Роберт Мендельсон - Восточная мадонна

Мы устроили вечеринку прямо там, на складе, китаец прислал нам самых хорошеньких девушек, музыкантов и отличное угощение. Потом кто-то предложил продолжить веселье в чайной в двух кварталах от порта. Мы провели там два часа, ребята были довольны, а когда мы вернулись, склад был пуст. На следующий день меня уволили, и мой начальник сказал, что я должен быть благодарен хотя бы за то, что не попал за решетку.

Черт возьми, неужто в мои-то годы я стану лукавить? Конечно, я погнался за деньгами. Тогда многие делали миллионы на подобных делах, ну я и купился. Только одного я не знал – что мой непосредственный начальник получил за эту операцию гораздо больше, чем я, и очень скоро вышел в отставку, став преуспевающим бизнесменом. А я остался без работы и несколько месяцев слонялся по городу, как последний лентяй. Чтобы как-то поддерживать физическую форму, я стал ходить в спортзал и там познакомился с господином Пателем.

Через несколько дней после нашей первой встречи он предложил мне работу. Я возглавил охранную службу его компании, и между нами установились дружеские отношения. Господин Патель помог мне выгодно вложить мои сбережения, и через пару лет я стал вполне обеспеченным человеком. Все эти годы я работал так, что мне не в чем было себя упрекнуть, и вот теперь в Швейцарии случился такой прокол. Так что сиди, милый, взаперти и жди дальнейших распоряжений.

Прошло три мучительных дня, и в одно прекрасное утро в комнату ко мне входит, что называется, без доклада этот самый Минь Хо. Такой невзрачный, небольшого роста вьетнамец в очках. Лицом вроде бы ничего, но в глазах что-то такое, отчего мне сразу стало не по себе. Он смотрел как бы сквозь меня, и от этого взгляда по спине бежали мурашки, как от холода. Впрочем, скорее от страха.

– Садитесь, пожалуйста, – предложил я. – Хотите кофе?

– Я – Минь Хо, – заявил он, не утруждая себя излишней любезностью. – Я берусь за это дело.

И протянул мне визитную карточку господина Пателя с его собственноручной подписью.

– Я собирался встретить вас в цюрихском аэропорту, – начал было я, но он не проявил к моим словам ни малейшего интереса. В руках у него была дорожная сумка.

– Я расположусь в спальне, а вы здесь, – довольно грубо оборвал он меня. – Поставьте свою кровать сюда. – Он, похоже, привык командовать. – Не будем тратить деньги господина Пателя на излишний комфорт.

– Может быть, вы хотите позавтракать?

– Нет, – отрезал он. – Что вы можете сказать о последних передвижениях американца?

Он, вероятно, хотел, чтобы я чувствовал себя неловко. Не знаю, почему он вел себя именно таким образом, но с первого же момента, как он вторгся в мою жизнь, этот вьетнамец был донельзя возбужден и заражал меня своей нервозностью. Он был несчастным человеком, это было видно. Кто он, откуда? В общем, меня это не касалось, так как его прислал господин Патель, и у него, видимо, были свои резоны. Я привык доверять господину Пателю, а он сказал, чтобы я во всем слушался Минь Хо. Своим напором, постоянной злостью и грубостью он действовал на меня как удав на кролика. Все мои попытки как-то смягчить его, сделать ему что-то приятное оканчивались ничем, и я все время чувствовал себя круглым идиотом.

Я рассказал ему обо всех событиях предыдущих дней, не упустив ни малейшей подробности. Мы даже проехались на пароходе по озеру и зашли в тот ресторанчик, где побывал полковник. Короче, прошли его маршрутом. В ресторане у нас произошла размолвка по поводу обеда. В те годы я очень любил поесть, и, несмотря на недовольство Минь Хо, все-таки пообедал. Шаг за шагом, медленно, но верно, Минь Хо прибирал меня к рукам – это чувствовалось буквально во всем, и, надо сказать, делал это весьма профессионально. Он не только командовал всей операцией, но стремился парализовать мою волю. Вечером, когда мы возвратились с прогулки по маршруту полковника, Минь Хо заявил:

– Блумфилд, ты не должен был дать ему уйти.

– Что и говорить, я плохо сработал. По-моему, они все-таки знали обо мне. Она первая меня раскрыла.

– Ты заметил близость в их отношениях?

Странный вопрос. Я сказал, что не могу судить об их отношениях, поскольку находился от них на приличном расстоянии и не слышал, о чем они говорили. Нельзя было не заметить, что Минь Хо слушал меня с напряженным вниманием.

– Об этом можно было бы догадаться по их движениям. Он обнимал ее?

– Я не заметил.

– Господин Патель говорил о тебе как о классном сыщике. Как ты думаешь, они остались в Швейцарии?

– Вряд ли. Здесь слишком тесно, а им известно о нашем присутствии.

– Думаешь, они все еще вместе?

– Пятьдесят на пятьдесят. И все-таки хотелось бы знать, почему господин Патель так интересуется ими.

– Тебя это не касается.

Конечно, он был прав. Я получил четкий приказ – во всем повиноваться Минь Хо, а остальное меня не касалось. В первый день Минь Хо дал мне понять, что проку от меня нет никакого. Я чувствовал себя полнейшим идиотом, выкладывая перед ним все, что мне было известно, и видя, как он внимательно меня слушает, делает вид, будто я плету всякую чушь.

– Куда, по-твоему, они направились?

– Наступает летний сезон – могут поехать куда угодно. Думаю, они выберут какое-нибудь оживленное место: Италию, Средиземноморье, Северную Африку или Испанию. В это время всюду светит солнце, гуляй хоть по всему континенту. Полковник любит море, поэтому мне кажется, он предпочтет остановиться там, где ходят пароходы.

– Это ничего не дает. Ищи ветра в поле.

– Если бы мы знали, на чье имя у него паспорт, задача значительно упростилась бы. Вы не хотите, чтобы я слетал в Гонконг?

– Когда захочу, тогда дам тебе знать. По-моему, у него канадский паспорт.

– Откуда вы знаете?

– Яхта, на которой он прибыл в Гонконг, была зарегистрирована в Канаде. Если нам удастся узнать, кому она принадлежала, то сможем выяснить и имя в паспорте. Хозяин яхты исчез. Думаю, американец прикончил его.

– Маловероятно. Он не сделал бы этого, поскольку находится в бегах. Слишком явная улика.

– Послушай, Блумфилд, они приплыли в Гонконг морем. По пути он мог выбросить канадца за борт – мог произойти любой несчастный случай.

– Несчастный случай? Это возможно. Во всяком случае, эту версию стоит проработать.

– Выясни насчет яхты.

– Завтра же утром позвоню в контору «Ллойдз» в Лондоне – у них может найтись список застрахованных судов.

– Нет, лучше сам поезжай в Лондон. А я побуду здесь.

– Можно еще проверить в банке.

– В каком?

– Американец здесь заходил в банк.

– Проверь прямо с утра.

– Это не так просто. В этой стране строго охраняют секретность вкладов.