Надменный индюк - Эмилия Марр

перестать стесняться своей травмы, – старается быстро объясниться мой друг, – поскольку, только приняв её, ты сможешь с ней «работать». И я всё рассказал Давиду, чтобы он тебя понял. – Я не останавливаюсь и продолжаю наступать, а Сашка делает шаги назад. – Вот смотри, человек с переломом ноги не может управлять автомобилем, так и здесь – нет ничего зазорного в том, что ты получила психологическую травму. Скрывать её от друзей – это не выход. Нужно настроиться на борьбу, но ни в коем случае с ней нельзя мириться.

Горько усмехаюсь.

– Я смотрю, ты долго общался с моим доктором, даже её словами заговорил, – стряхиваю его руку со своей.

Отвожу глаза. Не хочу видеть его и уже давно бы ушла, если бы была возможность свалить.

– Ди, не закрывайся от меня, – проникновенно просит Саша. А я не могу выполнить эту просьбу, меня как будто предали. Исполосовали острием ножа всю грудь. Меньше всего я это ожидала от НЕГО.

Ничего ему не отвечаю, ком в горле не дает издать ни звука.

– Я это делаю ради тебя, Ди. Подумай, как сильно изменилась твоя жизнь после того, как ты стала пешеходом. Даже в недавней истории с поездкой в приют, если бы у тебя была машина, ты могла бы просто посадить в неё Софу и уехать оттуда, и избежать всего того, что произошло. И таких обстоятельств бывает много в жизни. А что теперь? Поездки на общественном транспорте? И я сейчас даже не о попусту потраченном времени говорю, а о неудобствах, о соседстве не понятно с кем, о пересадках, особенно после уютного салона автомобиля – это же настоящая пытка!

Очередная горькая усмешка срывается с моих губ. Кому, как не мне, знать о «прелестях» жизни пешехода.

– Саня, давай, не тяни, – вдруг врезается в моё сознание голос Давида. За шквалом эмоций от поступка Саши я даже забыла, что мы тут не одни.

Вот чёрт!

Начинаю обходить Сашу, чтобы подойти к машине, но дорогу мне перегораживает Давид.

– Диана… – начинает он.

Сжала руки в кулаки и с вызовом смотрю Давиду в глаза.

– Аха-ха, да ты имя моё, оказывается, знаешь, – вырывается из меня истерический смех. – Наконец-то! Молодец! Садись, пять! А теперь пропусти меня.

К удивлению, он не хамит и не издевается надо мной. Даже глаза не выражают никакой насмешки. Он просто стоит и смотрит на меня.

Делаю шаг в сторону – и Давид туда же. Повторяюсь, но уже в другую, и он снова загораживает мне путь.

– Давид, уйди, – слёзы уже готовы брызнуть из глаз, отворачиваюсь, чтобы он их не увидел, – пожалуйста, – добавляю еле слышно.

– Саня, давай. Дальше я сам разберусь.

Это в каком это смысле «он сам»?!

Глава 41

Ошарашенная оборачиваюсь, чтобы посмотреть на Сашу, и успеваю заметить его кивок. Он двигается в нашу сторону и… обогнув нас, вдруг направляется к своей машине.

– Эээ…Са… ша? – неверящим голосом произношу как раз в тот момент, когда он проходит мимо.

Романов останавливается и говорит:

– Со мной у тебя не получится преодолеть страх, и в конце концов мы оставим эту идею, я просто не смогу быть строгим к тебе и требовать выполнения всей схемы, которую мне дала доктор…

– А Давид, типа, сможет? – не оставляю его признание без едкого замечания.

– Он хочет тебе помочь, а значит – поможет.

– Аха-ха, Давид и помощь… Саша, ты сегодня в ударе, шутки одну за другой выдаёшь. Бред! Я сваливаю.

Снова пытаюсь обойти Давида, но он в очередной раз преграждает мне дорогу.

– Диана, останься.

Возможно, скажи он это чуть раньше или в других обстоятельствах, и таким же проникновенным голосом, я бы послушалась. Но сейчас я просто не способна адекватно воспринимать информацию. Поэтому я обхожу Давида и уже делаю шаг от него к Саше, как крепкие руки хватают меня за талию и прижимают к себе спиной. Хочу отбиться от него, начинаю молотить руками и ногами, куда попаду, в попытке освободиться, но его сильный захват мне никак не удаётся преодолеть.

– Диана, успокойся! – кричит Давид.

Какой там. Нет, я буду бороться до последнего. Один раз хорошенько так треснула его по ноге, ногтями пытаюсь отодрать его руки от себя, в прямом смысле этого слова. Он матерится, обещает прибить после, но хватку не ослабляет.

Силы понемногу покидают меня, удары становятся менее ощутимыми, уже уставшая повисла на его руках, чтобы перевести дыхание. В этот момент вижу, как Саша дал по газам, и машина рванула вперёд и скрылась за поворотом.

Как он мог меня оставить с Давидом! Как? Зная о наших контрах!

Моя душа сломлена. После той жуткой аварии, в которой погибли мои родители, вот так вынудить меня сесть в машину с человеком, едва не вогнавшим меня снова в депрессию своей бешеной ездой! Да я ещё от прошлой нашей поездки не отошла! Держусь из последних сил, чтобы не зареветь в голос.

Бью по рукам Давида, и он, понимая, что я в предистерическом состоянии, отпускает меня. Отхожу на пару шагов, смотрю вперёд и не понимаю, что делать. Если дойду до дороги, может, получится поймать машину. Сумочка с мобильным остались у Саши в тачке.

– Не вини Саню, это я его уговорил.

Резко разворачиваюсь к нему, подхожу и толкаю со всей мочи.

– Ты знаешь, я и не сомневалась! Ты – козёл! Урод! Понял?! Ненавижу тебя! Ты вообще зачем встрял между нами, а? Куда ты лезешь?! Кто тебя просит! Мне не нужна твоя помощь, понял! Отвали! – отхожу от него, а затем снова возвращаюсь, чтобы высказать всё, что накопилось. – И то, что Сашка согласился на твоё предложение, ни в коем случае не умаляет его вины, понял! Он предал меня, оставил непонятно где с тобой!

Толкаю его, но на самом деле хочу избить!

– Придумали мальчики себе развлечение – «спасти бедную девочку»! – тыкаю его пальцем в грудь. – А мне это не нужно, понял? Сама справлюсь! Я когда захочу, тогда и буду садиться за руль. Не лезьте ко мне в душу, я разберусь сама!

Высказалась, но облегчения не получила. Всё! Мне здесь больше нечего делать. Развернулась и пошла прочь от этого мудака.

Далеко мне уйти не дали. Схватив за руку, дёрнул на себя. А я была готова – и резко шагнула вперёд, выставив колено, и попала прямо ему между ног. Да! Так тебе и надо.

– Бля**, с*ка. Еб*нутая истеричка… Да чтоб тебя!.. – сквозь стиснутые зубы Давид