прибавила три фунта.

М-м-м. Может, она права. Может быть, погрешности корпуса удастся скрыть под слоем краски.

В любом случае, пора идти к парикмахеру. Моя шикарная стильная челка потеряла форму и сильно отросла, так что теперь разваливалась пополам, как у хиппи, и придать ей форму можно было только с помощью такой дозы лака, которой вполне хватило бы на покраску небольшого катера.

Харриет отсутствовала, и в офис можно было не ходить, я смогла записаться к лучшему стилисту в городе. Это стоило жутких денег (думаю, мой банковский оператор упал бы в обморок от такой цифры). Но я сэкономила на покупке глянцевых журналов, которые читала бесплатно на работе, и итог оказался почти приемлемым. Я нашла один журнал, где Арабелла Гилберт, одетая во что-то от Армани, вскрывала очередной конверт.

— Хотелось бы что-то в этом духе, — сказала я стилисту Гвидо, сунув снимок ему под нос.

— Хорошо, — ответил он, поправляя у себя на голове послойное мелирование а ля леди Ди. Я думала, он ответит, что-то вроде «ишь, размечталась», но он только почесал в раздумье подбородок и сказал:

— Думаю, получится. Знаешь, что? Ты и сама немного похожа на нее. Та же линия подбородка.

За одни эти слова я готова была выплатить стоимость двух стрижек. Неужели у меня та же линия подбородка, что и у Арабеллы Гилберт? Я вдруг испытала гордость за свой несколько безвольный подбородок.

Во всяком случае, именно читая один из этих журналов, я наткнулась на чудесный способ похудания. Хотите похудеть мгновенно? — вопрошала статья. Сделайте ирригацию кишечника.

Звучит вполне научно. К тому времени, когда я дочитала статью, картина сложилась жуткая, но подопытная из журнала заявляла, что она после первого же сеанса потеряла пять фунтов. Это было то, что мне нужно. Я решила, что мой избыточный вес коренится в залежах красного мяса, спрессованных у меня в кишечнике, хотя кроме воскресного обеда у мамы, я не ела мяса уже пять лет, с тех пор как открыли коровье бешенство (последний раз я ела шашлык в Оксфорде и чуть не попала в больницу). У метода были и другие плюсы — блеск в глазах и чистая кожа. Ощущение полного благополучия, которое длится… не знаю… до нескольких минут! Возможность носить платье с голой спиной или мини-юбку достигается ценой совсем небольшого унижения, решила я.

На самом деле унижение оказалось совсем не таким маленьким.

Парикмахер Гвидо порекомендовал мне клинику, где в прошлом лечился сам.

— Скажи, что ты от меня, — сказал он. — Они могут сделать скидку.

— Какой такой Гвидо? — спросила приемщица, а потом назвала мне трехзначную цифру.

— Вы уже делали ирригацию кишечника? — спросила меня женщина-врач, когда мы потом вошли в небольшую комнату, чем-то похожую на то заведение в Балхэме, где мне делали эпиляцию воском (еще одна пытка, которую мне предстоит вынести до приезда Брайана, вспомнила я).