Габи Хауптманн - Мужчины «пять звезд» – включены

Это и есть тот самый сюрприз, который обещал тайный воздыхатель в своем письме? Не так уж плохо, нечто совсем иное, чем-то, что она себе представляла. Катрин осторожно начала разворачивать золотистую бумагу. Села на кровать. Сняла бумагу совсем. У нее на коленях лежала белая коробочка. Катрин помедлила. Что, если она сейчас снимет крышку, а оттуда выскочит страшный паук-птицеед? Или скорпион? «Но ты же друг животных», сказала она себе и быстро сняла крышку. Внутри лежала еще одна коробочка – поменьше, из голубой кожи. Теперь так будет до бесконечности? Катрин вынула вторую коробку и повертела перед глазами. Весьма достойно. В значительно меньшей степени похоже на домик паука, чем на шкатулочку для драгоценностей. Ее пальцы замерли возле магнитного замочка. Что же это может быть? И самое главное: от кого? Она открыла. На темно-синей подушечке лежала серебряная цепочка, на которой был кулон с бриллиантом. Катрин затаила дыхание. Ей в жизни не приходилось видеть ничего похожего. Это должно стоить целое состояние. Катрин осторожно взяла украшение и разложила у себя на ладони. Кулон был не особенно велик, но выполнен в высшей степени великолепно. Бриллиант переливался в ее руке всеми цветами радуги. Она подошла к зеркалу в ванной и приложила сокровище к груди. С черным платьем вещица смотрелась сказочно. Катрин повернулась перед зеркалом и так, и эдак и благоговейно замерла. А наяву ли все это? И для нее ли? Не по адресу доставленный подарок? Может, Элко решил замолить грех перед Изабеллой или Жан – зазвать свою Роксану в семейную постель?

Катрин вернулась в комнату и внимательно осмотрела белую коробку. На дне лежал маленький белый листок. Итак, все-таки сочинитель писем. Такие пошлые стишки и, с другой стороны, такой изысканный вкус. Как-то одно не сходилось с другим. Она вынула листок, развернула. Внизу на месте подписи – позолоченный оттиск фамильного герба, а под ним:

«Доктор Бруно Брюттли».

Ага. Она могла бы догадаться и сама.

«Милая Катрин[14], – начиналось послание. – Встреча с вами очаровала меня, и теперь я готов положить к вашим ногам все звезды. В качестве маленького кусочка неба сегодня дарю вам этот полумесяц. Я счастлив уже от того, что эта маленькая вещица будет так близка к вам.

С глубоким почтением

Ваш Бруно».

Такого она и представить себе не могла. О небеса, он уже протянул к ней свои щупальца. Как только что сказал Герхард? Марлис, цветочек, наивная провинциалочка, получила в подарок «ауди-ТТ»? Поэтому вся компания сторонилась его. Теперь это было совершенно ясно. Бруно – победитель последней игры и потому оказался вне этой клики. Аутсайдер, выигравший скачки. И теперь он собирался доказать им всем, что ему по зубам даже эта Катрин с «С» и «h». Которой в принципе ничего не нужно, но и она не устоит перед его натиском.

Катрин повертела в руках кулон. Если она хочет оставить их с носом, следует поступить так, как будто ничего не произошло.

«О, посмотрите-ка, что подарил мне Бруно Брюттли, какой внимательный поклонник! И какой симпатичный! И наверняка суперпотенция!»

Катрин затряслась от хохота. «Ауди-ТТ» ей бы тоже не помешал.

Тьфу, какой срам, Катрин! Твой парень пропал где-то, погребенный под снегом, а ты позволяешь какому-то швейцарскому денежному мешку себя купить! Она снова засмеялась и начала снимать платье. Кулон смотрелся на голой коже восхитительно. Этот подарок определенно удался Бруно лучше всего остального. Ничего не стоило попасться на такую приманку.

Катрин впрыгнула в свои джинсы, надела белую блузку. Толстый пуловер повязала себе на бедра. Так, что теперь? Дальше – вопрос совести.

Можно просто позвонить в номер Бруно и выразить благодарность.

Например, вот так:

«Большое спасибо, наша встреча была очень приятной, хочу надеяться, что мы еще когда-нибудь увидимся. Скажем, в 2032 году».

К тому времени она как раз успеет достичь соответствующего возраста.

Или можно написать письмо и передать его Бруно через Тони.

Например, вот так:

«Милый Бруно! Если это и есть то, о чем ты мечтаешь, я буду носить твой кулон и день, и ночь на своей белоснежной шее. Он благороден и роскошен даже на ощупь и непременно понравится моей лучшей подруге, с которой я вот уже пять лет живу в любви и согласии. Большое спасибо! Твоя Катрин».

Можно просто отослать подарок назад с припиской, что она слишком стара для таких игр.

Катрин снова подошла к зеркалу. Со вздохом сняла цепочку. Скорее всего она никогда в жизни больше не почувствует на своей шее благородный холод бриллиантового кулона. Конечно, жаль, что ее родители не были владельцами какого-нибудь банка или фирмы. И что Ронни провалился уже после первого семестра… И ожидать от него больше не чего. Она положила полумесяц обратно в коробочку.

Возвращаясь к Герхарду, подумала:

«Ты сама во всем виновата, «фройляйн – кассир супермаркета»!

Завалила экзамен в школе, о чем же тебе мечтать, чего желать! Наслаждайся жизнью в штутгартской квартирке тети Рут!».

Герхард стоял перед лифтом, истомившись от ожидания.

– Я никогда не мог понять, чем так долго занимаются женщины, если отлучаются всего на минутку!

– Распаковывают подарки, которые попадают к ним в номер от восхищенных поклонников их красоты.

Герхард поморщился.

Он действительно красив, подумала Катрин. В эти голубые глаза можно смотреть не отрываясь. И она смотрела, но он отвел взгляд и пошел рядом, отстав на полшага.

– Тогда я точно знаю, что это был не «ауди-ТТ». Его точно не подсунешь под дверь. Значит, с этой стороны опасности никакой.

Теперь его взгляд выражал вопрос.

Катрин ухмыльнулась:

– Бывают вещицы намного меньше автомобиля по размеру, но не меньше по цене. И они легко пролезают под дверь…

– Ты меня разыгрываешь! – Он мрачно склонил голову. – Я не могу себе этого представить!

Он остановился перед дверью и повернулся, чтобы идти назад. И вдруг добавил:

– Я сейчас приду.

Открывшаяся дверь напомнила Катрин, что на улице еще зима. Было довольно прохладно. Она быстро натянула пуловер, вышла на улицу. Шел легкий снежок, и это позволяло надеяться, что завтра погода разгуляется.

– Если снегопад прекратится, Жан тотчас закажет вертолет, – сказала она, когда Герхард догнал ее на улице.

– Опа! – Он сунул руки в карманы своей кожаной куртки. – Жан, как всегда, спешит? Что, прямо до Цюриха?

Катрин рассмеялась:

– Нет, к очередной вершине!

Дискотека представляла собой простое, без излишеств помещение в полуподвале. Катрин этот зал показался похожим на бывший бункер или освобожденную от стеллажей приснопамятную камеру хранения для лыж. Герхард за руку повел девушку к стойке бара мимо бетонных колонн, подпиравших своды.