Нил Роуз - Контора

Мы как раз начали снова настраиваться на нужную волну, когда зазвонил телефон.

– Не обращай внимания, – сказал я и зажал ей рот поцелуем во избежание дискуссий. Но телефон упорно звонил. Я забыл включить режим громкой связи или перевести звонки к Сью.

– А если это клиент? – предположила Элли, выбираясь из моих объятий.

– А если нет? – Я не собирался так быстро сдаваться.

– Но может быть, что-нибудь важное.

– А может быть, нет. – Я попытался схватить Элли. В тот момент я в последнюю очередь хотел заниматься юридическими вопросами.

– Пожалуйста, Чарли. Просто возьми трубку. Я в раздражении наклонился и схватил трубку.

– Да? – рявкнул я.

– Привет, Чарли.

– Мама, ты звонишь в самый неподходящий момент. – Элли выразительно постукала себя по лбу.

– Я только хотела сказать, как приятно было увидеть вас вместе вчера. У вас был такой счастливый вид.

– Это не может подождать? Я действительно сейчас кое-чем занят. – С каждой секундой нужный настрой у меня проходил.

– Вы были как юная мечта любви – так сказал твой папа.

– Мне нужно сейчас уходить. Я позвоню тебе позже. – Теперь Элли разгуливала по комнате – в расстегнутой блузке, без юбки, – и рассматривала картинки на стене. Да, это видение будет отныне меня преследовать.

– Мы просто хотели узнать, что вы двое делаете в следующий уикенд. У нас в гостях будет кое-кто из друзей. Было бы так славно, если бы вы с Элинор тоже подъехали.

– Я тебе отзвоню. Пока, мама.

– Сегодня? Видишь ли, завтра я собираюсь заказать пирожные.

– Да, я позвоню позже. Все, мама, я ухожу. Пока.

– Не звони слишком поздно. Ты же знаешь, твой отец не любит поздние телефонные звонки.

– О'кей, все. – Я положил трубку. – Итак, на чем мы остановились?

Элли взглянула на меня.

– Мы остановились несколько дальше того места, где мы теперь.

– Не можем ли мы начать снова?

Элли закатила глаза.

– Я делаю это лишь потому, что люблю тебя, так и знай. – Эти слова все еще приводили меня в волнение. – Сегодня вечером мне нужно переделать массу вещей.

– Я это ценю, – сварливым тоном ответил я. – Мы можем продолжать?

Теперь, когда не было помех, мы снова завелись. Правда, была одна маленькая неприятность: на краю стола оказались рассыпанные кнопки (между прочим, на коробочке нет предупреждения, что они могут впиться в зад). Но в целом все шло прекрасно.

Потом кто-то начал дергать за ручку двери, и снова раздался стук. Мы попытались не обращать на это внимания. Я как раз едва оправился от смущения: мне пришлось тщательно проверить дату выпуска презерватива, припасенного в ящике стола давным-давно на всякий случай (но натуре я оптимист). Кто бы ни стоял за дверью, уходить он не собирался.

– Пожалуйста, зайдите позже. Мы заняты, – громко произнес я. Это был Ричард.

– Чарли, я могу войти?

– Нет.

– Чарли, мне действительно нужно войти.

– Мы тут делаем очень важную работу и не хотим, чтобы нам мешали, заявил я.

– По крайней мере наполовину это правда, – прошептала Элли.

– Ты закончил с фотокопиями, которые я просил тебя сделать?

– Нет, но…

– К тому времени, как ты покончишь с ними, мы тоже кончим.

– Наверно, ты ему маловато дал, – предположила Элли.

Я скорчил рожу.

– До скорого, Ричард.

– Чарли, пожалуйста! Мне нужно войти прямо сейчас.

Я по-настоящему разозлился. Вечно он спорит, не считаясь с моим авторитетом.

– Ради бога, зачем?

– Мне в самом деле нужно сделать укол инсулина.

Элли закрыла руками лицо.

– Черт побери! Нам придется его пустить, Чарли.

Я уже натягивал брюки.

– Только обещай, что мы снова займемся этим.

– Разумеется. – Она улыбнулась, но затем ее взгляд сделался жестким. – Когда я стану компаньоном.

ГЛАВА 20

Ровно в девять часов утра в последний день всем в информационном центре стало ясно, что пора начать работать, как звери.

От этого было никуда не деться. Так бывало во всех информационных центрах, которые мне довелось видеть: неделю все валяют дурака, затем следует взрыв лихорадочной деятельности. Несмотря на наши наилучшие намерения – причем Элли сопротивлялась больше всех, – мы трое постоянно оказывались втянутыми в жаркие дискуссии на разные темы. Например: «Если бы вы выиграли в лотерею, кто из компаньонов был бы первым, кому вы посоветовали бы заткнуть компаньонство себе в задницу?» (для меня выбор был ясен: это был бы пожилой придурок, который однажды вызвал меня к себе в кабинет и предупредил, что если я хочу когда-нибудь стать компаньоном, то не должен впредь носить коричневые туфли); или: «Какое волшебное свойство вы бы выбрали, чтобы сделаться лучшим юристом?» (я бы пожелал становиться невидимкой, чтобы просачиваться в офисы противной стороны и выведывать их тактику; а если бы это не сработало, всегда можно было бы заняться ограблением банков).

Навалившись на работу все вместе, мы ухитрились выполнить за последние восемь часов столько же работы, сколько сделали в предыдущие четыре дня, и успели все закончить в последнюю минуту. У нас не было выбора. Нам нельзя было продолжить на следующей неделе, а если бы и можно было, нам бы не хотелось, чтобы наши хозяева усомнились в нашем профессионализме. Правда, могло пострадать качество работы, выполненной в последнем рывке, но тут уж мы уповали на везение. Кстати, если бы клиенты знали, как часто их адвокаты уповают на счастливый случай, им сделалось бы дурно.

Вернувшись в «Баббингтон», мы втроем собрались в кабинете Ханны. Перед нами лежала огромная кипа бланков, которые мы должны были превратить во всеобъемлющий отчет клиенту к следующему четвергу. Кроме того, предстояло составить основной договор о купле и продаже, на основании которого должны были заключить эту сделку века – мы уже начали работу над его проектом. Эту работу курировали компаньоны. И как будто всего этого было мало, нам с Элли нужно было еще готовиться к собеседованию с аттестационной комиссией в четверг. Правда, Ханна была не в курсе нашей последней проблемы.

Нам не оставалось ничего иного, как засучить рукава. Мы регулярно проводили совместные совещания, а когда работали над договором о купле и продаже, к нам присоединялись еще и Люси с Эшем. Да, такова жизнь юриста в Сити.

Мы закончили в субботу в полночь, а в десять утра в воскресенье уже снова были в офисе. В восемь вечера мы с Элли и Ханной сидели в моей комнате, в сотый раз обсуждая каверзную часть отчета для клиента, когда появились Люси и Эш с сотым вариантом договора. Одно из преимуществ такой фирмы, как «Баббингтон», заключается в том, что можно было рассчитывать на помощь секретарей двадцать четыре часа в сутки. Не раз мы испытывали искушение послать все к чертовой матери и стать секретаршей, которая работает в воскресенье вечером. За причиненные неудобства им платили почти столько же, сколько зарабатывает юрист, но им не приходилось мучиться, составляя и проверяя документы, которые они перепечатывали. И им не нужно было беззастенчиво подлизываться по несколько лет к компаньонам и всем остальным, от кого зависит их карьера.