Упал. Очнулся. Папа! (СИ) - Логвин Янина

Меня остановил ее взгляд и понимание: она не хотела прилюдных выяснений. Не сейчас и не здесь. Не при чужих людях говорить о наших отношениях в прошлом. К тому же, у меня тоже имелись к себе вопросы и очень серьезные.

Ладно, на это я готов был пойти, тем более, что разговор касался нас двоих и обещал быть долгим. Ночь для этого не самое лучшее время, да и нервы сейчас ни к черту! Характер у меня оказался не сахар, это я понял по работе со своими немцами. Хватило полдня, чтобы парни, такие напыщенные вначале, притихли, и не могли без меня обойтись. Обстоятельствам я подчинялся с трудом, и Даша наверняка об этом знала. Поэтому и сейчас молчала, не оправдываясь, а принимая мое настроение, как должное.

Фильм еще не начался, на экране шли рекламные трейлеры, но я ничего не видел перед собой. Я думал о словах незнакомца.

Она не могла быть с другим, точка! Я сам нуждался в ней и наши дети. Но ревность уже захлестнула, сдавила грудь тугим обручем и не отпускала, затягивая в свой омут все сильнее. И с этим придется что-то делать. С Дашкиной работой и завтрашним днем, когда я снова буду думать, где она и с кем. Какие еще типы протягивают к моей жене руки и как она обхаживает своего пижона-начальника, пытаясь ему угодить.

Я провел по лицу ладонью и тяжело выдохнул. Скосил глаза на Дашу.

В зале еще не успели полностью потушить свет, и я невольно залюбовался тонким лицом жены, обрамленным темно-рыжими волосами. Длинными ресницами, спрятавшими взгляд, и губами, все еще заметно припухшими от моих поцелуев.

Не гордая, но родная и желанная.

Как бы я ни злился, а вновь захотелось ощутить Дашку как можно ближе у груди и удержать. Поймать ответную смелось ее губ своими и почувствовать их шелковую нежность. Пальцы внезапно сжались от сильного желания коснуться ее волос, запутаться в волнистых прядях и послать все сомнения к черту!

Дашка-Дашка, чего же ты боялась? Снова не хотела мне верить?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Нет, я не врал себе в новой памяти. Что бы ни было в нашем прошлом, мы это выясним, перевернем страницу и начнем заново. Разговор никуда не уйдет. Мы уже начали и больше я не допущу ошибок. Слишком многое мне предстояло поправить и сделать для своей семьи в настоящем, чтобы осталось желание оглядываться назад.

Больше такой ситуации не повторится. В следующий раз моя жена будет помнить о том, что я рядом, и окликнет меня прежде, чем кто-то успеет испортить нам вечер.

И с работой ее решим. Детей надо чем-то занять, особенно Степана. Пора найти его энергии применение — от мальчишки так и искрит взрывным темпераментом. Вот уж кто в семье уродился сорвиголовой и непоседой, но характер его мне нравился. К детям душа лежала так же, как к жене, хотя отцовство свое принять получилось не сразу.

Я увидел, как Даша достала из сумочки сотовый телефон и включила экран. Вошла в мессенджер сообщений и что-то написала.

— Это Рита? — догадался я. — Как дела дома?

Даша подняла ко мне лицо и внимательно посмотрела, словно решаясь ответить.

— Да, Риточка. Все хорошо. Я просила ее написать, когда дети уснут. Спрашивает, можно ли ей почитать.

— И что ты ответила?

— Разрешила, но недолго. Им завтра вставать в садик и школу, а после выходных понедельник самый сложный день на подъем. Да и нам с тобой завтра на работу.

Даша вдруг поджала губы и отвела взгляд. Поправила у виска волосы и замерла, словно действительно на что-то решаясь.

— Наверное, зря я попросила тебя сюда прийти, — неожиданно сказала. — Ты почти не спал прошлую ночь, а я… Что-то нашло на меня в ресторане, прости.

Что-то нашло на нас двоих и уходить не хотело.

— Мы оба не спали, и мне показалось, что ты об этом не жалела.

— Нет, конечно! Просто… просто я хотела, как лучше, а вышло ужасно! Всё ужасно!

Она спрятала телефон в сумочку и вдруг встала с диванчика. Повернувшись ко мне, побледнела в лице, прижав сумку к груди.

— Андрей, мы должны с тобой поговорить, — выдохнула на одном звуке. — Сейчас! Это очень серьезно!

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Глядя на нее, я в этом даже не сомневался.

— Разве ты больше не хочешь смотреть комедию? — спросил и мой тон все еще прозвучал холодно. Заметив это, Даша моргнула и опустила плечи, но взгляд удержала.

— Нет, больше не хочу.

— А что же ты хочешь?

Если бы ответ лежал на поверхности, ей бы не пришлось так долго собираться с ответом, что я успел усомниться в ее желании.

— Я хочу, чтобы ты меня выслушал. Пожалуйста, Андрей, мы можем уйти отсюда? Сейчас?!

В зале постепенно затухал свет, и заэкранные громкоговорители на мгновение смолки. Людей на ночном сеансе было немного, кресла перед нами пустовали, так что мы точно никому не мешали.

— Сейчас начнется фильм, Даша. Я хочу, чтобы ты его посмотрела.

— Но это важно! Ты же сам хочешь все знать, я чувствую!

— Завтра. Дети в порядке, а значит и все остальное подождет.

— Но, Андрей, как же…

Я не выдержал и дернул ее к себе, усадив на колени. Притянув ближе, крепко обнял за плечи, приблизив губы к аккуратному и теплому уху, спрятанному под волосами.

— Дашка, ради бога! Я и так едва сдерживаюсь, чтобы не рычать от ревности и перестать себя мучит вопросами. Я ведь не слепой и не глухой! Подождет, сказал!.. Хочешь знать, что для меня важно? Действительно важно?

— Что?

Я коснулся носом виска и ожег его дыханием.

— Я должен быть единственным для тебя. Всегда, слышишь? Первым, кого ты видишь каждое утро и кого твой взгляд находит в толпе. Первым, кому ты доверяешь. Все остальное повременит!

Моя рука легко забралась под волосы и погладила шею. Пальцы легли на тонкий подбородок, поворачивая ко мне лицо и приближая губы — полураскрытые и мягкие губы моей женщины. Не стоило ждать завтра, когда все ясно уже теперь.

Я царапнул их прикосновением.

— Пообещай! — потребовал.

— Андрей…

— Даша, я или нужен тебе, или нет. Иначе не будет! Мы обязательно поговорим, но ночь оставим себе. Так нужен?

Дашкина ладонь наконец легла на щеку и погладила меня, а губы нашли мои. Начался фильм и аудиосистемы, воспроизводящие звук, взорвались звуками автомобильной погони, визгом покрышек по бетону и воем полицейских сирен. За шумом в зале я не расслышал ее тихий ответ, но почувствовал его искренность полной мерой. Стал целовать Дашку, наплевав на то, где находился сам, и кто находился рядом. Я снова ощущал хмель от ее близости и не хотел останавливаться.

Очнулся только тогда, когда моя рука оказалась под платьем и Дашка ахнула:

— Нет, Андрей! Ты с ума сошел! — разорвав поцелуй, она попыталась спрыгнуть с колен, но я не дал. Притянув обратно, впился в нежную шею, дурея от желания.

— К черту фильм и людей к черту! Как думаешь, наша Рита уже спит?

— Думаю, да. Она очень послушная девочка.

— Дашка, если ты хочешь посмотреть эту глупую комедию, то мы останемся. Честное слово, я попытаюсь держать себя в руках!..

— Нет, не хочу.

— А что хочешь?

На этот раз ее ответ достал до нутра.

— Тебя!

Такси поймали у выхода из торгового центра и к дому доехали быстро — мужик-водитель оказался понятливым и назад не таращился. В подъезд вошли второпях, а в лифте снова целовались до боли в губах. Руки так и чесались раздеть Дашку, и оба не успели понять, как оказались у себя в прихожей, в темноте за закрытой дверью.

— Тихо! Сумасшедший… — меня возбуждал ее тихий смех. — Не шуми, детей разбудишь!

— Ай, ч-черт… — я отшвырнул что-то в сторону, разулся и сбросил куда-то куртку. Снял с Дашки пуховик и присел у вешалки, стаскивая с ее ног сапоги. Следом не раздумывая стянул колготки и белье.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Стой, Андрей… Нет!

— Да! — мои губы нашли голое бедро и стали за руками подниматься выше.

— О, боже… Ты же не хочешь…

— Еще как хочу!



— П-прямо здесь?