Арабелла Вейр - Тупой Амур

– А потом я сообразила, что у меня нет денег, так что пришлось занять в долг. А где Хэт?

– Я уговорил ее пойти в душ.

– Так зачем ты заставил меня выдумывать всю эту чушь насчет моего отсутствия? – сердито спросила Миш.

– Мне интересно знать, где ты была так долго.

– Ты ведь, надеюсь, не думал, что я отправлюсь в семь часов утра за хлебом и молоком?

– М-м-м… а ты знаешь, думал. А что? К тому же у тебя в руках как раз те продукты, о которых ты сказала.

– Мне нужно было что-нибудь принести, чтобы не обнаружилось, где я была.

– А где ты была?

– Виделась с Джимми, разумеется!

Миш не верила, что Джерри ни о чем не догадался.

– Черт возьми, ну конечно же. Ну и как, успешно? Ты видела его? Он передумал? – прошептал Джерри.

– Я видела его, и ответ таков: «Я не знаю».

– Ничего себе.

– Ты не понимаешь. Все будет хорошо… наверное. Во всяком случае, он приедет сюда и объяснится, и тогда Хэт не нужно будет переживать весь этот ужас, или же придет в церковь.

– Он так и сказал?

– Так много слов он не произнес, но именно на этом мы расстались. Джимми не законченный козел, он все сделает правильно. Я ему рассказала о том, что Хэт делала после того, как он ее бросил. Я вынуждена была это сделать, чтобы он знал, какая сейчас ситуация. В конце концов, он, по его словам, ее любит.

– Но, Миш, это очень рискованно, а? Надеюсь, ты поступила правильно.

– Поверь мне, и я надеюсь. А пока мы должны сделать так, чтобы Хэт пребывала в полной уверенности. Сегодня ей нельзя раскисать.

– Согласен.

И Джерри чокнулся своей чашкой кофе с чашкой Миш в знак того, что договор заключен.

30

Напряжение нарастает

Была половина одиннадцатого. Через два с половиной часа идти в церковь. Миш и Джерри удалось отвлечь Хэт с помощью субботних утренних телевизионных программ, способных доконать кого угодно. И еще им удалось – как это ни удивительно – сохранить ее бодрость. Они без конца говорили о ее гигантских усилиях и силе воли, которые позволили ей зайти так далеко, умоляли не терять веру, раз уж она возле самого финиша, напоминали о том, что у Джимми, в сущности, добрая натура, и о других его плюсах.

Миш думала, что именно так и нужно поддерживать силы в человеке, который почти переплыл Ла-Манш, совершенно выбился из сил и теперь, когда уже показалась земля, пытается забраться в лодку. Если они не хотят опоздать, ей пора уже заняться макияжем и прической Хэт. Время шло, и она решила, что шансов на то, что Джимми появится в квартире, больше нет, а значит, он появится в церкви. Должен появиться. Тщедушный Джимми не оставит Хэт в беде. Никто ее не оставит, уверяла себя Миш, тем более что ему теперь все известно. Джимми надо сделать решающий шаг. Не мешкать и сделать всепрощающий, всепобеждающий, романтический жест. Нельзя ведь любить кого-то и доводить до такого плачевного состояния. А что касается упомянутых им сомнений, размышляла она, то с ними можно разобраться и после свадьбы. Это его проблемы, и ему уже давно следовало бы с ними что-нибудь сделать.

Перехватив на какую-то долю минуты Джерри на кухне, Миш поспешила изложить ему план действий.

– Слушай, я сейчас займусь макияжем Хэт и всем прочим.

– И что? – проговорил Джерри.

– Я должна этим заняться. Думаю, он объявится в церкви. Уже почти одиннадцать, сюда он вряд ли придет.

– А что, если он опять свалит?

– Вряд ли. Не сможет.

– А если уже свалил?

– Надо учесть и эту возможность. Если я сейчас же не начну, Хэт никогда не будет готова. Джимми придет в церковь, я уверена в этом!

– Надеюсь, что ты права, – произнес Джерри.

– Права насчет чего? – спросила Хэт, входя на кухню.

Она по-прежнему была в халате.

Парочка уставилась на свою приятельницу, словно дети, застигнутые перед открытой банкой варенья.

– Насчет того, что бигуди «Велькро» лучше традиционных «Кармен», – весело проговорила Миш, ни на секунду не задумавшись.

– А что это за бигуди такие – «Велькро»? – спросила Хэт, наливая себе кофе, который приготовил Джерри.

– Я хочу использовать их для твоей прически. Отличные бигуди – волосы от них не делаются пышными, как у пожилых женщин, когда пользуются «Кармен», – трещала Миш, стараясь скрыть волнение – Хэт едва их не застукала.

– Мне все равно, как будут выглядеть мои волосы, потому что я никуда не пойду, – ответила Хэт.

Выдвинув из-под стола стул, она опустилась на него. Тело ее обмякло, как у человека, признавшего свое поражение.

Миш и Джерри обменялись взглядами. Они подумали об одном и том же.

– Пойдешь! – крикнули оба одновременно.

– Что?

– Пойдешь. Еще как пойдешь. Ну-ка, Хэт, возьми себя в руки. Сейчас мы будем тебя готовить.

– К чему все это?

– Раз уж зашла так далеко, то возвращаться нельзя, – проговорила Миш. – Сделай или умри. Carpe diem![43] Через тернии к звездам!

– Выбирай! Одно из трех! Даром! – восторженно подхватил Джерри.

Хэт рассмеялась, хотя и была подавлена.

– Вы правда думаете, что стоит?

– Да, да! – в один голос воскликнули ее друзья.

– А почему?

Джерри был озадачен. Он с радостью окунулся во всеобщее веселье, но не мог дать разумный ответ на резонный вопрос Хэт. Ответила Миш:

– Потому что у тебя нет выбора. Тебе хотелось, чтобы у тебя был день свадьбы, – вот он! Что еще может произойти плохого?

Джерри скорчил мину. У него имелся предлинный список возможных ответов на этот вопрос. Но первой ответила Хэт:

– Джимми не придет, и я стану посмешищем в национальном масштабе.

– Он придет. Знаю, что придет, поверь мне! – заявила Миш, и сердце у нее бешено забилось.

Она спровоцировала приступ страстной поддержки. Миш чувствовала себя человеком, подающим сигнал к овации.

Хэт посмотрела на своих друзей. Поразглядывала их с минуту, потом объявила:

– Хорошо, давайте готовиться. И неуверенно улыбнулась.

Не успела Миш наложить на лицо Хэт самый дорогой и роскошный из имеющихся у нее тональных кремов, как в дверь позвонили. На Хэт, похоже, это не произвело впечатления, а вот Миш вздрогнула от радости. Они с Джерри обменялись испуганными взглядами – что, если это Джимми?

Джерри пошел открывать дверь, Миш украдкой взглянула на часы. Половина двенадцатого, слишком поздно, с надеждой сказала она про себя, даже если это Джимми, явившийся отменить свадьбу.

– Боже всемогущий! Вы что, только начали? В гостиную влетела Маргарет, за ней – Пенни.

– Оставь ее, мама. Все будет хорошо. В конце концов, Миш профессионал, – упрекнула ее Пенни.

Удивленная этим выражением солидарности, Хэт с благодарностью взглянула на сестру.