Десерт для господина - Анна Шерман
«Ммм… Он даже не понял мой намёк…»
— Нет.
— Нет? Тогда что?
— Я пыталась понять, что ты чувствуешь.
— Мира…
Артур аккуратно улёгся рядом и обнял меня со спины.
— После твоего предложения я пыталась понять, кто я для тебя: живая девушка или игрушка, которой можно поделиться с любимым старшим братом. Я ждала твоего решения. А не расплывчатых вопросов, уверена ли я…
— Малышка.
— Что? — собрав волю в кулак, я повернулась и посмотрела на него в упор. — Тебе понравилась наша шалость? — повторив его же вопрос, я надеялась вывести Артура на какое-то признание хотя бы так.
— Нет.
— Почему? Я слишком тихо стонала? Слишком слабо извивалась между вами? Чем ты остался недоволен?
Он закрыл глаза и свёл брови к переносице. Всё его лицо говорило о какой-то внутренней борьбе с самим собой.
— Скажи хоть что-нибудь.
— Я… — он вдохнул через рот и напряжённо сглотнул. — Мира, я…
Так ничего и не дождавшись, я отвернулась. Через несколько мгновений Артур начал медленно целовать меня в шею, прошёлся по плечам, руками пробрался под полотенце и нежно сжал соски. Он снова ушёл от слов к сексу.
— Зефир.
Замерев, Артур кашлянул. Но его руки остались на моей груди, а губы всё так же прижимались к влажной коже.
Тишина в комнате оглушала. Я пыталась вспомнить расписание смоленских поездов, но ритм сердца Артура, который ощущался даже спиной, сбивал меня с мысли.
— Шалость не удалась.
— Да.
Мы пролежали без движения минут десять. Не знаю, что творилось в его голове, а я мысленно швыряла вещи, била тарелки, кричала от боли и разочарования.
Краем уха слышала напряжённое дыхание Артура, слышала, как он с трудом сглатывал слюну.
— Ты не можешь произнести это вслух?
— Ты для меня не игрушка.
— Ответь.
— Тебе настолько важно услышать всё именно в том формате?
— Должно же мне быть важно хоть что-то.
— Прости, что вовремя не остановился в душе.
— Артур.
— Что?
— Ничего.
— Я люблю тебя, — он резко выдохнул и с каким-то свестящим звуком вдохнул.
Я повернулась и только сейчас заметила, какими красными были его глаза и бледной — его кожа.
— Тебе нехорошо?
Артур зажмурился и сел, уронив голову на ладони. Я несколько секунд смотрела на сжатые мышцы его рельефной спины, а потом вытерла слезы и обняла за шею, пробравшись к нему на колени.
— Я семь лет не произносил этих слов. Да и не планировал больше.
Мы снова замолчали. Я медленно плакала, стараясь не фокусироваться на нывшей шее. Артур не шевелился, крепко прижимая меня к себе.
Потом мы так же молча вернулись в свою спальню, улеглись в обнимку и одновременно уснули, оба истерзанные душевными метаниями.
Глава 42
Артур
Представить не мог, что меня будет так колбасить в отношениях с восемнадцатилетней подружкой. Да и… Не планировал я снова эмоционально втягиваться. Отличный секс, развлечения в «игровой», даже совместная жизнь, но… Я всё пытался видеть в Мире дружелюбную нижнюю, с которой мне днём удобно и спокойно, а ночью горячо. Но потом снова этот Никитин влез… Мне пришлось ей рассказать о прошлом. И дальше это её милое признание…
Я тогда тактично промолчал в ответ, но дома одарил её безумным сексом. Да и на остальные аспекты жаловаться ей было грех. Но вот когда я без задней мысли предложил пригласить брата, а она внезапно согласилась…
Я тогда убеждал себя, что просто чувство собственничества взыграло. Но в самой активной фазе, когда Мишка пристроился к ней сзади… Мира так смотрела на меня, будто видела насквозь. Я словно пытал сам себя происходящим. Странно, что дым из ушей не попёр. Думал, прибью их обоих, но в итоге под горячую руку попала только Мира. А я себя почувствовал настолько отвратительным чудовищем, что хотелось сунуть два пальца в рот и прочистить желудок.
Она ждала от меня признания. Признать-то я свои чувства в итоге признал… Но сказать вслух вдруг не смог. Гортань сдавило спазмом, я поймал самую настоящую паническую атаку и от этого испугался ещё сильнее. Я, взрослый мужик, дрожал, как сучка, осознав, что не могу выдавить из себя три проклятых слова. Видимо, мой психолог где-то что-то со мной не доработал.
Наконец-то я выдохнул то, что хотела услышать оказавшаяся на грани истерики Мира. И нас обоих подкосил сон. Нормально пошалили…
* * *
Мира
Я проснулась от лёгкого возбуждения. Всю ночь видела странные дурные сны, а тут… Ноги мои оказались раздвинуты, а язык Артура ласкал мой клитор, да так виртуозно, что подо мной уже наверняка лужица была.
В попытке застонать я закашлялась от боли. Всё-таки удушение не прошло даром. Но прерывать утреннее наслаждение не хотелось… Я выгнулась, запустив пальцы в его густые тёмные волосы, и Артур усилил напор, начав посасывать и покусывать набухший клитор с тихим рычанием.
— Не кончай…
— Не могу…
Нависнув надо мной, Артур беспрепятственно погрузил свой влажный от смазки член внутрь. Он нагнулся ниже, одной рукой прижал к себе моё колено, а второй сжал в кулак волосы на макушке. Его движения были плавными, волнообразными и глубокими, так что он мягко бился пахом о мой гладкий лобок.
— Тогда кончай громко… с моим именем на губах, — хриплый шёпот пустил волну сладкого томления по всему телу.
— Да… — я сжала его торс ногами и пыталась смотреть в эти ледяные обжигающие желанием глаза, но с каждым толчком сфокусироваться было всё сложнее.
— Давай, Зефирка… — Артур продолжал шептать мне прямо в губы.
Отпуская все обиды и тревоги, я поддавалась ритму волн экстаза, пока полностью не расслабилась и не забилась в мощных судорогах, зажатая в крепких мужских руках…
— Да… Да!.. Артур… Артур!..
— Мира…
* * *
Месяц спустя
Мира
После завтрака мы планировали общий визит к психологу. Артур сам предложил начать совместную терапию. Ему хотелось освободиться от неожиданно проявившегося блока, а я решила, что будет не лишним разобраться в себе после полугода рабства. На каждом приёме он пока ещё неохотно выдавливал из себя немногословные мысли, а я не прекращала рыдать. Но эффект был.
Накануне вечером Артур вёл себя немного напряжённо, пару раз уходил в кабинет и кому-то звонил… Я думала, что возникли сложности с биржевыми сделками, и не стала лезть с расспросами.
А с утра он вдруг вызвался сам приготовить завтрак и что-то наколдовывал у плиты, одновременно поглядывая на экран телевизора с выпуском финансовых сводок.
— Всё хорошо? — я не вытерпела неизвестности.
— Нормально. Ничего
