Просто моя - Лора Павлов

вместо того чтобы раздраженно скривиться, расплылся в широкой, наглой улыбке. Как будто наслаждался каждой секундой.

— Ты обо мне все время думаешь, да?

— Не сказала бы. Просто сидела рядом за столом и, скажем так, ты не очень-то скрывал свои мучения, — я махнула ладонью перед носом, и женщина хмыкнула, пробормотала, что оставляет нас, и ушла.

— Думаю, ты не особо страдала, сидя рядом со мной, — тихо сказал Леджер. — Не пойму почему, но кажется, я сегодня очень… скрасил тебе вечер.

Я запрокинула голову и расхохоталась. Мне так хотелось его поцеловать, что почти физически болело.

— Извини, но сегодня я не смогу отплатить тебе тем же.

— Но хочешь, правда? — он смотрел прямо на меня. Я свела бедра вместе — не могла не реагировать на него.

— Хочу. — Я шагнула еще ближе.

— Вот ты где. Я уже забеспокоился, — Робби встал между нами.

— Ох, прости, — сказала я, отступая на шаг, отдаляясь от Леджера. Я уже совсем потеряла голову рядом с ним. Мы ведь ни разу не оказывались в толпе вместе с тех пор, как начали… что бы это ни было. Я отвыкла от того, что нельзя коснуться его или поцеловать, когда хочу. Но это был полезный холодный душ: после завтрашнего дня мне этого все равно не светит.

— У Леджера разболелся живот, так что я пошла за лекарством, — добавила я.

— Очень предусмотрительно. И практично. Вместо того чтобы покупать таблетки по дороге, Леджер, она сэкономила тебе честно заработанные деньги, — сказал Робби.

— Она у нас вообще очень заботливая, — Леджер улыбнулся как раз в тот момент, когда Джилли подошла и положила ладонь мне на плечо.

— Гарретт готов отвезти нас домой. Ты тоже готова?

— Конечно.

Глаза Джилли встретились с глазами ее брата, хотя говорила она с кузеном Гарретта:

— Прости, что уводим ее, Робби.

— Без проблем. Завтра я буду в полном вашем распоряжении на свадьбе, — сказал Робби, сделав какой-то королевский жест: чуть поклонился, пригнул голову и помахал мне рукой. Он правда милый парень, но между нами никогда бы ничего не вышло. Не при живом Леджере в той же комнате. И в моих мыслях.

И, если честно, в моих штанах.

— Завтра у нее дел полно. Она вообще-то подружка невесты, — проворчал Леджер, и я почувствовала, как у меня вспыхнули щеки.

— Все ее обязанности закончатся довольно рано, — сказала Джилли, просунув руку мне под локоть. — Спокойной ночи, господа.

Мы прошли через бар, быстро попрощались со всеми и вышли на улицу — ждать, пока Гарретт подгонит машину.

— Ты правда думала, что эта «свалка» сработает? — спросила Джилли.

— Ты шутишь? Нет. Он милейший человек, конечно. Но чтобы выдерживать этот бесконечный финансовый треп, нужна невероятная выдержка. В прошлый раз, когда он приезжал, я заснула за кухонным столом. Но Гарретт считает его гением и обожает тебя, так что он хотел как лучше.

Я рассмеялась:

— Тогда давай не будем разбивать ему сердце. Робби здесь не живет — спишем все на расстояние.

— Ты отличная подруга, — она поцеловала меня в щеку, как раз когда подъехал Гарретт, и мы сели в машину.

Всю дорогу домой он ни словом не обмолвился о Робби, и это меня удивило. Он вообще не упоминал кузена уже неделю. Мог и забыть.

В конце концов, завтра у него свадьба.

Когда мы подъехали к моему дому, я оставила их попрощаться на улице, а сама пошла внутрь и поставила завариваться чай — для нас с Джилли.

Она вошла следом и закрыла дверь. Мы пили чай и обсуждали всех персонажей, что были на репетиционном ужине.

— Кажется, дедушка Гарретта флиртовал с Нэн.

Я ахнула:

— Правда? И как она?

— Как кошка в течке. Весь свой шарм выложила. Флиртовала, как последняя дурочка.

Я тихо рассмеялась:

— Я ее обожаю.

— И я, — сказала она и зевнула.

— Пойдем. Наденем маски и приготовимся ко сну. Завтра важный день.

Мы умылись, нанесли маски и собрали волосы в пучки. Сделали селфи, отправили Дилан — она бы это точно оценила. Потом смыли маски и забрались в постель: было уже поздно.

— Спасибо, что пустила меня переночевать накануне свадьбы, — сказала Джилли, когда легла рядом под одеяло. Комната была темной, а в открытое окно тянулся стрекот сверчков.

— Конечно. Завтра большой день.

— Да. Я вот подумала, сколько раз мы ночевали друг у друга в детстве и лежали, болтая о своих будущих свадьбах.

Я усмехнулась. Это правда — мы с пятого класса ночевали друг у друга каждые выходные, по очереди то у меня, то у нее.

— И вот ты получаешь свадьбу своей мечты.

— Да. И уж точно не благодаря моему отцу. Но, к счастью, у меня лучший брат на свете, — сказала она.

У меня внутри все перевернулось, стоило ей упомянуть его. То, что он со мной творил, пока вокруг сидели люди, ни о чем не подозревая. Я крепко зажмурилась, потому что он знал мое тело, как никто другой.

— Он лучший, — прошептала я.

— А ты, Чарли? Ты все еще думаешь о своем свадебном дне? — спросила она.

— Не особо. Я ведь ни с кем не встречаюсь, так что давно об этом не думала.

Я соврала. В последнее время я все чаще ловила себя на том, что мечтаю о Леджере — и понимала, что это неправильно. Знала, что все это временно. Но не могла остановиться, не могла перестать хотеть большего. Я изо всех сил пыталась отдалиться и подготовить себя к тому, что будет дальше… но это было мучительно трудно. И я знала: будет больно. Очень.

Она молчала так долго, что я уже подумала, будто уснула.

— Ты ведь знаешь, что можешь рассказать мне все, да? — тихо сказала она, и голос у нее дрогнул. Это меня встревожило.

— Что? Конечно знаю.

— Я буду любить тебя всегда, Чарли. И ничто этого не изменит.

У меня сердце забилось так, что, казалось, гул стоял в ушах. Меня накрыло чувство вины — я скрывала от своей лучшей подруги огромную тайну. Я ведь никогда от нее ничего не скрывала. Кроме своего вечного влюбленного взгляда на Леджера.

Она знает?

— Я знаю. И ты знаешь, что я всегда тебя люблю, правда? Откуда вообще этот разговор?

Я почти перестала дышать, ожидая ее ответа. Ждала, что она выведет меня на чистую воду. И дело было даже не в том, что между мной и Леджером. Главное — завтра ее свадьба, и сейчас совсем не время поднимать эту тему.

Не время говорить обо мне и моем сердце.

— Ни о