Сюзан Саллиз - Дочери Луны

Он шепнул ей на ухо:

– Запомни, как только конец веревки ослабнет, мы должны будем прыгнуть вперед…

Она понимающе кивнула головой:

– Именно в этом мы тогда немного просчитались.

Взметнувшись в пространство, они ощутили себя так, как это было много лет тому назад. Они спускались вниз по швартовочному канату, и твердая палуба судна все уверенней и быстрей приближалась к их ногам. А затем с ними случилось то, что и в 1948 году! Под тяжестью их тел веревка, образовав огромную петлю, снова потащила их назад. Они вместе качнулись вперед. Центростремительная сила была недостаточно велика, чтобы они могли держаться наверху. Она смеялась и повизгивала, стараясь изо всех сил скрыть свой страх. А он скомандовал:

– Прыгай! Нам нужно прыгать! И они действительно прыгнули!

Вода оказалась гораздо холоднее, чем летом того года, когда они проводили тот же эксперимент и были почти раздеты. Миранда вынырнула, сплевывая морскую воду, ощущая тяжесть наполненных водой сапог, якорем тащивших ее ко дну. Смеясь, Питер бросился к ней. Ловя воздух ртом, она крикнула:

– Не будь идиотом! Мы ведь можем потонуть!

Протянув руку, он схватил ее за свитер и начал подталкивать в направлении стенки гавани, которая находилась почти в восьми футах от них. Затем Питер подставил Миранде свое плечо.

– Цепляйся за этот круг! – советовал он, заливаясь веселым смехом.

Она послушалась его совета и стала плыть, подгребая одной рукой, а ее вымокшая насквозь одежда неумолимо тянула ее ко дну. Дыхание ее было затруднено, а сердце билось как отбойный молоток. Миранда повисла на нем мертвым грузом, чувствуя, что Питер изо всех сил тащит ее ногу куда-то вбок. У Миранды создалось впечатление, что он просто-напросто собрался оторвать ей ногу.

– Ступеньки! – задыхаясь, кричал он. И тут же она почувствовала, что коснулась какой-то твердой поверхности. Цепляясь ногтями за камень стены, Миранда нащупала ступеньки, которые были выдолблены в граните. Упав головой на руки, она отчаянно старалась успокоиться.

Питер уже стоял рядом.

– Ну что, Головастик? С тобой все в порядке?

– Почти.

– Мы когда-нибудь сможем правильно рассчитать свои силы и прыгнуть, как положено? – Он перестал смеяться, поскольку задал вполне серьезный вопрос.

– Мы больше не будем пробовать.

Стянувшая ее со всех сторон одежда очень мешала ей разговаривать. Но дыхание Миранды, однако, восстановилось.

– Пожалуйста не говори так.

Удивленная таким высказыванием, она посмотрела на него, слегка приподняв голову со своих рук. В бороде его запутались какие-то водоросли, и она прыснула от смеха.

– Ты совсем не изменился! Такой же сумасшедший.

– Я становлюсь сумасшедшим только рядом с тобой.

По телу Миранды пробежала легкая возбуждающая дрожь. Это было просто великолепно. Прямая противоположность тому хладнокровному любовному роману, который совсем недавно имел место в ее жизни.

Опустив голову, она продолжала смотреть на него. На улице темнело.

– Скоро возле нас соберется толпа любопытных зрителей. Я терпеть не могу, когда на меня глазеют любопытные. Мне бы очень не хотелось устраивать тут представление.

Он слегка отклонил свою голову назад, внимательно изучая выгнутые полумесяцем металлические перила железной ограды.

– Нет здесь никого. Время полдника, дети смотрят телепередачи, и у нас все в порядке.

Переходя на шепот, она спросила:

– И чем же мы будем заниматься?

– Сейчас или позже?

– Да сейчас же, ты, идиот!

– Сперва пойдем домой и снимем с себя мокрую одежду. У меня в подвале есть два обогревателя. Можно полностью обсушиться.

– Да, неплохая идея. И далеко твой дом? В ответ он снова засмеялся.

– Давай же, поторапливайся. Я весь продрог. Ты же не хочешь, чтобы я заболел пневмонией?

С трудом поднимаясь наверх, они оказались на Передней улице, после чего поднялись еще немного вверх по ступенькам. Она увидела указатель – Воскресная улица. Затем он открыл калитку в стене и проводил ее вниз по ступеням, впустив во дворик, где стояло множество кадок для цветов. Миранда понятия не имела о том, где она находится.

– Мы войдем через задний ход, – сказал Питер, вставляя ключ в замочную скважину. – Я ведь до сих пор живу здесь нелегально, поэтому лучше уж будет пройти сюда незаметно.

Все было окутано тайной. Они шли в кромешной темноте, и дрожь пробежала по ее телу при воспоминании о том, другом, подобном же визите. Питер зажег свечи, которые осветили длинное, пустое, но довольно уютное подвальное помещение. На подоконниках стояли какие-то кули, посреди огромного зала – стол, а на полу лежал матрас. Подозрительно глядя на матрас, Миранда поинтересовалась:

– А ты что, женат?

Он снова засмеялся и подошел к ней поближе.

– Ты что, шизофреничка? – спросил он ее, взяв за руку и проводив к столу. – Послушай, я только что купил немного провизии: хлеба, сыра, маринованных грецких орехов, чаю, молока, сдобных булочек с изюмом. У нас будет настоящее пиршество.

Ее покинуло ощущение видавшей виды женщины. Пиршество. Все это было невероятно мило. Миранда сбросила с ног обувь, а он стал зажигать два керосиновых примуса, поставив на один из них чайник.

– Ну давай же, не стесняйся. – Засунув руку в ящик стоявшего в углу комода, Питер вытащил рыбацкий шерстяной свитер. – Будь умницей, надень это. Вот тебе полотенце. Я буду обогреваться возле этого примуса, а ты возле другого. Спина к спине, а то я тебя знаю.

– Я очень сильно изменилась с тех пор. Миранда, послушно повернувшись к нему спиной, сняла с себя промокшую одежду, с которой тут же натекла целая лужа воды.

Обтерев себя полотенцем, она натянула свитер, который доходил ей прямо до колен и был длиннее некоторых из ее мини-юбок.

Улыбнувшись, она сказала:

– Ты что, нарочно выдал мне свитер, который щекочет все интимные места моего тела?

Повернув голову, она увидела Питера, одетого в брюки из грубой хлопчатобумажной ткани. Он удивленно смотрел на Миранду.

– Ты действительно изменилась: никогда раньше ты не говорила мне такие вещи!

Она снова засмеялась в ответ. Ей было тепло, она успела обсохнуть, а внутри у нее все переворачивалось от возбуждения.

Миранда снова пояснила:

– Ты просто плохо меня знаешь. Я – женщина, окутанная волшебством и тайной. – Вызывающе глядя на него, она сказала: – Ты даже не знаешь, как меня зовут.

– Ну хватит, сколько можно фокусничать. – Подойдя к ней поближе, он спросил: – Можно, я буду называть тебя Головастиком?

– Да, пожалуйста, мистер Акула.

Осторожно взглянув на нее, он поцеловал ее в губы. Миранда смотрела на него, и в ее глазах заплясали игривые огоньки.