Ловелас для брюнетки - Илона Шикова

на день раньше, паразиты, – начинает он оправдываться, немного неправильно расценивая мою слишком грубую реплику. – Придется их до ночи развлекать. Сам расстроился из-за этих…

– Я тебя ни в чем не виню, – перебиваю Валевского, чтобы глупостей не наговорил. А то еще отменит сейчас важную встречу, а я потом буду чувствовать себя виноватой. – Уж одну ночь я как-нибудь переживу без тебя.

Видимо, мое волнение, которое вдруг резко появляется после фразы «ночь без тебя», слышится в голосе, поэтому Рома в категоричной форме заявляет:

– Ничего не бойся, слышишь? – делает паузу, на протяжении которой я лишь тяжело вздыхаю в трубку. – В доме полно охраны, никто тебя не тронет.

– А что с твоим братом? – наконец-то вспоминаю о ночном госте, забыв спросить об этом у Валевского в самом начале. – Нашли? – задаю вопрос и, кажется, перестаю дышать в ожидании ответа.

– Пока нет, но ищем, – довольно твердо рапортует мой собеседник тоном, в котором сквозит уверенность, что они обязательно найдут ночного визитёра. – Всех подключили, кого могли. Пока проверяем его мать, друзей, коллег с бывшей работы. Кто-то обязательно проболтается, не переживай.

– Я не переживаю, – немного успокаиваюсь от командного тона парня, которому действительно хочется верить. – Просто, – запинаюсь, мысленно взвешивая все плюсы и минусы своего столь внезапного порыва раскрыться перед Валевским, однако, он опережает меня.

– Что просто, Карина?

И ждет. Просто молчит, ничего не комментируя, и ждет от меня того шага, на который я собираюсь решиться.

– Соскучилась по тебе, – делаю небольшую паузу перед последним словом. – Очень, – и выдыхаю, понимая, что призналась. Никогда и ни с кем не была откровенной, но с Ромой почему-то хочется открыть свое сердце, которое я так долго держала на замке.

– Девочка моя, – тон парня меняется на нежно-ласковый, от чего лишь улыбка расплывается на моем лице. – Я тоже очень соскучился. Может, приедешь вечером ко мне?

– Давай лучше завтра. – Хоть и безумно хочется согласиться, но у меня тоже дела, а этот дурдом – дай Бог, чтобы к полуночи закончился. – Сначала к тебе, а потом мне надо будет заскочить в ателье, чтобы проверить костюмы. Многие из гостей сами себе заказывали, но часть изъявила желание свалить пошив нарядов на мои хрупкие плечи.

– Хорошо, – быстро соглашается Рома. – Кстати, и себе не забудь платье заказать. Длинное, с вырезом до середины бедра, открытой спиной, огромным декольте, – он делает, паузу, а я лишь смеюсь в ответ. – М-мм, – стонет Валевский. – Как представлю…

– Работать иди, умник! – осекаю его порыв сейчас начать отпускать пошлые шуточки, да и самой уже пора приступить к своим обязанностям. – И мне не мешай!

Нажимаю на сброс и выхожу в зал, однако через пять минут прилетает сообщение от любимого абонента:

«Ткани на платье поменьше, чтобы раздевать было несложно!»

В очередной раз смеюсь, в глубине души ликуя.

И как можно с этим человеком общаться серьезно?

Глава 37

Время до позднего вечера пролетает слишком быстро – начало двенадцатого, душ, усталость и огромная кровать, на которую я падаю лицом вниз. Сил нет даже пошевелиться – о том, чтобы выпить чаю перед сном, не может быть и речи. Я не чувствую ни ног, ни рук, однако обещала позвонить Роме перед сном, чтобы он не переживал.

– Ты домой думаешь ехать? – интересуюсь первой, так как Валевский все еще развлекает китайцев. – Хватит работать, спать давно пора.

– Через полчаса поеду, – зевает мне в ухо, а после почему-то шепчет: – Как же я мечтаю снять с тебя пижаму – кто бы только знал.

– Ха-ха-ха, – произношу с издевкой, укладываясь на спину и накрываясь одеялом. – Завтра снимешь, если будешь хорошо себя вести.

– Я буду очень плохо себя вести, – дразнится Рома, однако я уже не реагирую, закрывая глаза. – Ты там дрыхнешь уже, что ли?

– Почти, – полусонным голосом шепчу, на что слышу лишь смешок в ответ.

Мы прощаемся еще минут пять, если не больше, однако хоть убейте меня, но утром я не помню ни слова из пошлых шуточек Валевского.

Чувствую себя намного лучше, чем вчера, а прохладный душ приводит меня окончательно в норму. Чашка кофе, улыбка домработнице и долгая дорога в город – это программа минимум на сегодня.

Перед выездом звоню Роме, заявляя, что мотор уже заведен.

– Не понял, – удивленно произносит Валевский, чем вводит меня в заблуждение. Что не так-то – уж очень странная у него реакция. – Какой мотор?

– Валевский, ты не знаешь, что такое мотор? – усмехаюсь, устраиваясь поудобнее в водительском кресле.

– Я-то знаю, не пойму только взаимосвязи между тобой и заведенным двигателем, – поясняет Рома, однако в голосе слышатся напряженные нотки. – Водитель где?

– Так я на своей машине, – как ни в чем не бывало отвечаю, так и не понимая, куда он клонит. – Зачем мне водитель?

– Откуда машина? – мой собеседник резко задает вопрос, и тут до меня наконец-то доходит причина столь внезапного удивления парня. – Помнится, она осталась стоять возле твоего подъезда.

Конечно же, осталась, но ровно до следующего дня, когда моя помощница привезла мне ее в дом Валевских. Улыбка охранникам, просьба не сообщать хозяину о сюрпризе, и мой скромненький автомобиль надежно спрятан в гараже, о чем Рома даже не подозревал до настоящего момента.

– А ты думал, я останусь без своего любимого транспортного средства? – пытаюсь все перевести в шутку, однако в ответ лишь слышу фырканье и обиженный голос:

– Сбежать от меня хотела?

– Конечно, – смеюсь в ответ, так как хорошее настроение зашкаливает, и я не могу сдержаться, чтобы не подколоть Валевского, пусть и в мелочи. – Еще как хотела.

– Вот же засранка, – ворчит Рома, но по голосу слышу, что доволен, как слон. – Будешь наказана, и это, – он делает многозначительную паузу, – даже не обсуждается.

– Вся в предвкушении, так что готовь своё наказание, скоро буду, – я выдаю на одном дыхании, нажимаю сброс, откидываю телефон на соседнее кресло и плавно выруливаю со двора.

Дорога практически пустынна, если не считать парочки встречных автомобилей и несколько автобусов. Легкая музыка из динамиков, прохладный ветерок из окна и предвкушение нашей встречи с Ромой – Господи, никогда не буду жить больше за городом. Какой-то ненасытной становлюсь в последнее время, а как представлю, что этот аферист задумал какую-то хитрость, чтобы меня наказать, так настроение поднимается еще выше.

Люблю его и никому не отдам – пусть даже не надеется. И никто не сможет разлучить нас, даже если очень захочет.

Вижу вдалеке автомобиль, припаркованный возле обочины, а когда подъезжаю ближе, из-за открытого капота выходит мужчина в солнцезащитных очках и костюме и машет рукой, чтобы я остановилась. Притормаживаю и