Фиктивная жена миллионера (СИ) - Черника Ника

- Что? - поворачиваю на него изумленное лицо, а Олька вдруг смеется, прикрывая рот ладонью.

- Да, - кивает с улыбкой. - Она всегда всех воспитывала. Если мы начинали играть в игру, то сначала Арина выдавала всем инструкцию, как и что делать.

- Суровое детство перфекциониста, - хмыкает Влад, я легонько бью его кулаком в плечо.

- Это подло, - улыбаюсь ему. - Подмазываешься к ним на моих недостатках.

- Я думал, перфекционизм - твое достоинство?

Девчонки смеются, я прикрываю глаза, выдыхаю. К нам подходит официант, и пока подруги делают заказ, Влад наклоняется и легко целует меня.

- Нечестно играешь, - шепчу ему в губы с улыбкой.

- Я вообще большой шулер, - он легко прикусывает меня за губу, отсраняется и начинает диктовать заказ официанту, в то же время положив руку мне на колено.

Гладит, а потом скользит под подол. Я сжимаю ноги, улыбаясь девчонкам. Боже, он что, не понимает, что они могут догадаться?

- Я на тебя заказал, Ариш, - поворачивается ко мне Влад, я киваю.

Завязывается разговор, Влад продолжает гладить мое бедро, пробираясь все выше. Я не знаю, куда себя деть, жар приливает к щекам, и я слабо удерживаю нить беседы. Когда нам проносят заказ, Яров наклоняется и шепечет мне на ухо:

- Я тебя так хочу, что до дома не дождусь.

Глава 25

Влад

Сумасшедшая девчонка. И я сумасшедший рядом с ней. Хочу ее постоянно, не припомню, чтобы я вообще с такой радостью с работы сваливал когда-нибудь. Секс с ней становится моей реальной зависимостью.

Я кайфую от каждой реакции на меня, а их много, Арина реагирует на все: на слова, взгляды, прикосновения, - она вспыхивает моментально. И кажется, сама этого боится. Ну или по крайней мере, стесняется.

Вот и в кафе, на виду своих подруг, сидит, позволяя мне гладить ее. Наблюдать, как она периодически судорожно выдыхает, опускает глаза, закусывает губу. Эта девчока вулкан, который спал много лет, но теперь его не остановить. И это просто нереальный кайф.

Слава богу, подружки разъезжаются на такси, и никого не надо отвозить. Я тащу Арину за руку на парковку, моя машина в самом углу, где почти нет света фонарей. Открываю дверцу для нее, а потом усаживаюсь на свое место. Арина еще не пристегнулась, и я перетаскиваю ее на себя.

Она только ойкает, немного неестественно изгибаясь из-за неудобного положения: руль упирается в спину. Я отъезжаю максимально далеко, а потом целую Арину, запуская руку под платье. То, что на ней чулки, я успел почувствовать еще в кафе. Удобно, очень удобно.

- Влад, Влад, - шепчет она сквозь поцелуй. - Это безумие. Нас могут увидеть.

- Ну и что? Безумие так тебя хотеть.

- Сумасшедший, - я чувствую, как она улыбается, и сама же начинает расстегивать мне ремень на джинсах. Да, сумасшедший, мы оба сумасшедшие.

Начало ноября выдается морозным, я бросаю машину возле дома, а потом вдруг вспоминаю, что Арина хотела горячий шоколад. Топаю в сторону кофейни и вижу Тимура. Он две недели как укатил в отпуск с семьей, а сейчас как раз выгружает из багажника такси сумки.

- Привет, - подхожу к нему.

- О, Влад, - Тимур пожимает мне руку, я киваю его жене, держащей на руках ребенка.

- Как отдохнули?

- Нормально. Вы как? Как с Ариной?

Я на мгновенье уношусь мыслями во все то, что творится.

- Нормально. Да, все хорошо, - отвечаю ему, Тимур щурится, через плечо бросает взгляд на жену.

- Ты что, ее трахнул? - спрашивает тихо.

Я усмехаюсь, качая головой. Тимур матерится, повернувшись к жене, говорит:

- Милан, идите домой, хорошо? Я покурю и поднимусь с вещами.

Она неуверенно кивает, но идет в сторону подъезда, Тимур достает сигарету, прикурив и сделав быструю затяжку, спрашивает:

- Ты чем думаешь, Влад?

- Не начинай, - хмурюсь я, пряча руки в карманы джинсов. - Все под контролем. Это просто секс.

- Просто секс? - он усмехается. - А она об этом знает?

- Да. Мы обо всем договорились.

Тимур только головой качает, выдыхая дым.

- Яров, ты сам себя слышишь? Ты с кем договорился? Не с шлюшкой из бара и не с содержанкой. Она ведь девочка одуванчик, скромница-умница, которая верит в принца на белом единороге. Черт, я надеюсь, она хотя бы не девственница была?

Я молчу, отворачиваясь, Тимур снова матерится.

- Влад, ты в своем уме? Ты ведь прекрасно осознаешь, что такие, как она не трахаются без обязательств. Даже если она так сказала. У нее в башке все это трансформируется в долго и счастливо, если еще не трансформировалось. Она по-любому завязнет в тебе, и что ты будешь делать, когда трахаться с ней надоест? Я думал, ты взрослый мужик, который понимает, в кого стоит пихать свой член, а в кого нет. Она ведь запорет тебе всю карьеру. Возможно, даже не специально. А если она залетит, что тогда? Черт, я не понимаю, почему я должен объяснять очевидные вещи. - Тимур раздраженно щелкает окурком и тот улетает в урну. - Сколько ты с ней спишь?

Я вздыхаю. То, что Мираев отчитывает меня, как мальчишку, безусловно малоприятно, но, к сожалению, более чем заслуженно. До секса с Ариной я прекрасно понимал все риски, а после дал слабину и позволил себе просто наслаждаться моментом. Но Тимур прав: это может рвануть рано или поздно.

- Около месяца, - говорю ему. Он снова чертыхается.

- Слушай, Влад, я тебе не нянька, и даже не твой компаньон, но послушай хороший совет. Перестань трахать девчонку. Она - только часть твоего плана в политике, притом не самая важная. И запороться из-за этого просто глупо. Сведи ваши отношения на нет сейчас, пока еще это возможно и будет наименее болезненно. Чем больше ты тянешь, тем больше вероятность, что она влюбится в тебя. А любовь не поддается контролю, Яров.

Он замолкает, я смотрю в сторону, на темный вечер в желтых огнях. Потом кидаю взгляд на Тимура.

- Извини, если был резок, - говорит он. - Просто хотел донести мысль. Ладно, я пошел, зайду в среду, как договаривались.

- Давай, - я пожимаю руку Мираеву, проследив за тем, как он, подхватив сумки, скрывается в подъезде, поворачиваюсь и иду обратно в сторону дома. Обойдемся без горячего шоколада.

Внутри злость на самого себя. Первая, на Мираева, стихла, и теперь я словно вижу вещи в их истинной расстановке. И в этом действительно нет ничего хорошего. Даже Лиза, помнится, расстроилась, когда поняла, что на ее уникальность никто не претендует и она будет только любовницей. Что говорить об Арине…