Джейн Хеллер - Женская логика

— Подумаешь, Брэндона Брока выставили полным идиотом! Тебе-то что до этого?! — выпалил он. — Подумаешь, пострадает репутация «Файнфудз» в решающий для компании момент — пустяки какие! Сотни других изданий подхватят эту историю, перескажут ее на разные лады и создадут мне негативный имидж — тебе-то какое дело! А труд моих пиарщиков, которые готовили рынок к появлению нового продукта? Он тоже пойдет насмарку — но тебя это не волнует! ТЕБЯ НИЧЕГО НЕ ВОЛНУЕТ!

Он остановился, отдышался, а затем заговорил снова. Его голос превратился в крик, рев, лицо покраснело, глаза налились кровью. Он снова стал тем самым Брэндоном Броком, с которым я познакомилась в теннисном клубе, — истеричным скандалистом, которого я собиралась перевоспитать на спор с подругами.

— Брэндон, я…

— Я НЕ ЗАКОНЧИЛ! Я хотел сказать, что для тебя, разумеется, никакого значения не имеют эти жалкие ублюдки. Главное, что имя Линн Виман снова появилось в прессе! Она убедила руководителя «Файнфудз» воспользоваться ее услугами, научила его говорить, как баба, и тем самым спасла его шкуру. Поприветствуем Линн Виман, которая снова стала медиа-дивой! — Он вскинул руки и зааплодировал.

Больше всего меня задело то, что он снова обратился к Языку мужчин. Но я знала, что он сделал это, чтобы досадить мне, потому что был вне себя от гнева.

— Послушай, Брэндон. — Я очень старалась говорить спокойно, хотя во рту у меня пересохло. — Я не имею никакого отношения к этой статье.

— Вешай лапшу на уши кому-нибудь другому!

— Но я говорю правду! Я дала слово не говорить о нашем соглашении, и я сдержала его. Ты даже сам не далее как вчера благодарил меня за это!

— Вот именно! Представь себе мое удивление, когда я купил газету сегодня утром. Представь себе мое негодование, когда я вспомнил, как вчера распинался о моем доверии к тебе. А ты молча слушала, улыбалась и скромно кивала, зная наверняка, что всего через несколько часов статья появится в газете! Я знаю, что ты хочешь восстановить свою карьеру, но не знал, на что ты можешь пойти ради этого.

Господи, как убедить его в том, что он несправедлив, что торопился с выводами!

— Брэндон, — проговорила я, изо всех сил стараясь не выходить из равновесия, — ты обвиняешь меня в том, чего я не делала.

Он презрительно расхохотался.

— Ну да, конечно! А кто же, по-твоему, это сделал? Никому, кроме тебя, это не выгодно. Да там все, кроме высказывания о «бывшей знаменитости», говорит в твою пользу!

У меня не укладывалось в голове, как мог мужчина, который только вчера клялся мне в любви, так быстро поменять свое мнение обо мне. Как он мог так легко причислить меня к злодеям? Я была оскорблена в лучших чувствах, но надо было взять себя в руки, постараться разубедить его, помириться с ним.

— Если бы мне так хотелось восстановить свою карьеру, я бы могла позвонить в «Нью-Йорк пост» несколько месяцев назад. Почему же, по-твоему, я ждала так долго?

— Откуда мне знать? Возможно, ты сочла, что лучше выдать меня, когда я завершу курс обучения. Ведь если бы статья появилась, когда я был твоим пациентом, я бы прекратил занятия преждевременно, и ты бы не получила нужного результата. А может быть, ты пишешь еще одну книгу, где я выступаю в качестве главного действующего лица, и, по договору с издателем, я должен был пройти программу до конца. Так или иначе, вы не сдержали слово и разрушили все, что было между нами, доктор Виман! Это было уже выше моих сил.

— А вы, мистер Брок, не допускаете мысли, что кто-то из «Файнфудз» мог разболтать о нас?

— Не пытайся свалить свою вину на других. В «Файнфудз» никто, кроме Наоми, не знал, что я хожу к тебе на занятия. А Наоми предана мне, как никто другой! — Он с укоризной посмотрел на меня, будто я, в отличие от Наоми, не оправдала его ожиданий. — Конечно, члены совета директоров тоже знали: ведь они-то меня и направили к тебе. Но они так поступили, потому что не хотели, чтобы меня сместили с должности руководителя компании. Я помогал им зарабатывать деньги и неплохо справлялся со своими обязанностями. Поэтому им совершенно ни к чему было строить против меня козни.

— Возможно, это сделал кто-то еще из «Файнфудз».

— Я ЖЕ ТОЛЬКО ЧТО СКАЗАЛ ТЕБЕ! БОЛЬШЕ НИКТО В «ФАЙНФУДЗ» ПОНЯТИЯ НЕ ИМЕЛ, ЧТО Я ХОДИЛ К ТЕБЕ НА ЗАНЯТИЯ!

— Я слышу, Брэндон. Не кричи.

— Ах, слышишь? Тогда послушай вот что: я любил тебя. Я доверял тебе. Я хотел провести с тобой остаток своих дней. А ты предала меня. Ты такая же, как все! А ведь твой бывший муж поступил с тобой точно так же, тебе бы следовало извлечь из этого урок… Впрочем, ты его извлекла. Теперь ты решила воспользоваться этим опытом.

— Как ни странно, я даже рада, что ты заговорил о Кипе. Да, он предал меня, и я говорила тебе, как мучительно я переживала его измену. Неужели ты думаешь, что после всего, что у нас с тобой было, я смогу причинить тебе такую боль? Неужели ты забыл, что я тоже тебя люблю, что я хотела выйти за тебя замуж? Стала бы я собственными руками разрушать свое счастье? Чего ради?

— Ради карьеры, — усмехнулся он. — Вчера вечером ты сама сказала мне, что любовь занимает не первое место в системе твоих ценностей, что для тебя карьера превыше всего.

— В начале моего знакомства с тобой так и было, но приоритеты меняются, Брэндон! Когда я полюбила тебя, ты стал для меня дороже всего на свете! Я хотела целиком сосредоточиться на карьере, потому что…

— Хотела? Или хочешь до сих пор? — оборвал меня Брэндон. — Теперь, когда ты рассказала газетчикам нашу историю, мне все стало ясно. Ты обучила меня по своей методике. Ты затащила меня в постель. Ты позволила мне увлечься тобой. А теперь, когда вся эта сентиментальная чушь осталась в прошлом, ты наконец можешь полностью посвятить себя карьере! А что может быть лучше для карьерного роста, чем внимание общественности?

— Заткнись! Да заткнись же ты наконец! — не выдержала я. — Слушай меня, и слушай внимательно. Я этого не делала и смогу это доказать.

— Можешь не торопиться, все уже доказано.

— Что ты имеешь в виду?

— Я велел Наоми позвонить в «Нью-Йорк пост» и узнать, откуда у них такая информация.

— Пустая трата времени. Газетчики никогда не выдают источник.

— Неужели? Представь себе, на этот раз они выдали источник. Наоми сказали в газете, что Линн Виман сама предоставила им эту информацию. Что ты на это скажешь?

Сначала я не знала, что сказать. Да и что я могла сказать? Видимо, здесь какая-то ошибка, Наоми что-то не так поняла… Хуже всего было то, что Брэндон не допускал и мысли, что я не виновата, не давал мне никаких шансов. А ведь мне казалось, что он любит меня, доверяет мне.

— Ты, как вижу, решил все разрушить, — сухо сказала я.