Венди Уэкс - Бестселлер по случайности

— Давай в субботу вечером? — Вопрос Бретта больше напоминал утверждение. — Мне нужно время, чтобы выбрать место и столик забронировать.

— Ой, боюсь, я…

— Если что, Валери посидит с девочками.

— Дело не в этом, просто…

— Значит, решено, — заявил Бретт таким тоном, словно они обо всем договорились. — Субботний вечер — вариант идеальный. Мы как следует отпразднуем, не думая о времени. — Бретт подмигнул, и у Тани сердце перевернулось. — Я позабочусь, чтобы ни тебе, ни мне воскресным утром не пришлось выходить на работу.

Глава 25

В достоверных фактах больше странного, чем в вымысле, зато в вымысле больше достоверного.

Кендалл боялась сглазить, но с каждым прожитым днем и с каждой написанной страницей все сильнее чувствовала, что грозовая туча, висевшая над ней со дня конференции «ВИНК», рассеивается.

Она долго терпела боль и унижение, а теперь казалось, весь мир на ее стороне.

Дети спокойно учились в колледже и не подозревали о грядущем разводе родителей; адвокат взяла на себя утомительное общение с Кэлвином и его не менее утомительным адвокатом; подруги безоговорочно поддерживали, присылали готовые сцены и часто звонили, чтобы поговорить о книге и просто спросить, как дела.

Любовь и участие подруг Кендалл чувствовала даже на расстоянии. Во время работы, которая из повинности превратилась в лекарство, они питалась от них как от батарейки.

К середине октября заметно похолодало, горные склоны изумляли Кендалл бесконечностью оттенков красного и золотого.

Сегодня Кендалл сидела на террасе — теперь она считала ее местом Мэллори — и доводила до ума восьмую главу, в которой ее героиня убегает на горную ферму. Когда очередной эпизод более-менее устроил Кендалл, она размялась, потом прислонилась к перилам и, глядя на бордовые листья, позволила себе подумать о второй ванной, где решила установить перегородку.

Кендалл приняла душ, оделась и в последний раз сделала нужные замеры в ванной. Она почти не сомневалась, что Джеймс сегодня работает, и, хотя запрещала себе о нем думать, потратила на укладку и макияж больше времени, чем обычно.

Витая двухрядка шоссе номер 78 была забита машинами, судя по номерам, зарегистрированными в Атланте. Стояли лучшие дни осени, и, казалось, половина четырехмиллионного населения Атланты и пригородов выехала поглазеть на яркую листву. Прямо из машины Кендалл позвонила Мэллори, ожидая взбучки или как минимум недовольства тем, что она оставила работу. Только голос Мэллори звучал престранно.

— Эй, у тебя все нормально? — спросила Кендалл, когда Мэллори ни словом не возразила против перегородки в ванной и поездки в «Хоум депо». — Голос такой, словно…

— Да, конечно, — не слишком уверенно ответила Мэллори. — Просто задумалась.

— Как насчет мозгового штурма? — предложила Кендалл. — До «Хоум депо» ехать еще минут двадцать пять.

Повисла тяжелая пауза.

— Дело не в сюжете. Мирандины сцены пишутся сами собой.

— Вот и славно, — проговорила Кендалл, не желая давить на подругу, которая держала личную жизнь за семью печатями. Только Мэллори ей очень помогла, и Кендалл хотелось ответить тем же. — Как Крис?

Повисла тишина. «Неужели звонок прервался? — подумала Кендалл. — Среди лесистых склонов немудрено». Однако, взглянув на дисплей сотового, Кендалл убедилась, что они с Мэллори все еще на связи.

— Что-то случилось? — спросила Кендалл.

— Да нет, — чуть слышно ответила Мэллори.

— Значит, все-таки случилось?

— Последние три недели Крис работает в Финиксе. Без него мне дома как-то непривычно, — неохотно призналась Мэллори.

— Ой, он только на выходные приезжает?

— Ну, не совсем… — Мэллори снова замялась. — Он еще ни разу не приезжал.

Кендалл хотелось пожалеть подругу, но она знала: Мэллори жалость ненавидит.

— А когда его работа заканчивается?

— Трудно сказать. У Криса все заказы, хм, с открытыми датами.

— О-о-ох, Мэллори! — Кендалл поехала короткой дорогой, чтобы не попасть на диллардскую Мейн-стрит, которая в час пик забита машинами туристов.

— Никаких «о-о-ох», Кендалл. Крис расстраивался, что у меня нет свободного времени. Вот я нашла время — пожалуйста, радуйся. Так теперь он расстроен, что я сделала это не ради него. — Мэллори тяжело вздохнула. — И после этого мужчины еще смеются над женской логикой!

За центром переработки отходов Кендалл вернулась на шоссе номер 441 и поехала на юг к Клейтону.

— Если нужна помощь, пожалуйста, обращайся. Захочешь — приезжай на ферму, буду очень рада. Спальня имени Мэллори Сент-Джеймс в боевой готовности — стены покрашены, полы начищены. В ванной вот-вот появятся перегородка и дверные наличники.

— Так и знала, что ты перед соблазном не устоишь! — подначила Мэллори, и Кендалл вздохнула с облегчением.

— Мэл, ты бы мной гордилась. Окончательно от пагубной зависимости я не избавилась, но на первом месте всегда работа. Когда терпеть невмоготу, спрашиваю себя: «Как бы поступила Мэллори?» — и соблазн отступает.

Смех Мэллори Кендалл посчитала своей личной победой.

— Здорово, что я стою у тебя над душой, даже когда физически нахожусь в другом городе.

— Уверяю, на расстоянии твоя головомойная сила не ослабевает! — воскликнула Кендалл.

— Вот и отлично. — Возникла пауза, но на сей раз не тяжелая. — Джеймсу привет, и пусть больше не впаривает тебе электроинструменты!

— Хорошо! — отозвалась Кендалл и, прежде чем отсоединиться, добавила: — Думаешь, я еду в «Хоум депо» ради Джеймса? Откуда такие мысли?

Едва увидев Кендалл, Джеймс расплылся в улыбке и вышел ей навстречу.

— Моя самая верная покупательница, вы как раз вовремя! Мы только что получили пневматические гвоздезабиватели — помните, я рассказывал? Я отложил один специально для вас.

Джеймс повел ее к столу информации и стал шарить на нижней полке стеллажа.

— Вот посмотрите, каков красавец! — Джеймс вытащил гвоздезабиватель, и Кендалл согласилась, что инструмент и впрямь чудо. Чуть ли не с благоговением она потянулась к гвоздезабивателю и случайно коснулась руки Джеймса. Оба, как по команде, отпрянули друг от друга.

Кендалл подняла голову и поймала взгляд выцветших голубых глаз, которые заинтриговали ее с самой первой встречи. Они вызывали в памяти вытертые, миллион раз постиранные джинсы и небо в ясный летний день. Как истинная писательница, она тут же придумала тысячу историй о том, что видели эти глаза.