С тобой по краю - Анна Мишина

трет лицо. Выдыхает со стоном. Я чувствую, как ему плохо. И не могу поверить.

Оглядывается, словно что-то ищет. И направляется к ближайшей лавке, садится. Упирается локтями в колени и закрывает руками лицо.

Я подхожу к нему ближе. Ставлю рядом коляску, сажусь. Не знаю, что говорить. Его реакция ошеломила меня.

– Боже, какой я мудак, – говорит тихо. – Что я натворил, – поднимает голову и впивается в меня тяжелым взглядом. – Я пропустил год и три месяца жизни своего ребенка. Я не видел, как она растет в тебе.

Он поднимается и снова заглядывает в коляску. На губах появляется нежная улыбка.

– Как ее зовут? – спрашивает и снова садится рядом.

– Арина.

– Арина Натановна Грозовская, – снова закрывает глаза. – Пашка, прости меня, если только сможешь, – поворачивается ко мне и берет за руку. Его горячие и мои холодные на контрасте обжигают. Дергаюсь и он отпускает, не настаивая. – Я хочу быть рядом, я хочу видеть, как она растет. Я и так до хрена времени потерял. Я хочу знать про нее все. Почему ты мне ничего не сказала? – выпаливает вопрос, которого я боялась.

– О беременности я узнала после новогодних праздников. Мне тогда было очень плохо. Я на тебя была зла, обижена. Боже, я была одним сплошным оголенным нервом. И ты спрашиваешь меня, почему я тебе не сказала? – готова возмутиться.

– Я понял, – тут же его голос становится мягче. – Я сам виноват. Не думай, я не собираюсь тебя винить. Спасибо, что оставила ее, – вдруг говорит, а я от удивления чуть рот не раскрываю.

– У меня и мысли не возникло избавиться от нее, – отвечаю.

Он снова смотрит мне в глаза. О чем ты думаешь, Натан? Как же мне хочется залезть в твою голову и понять, чего ты хочешь.

– Я хочу помогать, не отказывай мне в этом, пожалуйста, – тяжело выдыхает. – Что нужно? У нее все будет. Все, что скажешь.

– Ей просто нужен папа, Натан, – отвечаю тихо, прячу взгляд. Боль, которая была запечатана внутри, дала трещину. – Раз у нас с тобой ничего не получилось, то не лишай ее того, что должно быть у нее по праву. Отцовской любви.

Глава 24

Павла

Еле дождалась утра. За ночь почти не удалось поспать. Под мерное сопение дочери я думала. Все, что произошло, прогоняла туда-сюда и пыталась понять и принять происходящее. Я все еще не верю, что Натан хочет быть рядом. Что обещает помогать и участвовать в жизни ребенка. Что хочет видеть, как она растет.

Мы разошлись там же, в парке. Нам обоим нужно было переварить все то, что сказали. Но это явно не все. Это только начало пути. И тем волнительнее дальше ждать с ним встреч. Я сказала адрес. Натан пообещал утром прийти. Он хочет познакомиться с Аришей. Но вчера ни я, ни он не решились двигаться дальше. Аришка спала и будить ее не хотелось. А к вечеру не хотелось ее перевозбуждать, иначе спокойной ночи не было бы. А еще мне нужно было обсудить все с папой. И побыть одной.

Отец принял новость нормально. Даже обрадовался. Чем меня удивил. Я знала его позицию, он тогда сразу сказал, что отец должен знать о ребенке. Но чтобы так…

Лежу и улыбаюсь. Сердце лупит о ребра в предвкушении. Мне очень хочется увидеть реакцию Натана на Арину. Посмотреть, как дочь примет незнакомого для нее дядю.

Не дожидаясь, когда ребенок проснется, вышла из комнаты и первым делом нырнула в ванную комнату, чтобы умыться и привести себя в порядок. Одеваюсь максимально просто. Лосины и безразмерная футболка.

В кухне уже колдует папа.

– Блины? – усмехаюсь я, наблюдая, как он ловко переворачивает их на сковороде.

– Да. Воскресный завтрак. Зятя жду, видишь? – усмехается.

– Скажешь тоже, – улыбаюсь.

Папа всего на пять лет старше Натана. И это немного забавно.

В дверь раздается звонок.

– Папа, открой, я к Аришке, – прошу его, зная, что дочь сейчас проснется.

Забегаю в комнату. И как раз вовремя. Девчушка завозилась в кроватке.

– Привет, крошка моя, – склоняюсь над ней. Глажу по животику, пока ребенок потягивается и сладко зевает. Улыбаюсь. От нежности внутри раздувается что-то теплое и мягкое. – Просыпайся, Ариша. У нас сегодня очень важный день, – подхватываю ее на руки и сажусь на кровать. Знакомство знакомством, а завтрак по расписанию.

Через минут пятнадцать мы с Ариной выходим из спальни. В коридоре вижу ботинки и пальто Натана. Тут и пахнет им. Сердце замирает. Мы идем на голоса, доносящиеся из кухни.

– А вот и мы, – говорю и мужчины тут же обращают на нас внимание.

Папа улыбается. А Натан застывает взглядом на мне с ребенком. Мое сердце запинается, пропускает удар.

– Привет, – говорит охрипшим голосом. Его взгляд блуждает от меня к дочери и обратно.

На Аришке легкий домашний комбинезон, а на макушке маленький хвостик. В ручках держит соску.

– Привет, – тихо произношу. – Знакомься, это Арина. Ариш, это наш папа.

– Можно? – спрашивает Натан и протягивает руки.

Я подхожу к нему ближе. Арина с любопытством разглядывает его. Поднимает ручку и касается его заросшей щеки. Хохочет.

– Пойдешь ко мне, принцесса? – спрашивает ее Натан и дочь меня удивляет.

Тянется в его сторону, Натан ее перехватывает. Разглядывает ее, а девчонка ощупывает его лицо цепкими пальчиками. И улыбается.

– Так, молодежь, – усмехается отец, – я по делам. Арина, за главную остаешься, – касается ее руки. – Пригляди тут за своими родителями, – целует ее в макушку и, подмигнув мне, уходит собираться.

– И что у тебя за дела? – иду за ним, пока Арина занята изучением своего папочки.

– Дела, – пожимает плечами и одевается.

– Пап.

– Ну что пап? – смотрит на меня. – Вам нужно побыть вдвоем. Поговорить. А у меня Валентина, – мягко улыбается.

– Пап, это нечестно.

– Не надо его бояться, – подходит ко мне и касается руки. – Мы успели немного поговорить. Дай мужику шанс. Нормальный же вроде.

– Не ожидала от тебя такой подставы, – фыркаю.

– Ничего, – отмахивается. – Иногда полезно, – надевает куртку, натягивает шапку и открывает дверь. – Я в тебя верю, – говорит напоследок и выходит, закрыв за собой дверь.

Стою как пришибленная. И совершенно не знаю, как себя вести и что делать.

– Все нормально? – раздается за спиной мужской голос.

Оборачиваюсь. Натана с Ариной на руках смотрят на меня одинаковыми глазами. Как там говорят? Гены пальцем не раздавишь? Вот они, Грозовские.

– Нормально, – выдыхаю. Нужно как-то взять себя в руки и собраться. Мысленно хотя бы. – Пойдем в комнату, Арина покажет тебе свои игрушки, – предлагаю я, открывая