Согрей меня - Лина Манило

– Скажу, конечно, – Мара задумчиво провела пальцем по стеклу, нарисовала сердечко. – Я не хочу ему врать.

– Он разнервничается, – Варя озвучила страх Мары, и та в ответ вздохнула.

– Значит, успокою.

Мара улыбнулась, а в дверь позвонили. Варя дёрнулась, рванула ланью в прихожую, и вскоре в ней закипела жизнь.

Стас вошёл в кухню, и Мара заметила его отражение в оконном стекле, за которым сгустилась ночь. Увидела и поняла, что ни на кого не сможет его променять.

Он рванулся к ней, уставший с дороги и встревоженный. Выдохнул сквозь сжатые зубы, остановился за спиной, положил руки на плечи. Мара подалась назад, положила голову ему на грудь и прикрыла глаза.

– Как хорошо, что ты вернулся, – прошептала и почему-то заплакала.

Но в слезах этих не было боли и горечи. Только радость и облегчение.

Рядом со Стасом Маре было хорошо, а всё остальное ушло в туман.

Глава 41

– Может, хоть с дороги посидишь? – Варя хитро прищурилась, изучая Стаса любопытным взглядом.

– В самолёте насиделся, – Стас усмехнулся и взял Мару за руку. Чуть притянул к себе, и девушка вспыхнула до корней волос.

Стас действовал на неё, как дорогое вино, от которого кружилась голова. Хотелось весело смеяться и быть до глупого счастливой. Словно стоило ему к ней прикоснуться, и не оставалось места для горестей и обид.

Их пальцы переплелись, и Стас потянул Мару за собой к выходу. Как всегда, галантный и учтивый, помог одеться и, кивнув улыбающейся Варваре, увёл за собой.

– Я слишком соскучился, чтобы в гостях рассиживаться, – Стас упёрся руками по обе стороны от головы Мары, коснулся носом щеки. Втянул аромат любимой женщины и растянул губы в порочной улыбке. – Хочу тебя до сердечного приступа.

Его глаза блестели, потемнев от желания. Мара заглянула в них, утонула и напрочь забыла, о чём хотела поговорить со Стасом.

Потом, всё потом. Сейчас же потянулась к его губам, обвила шею руками и прильнула к широкой груди.

– Ты плохо на меня влияешь, – призналась интимным шёпотом, от которого у Стаса загорелась кровь.

– И что же это должно значить? – заломив бровь, Стас наклонился ниже, касаясь губами нежной щеки.

Лифт звякнул, останавливаясь на первом этаже, и вместо ответа Мара лишь поцеловала Стаса – коротко и жадно.

Машина ждала на парковке, но Мара остановилась у распахнутой дверцы и поймала кончиком языка большую снежинку. Следом ещё одну, и улыбка с каждой секундой становилась всё шире.

– Станислав Фёдорович, ну застудите же машину, – раздался сварливый голос водителя, но Стас просто захлопнул дверцу, давая Маре шанс насладиться снегопадом.

– Красиво как, да? – Мара развела руки в стороны и засмеялась. Стас подошёл к ней, покачал головой и поддел прохладными пальцами её подбородок.

– Ты самая удивительная женщина, – сообщил, словно стратегически важной тайной поделился. – Так как именно я на тебя влияю?

– Делаешь из меня озабоченную дурочку. Но мне это нравится.

– Ещё бы тебе не нравилось, – Стас стал к ней вплотную и, положив руку на поясницу, подтолкнул Марьяну к машине. – Видишь ли, я тоже озабоченный и жутко соскучился по тебе. А ещё у меня кое-что для тебя есть, но я не хочу делать подарки на улице, какой бы красивой ни была природа.

– Мне? Подарки?

– А почему нет? – удивился Стас. – Всё, Марьяна, давай-давай. В машину садись.

Всю дорогу до жилища Стаса Мара ёрзала и всё боялась, что Стас это заметит. Но ей не терпелось оказаться с ним в уюте квартиры. И не в подарках дело, хотя Маре и было любопытно, просто… она нуждалась в этом мужчине всё сильнее.

В салоне приятно пахло тёплой кожей, мужским парфюмом и чем-то ещё – Мара не могла угадать. Тихонько хмыкнув, Стас подался вправо и шепнул ей на ухо: «Ты сейчас лопнешь от нетерпения, смешная».

Мара фыркнула, повела плечами и снова покраснела.

Что ж такое? Прямо барышня на выданье, а не взрослая женщина, краснеет и краснеет.

Целоваться начали в лифте. Мысли о подарках вылетели у Мары из головы, осталась только жажда изголодавшегося тела. Они со Стасом пытались наверстать всё, что было прожито с другими, в иллюзиях и разочарованиях, в боли от предательства.

«Потом, всё потом», – не разберёшь, где, чей шёпот.

Мара погладила рукой шею, притянула голову Стаса и скользнула языком по нижней губе. Вкус пьянил – Мара упивалась им, лучшим вкусом из возможных. Возбуждалась от каждого движения, томилась.

Губы Стаса раскрылись под касаниями Мары – она не сдержалась и скользнула языком внутрь. Она доминировала – Стас позволил ей быть главной, но долго ли продлится это блаженство?

Стас не выдержал: крепче сжал хрупкую фигуру в объятиях, прижался всем телом, впечатал Мару в себя. И её охватило чувство бесконечной власти над этим замечательным сильным мужчиной. Хотелось кричать от ощущений, они разрывали на части, но Марьяна лишь сильнее прильнула к Стасу, главенствуя над ним, дрожащим от предвкушения.

Мара поняла: её сознание уплывает. Теряется в сладостном экстазе. Где-то там, со стороны и будто бы сверху она наблюдала за Стасом и своими руками на его шее, за кончиками пальцев, которые ерошили русые волосы. Под кожей билось сердце Стаса, вибрировало прерывистое дыхание, и это сводило с ума.

«Как же ты мне нужен. Необходим».

Стас взял Мару за руку, поцеловал запястье и кивнул на распахнувшиеся дверцы лифта.

– Мы приехали.

В его глазах бушевал шторм, взгляд стал невыносимо тёмным и до дрожи под коленями манящим.

Как добрались до квартиры? Как Стас дверь распахнул, как втащил Мару внутрь? Никто из них двоих не понимал. В каждой клетке ставшего общим тела пульсировало желание, хотелось всего и сразу. Прямо сейчас!

Ничего в жизни больше, чем Стаса, Мара не хотела. Только его одного: голого, распластанного под ней, нависшего над ней… всего и без остатка.

Подхватив Мару под ягодицами, Стас прижал её к себе и понёс