Клейтон Мэтьюз - Только для мужчин

Пассаро обнажил в усмешке ослепительно белые зубы.

– Совсем не похоже на старые деньки, мой друг, когда мы рыскали по улицам в поисках доллара.

– Да, – ответил Алекс сухо, – или воровали.

Пассаро от души рассмеялся:

– Ну конечно, воровали! Как же иначе мы смогли бы выбраться из дерьма?

«Надо бы напомнить ему, что мне удалось вырваться из дерьма, не становясь вором», – подумал Алекс, но решил, что дипломатичнее промолчать.

Вошел официант с первой переменой блюд. В течение следующего часа официант приходил еще несколько раз, и вскоре на столе стояло такое количество острой итальянской пищи, которого хватило бы на четверых. Хотя время было обеденное, а Алекс редко когда плотно обедал, он налегал на еду не хуже Пассаро. Это было частью мафиозного ритуала – во время делового обеда скрывать свои мысли, не отставая в еде от собеседника. Алекс выдержал это состязание до конца – когда опустела последняя тарелка.

Пассаро громко рыгнул, уселся поудобнее, снова предложил Алексу сигару и налил два бокала вина.

– Хорошо, мой друг?

– Прекрасно, Дом. Не представляю, как ты ешь все это и не полнеешь.

– Упражнения и то, что врачи называют прекрасным обменом веществ. – Он закурил. – Теперь… к делу, а? Что заставило тебя искать встречи с Пассаро, мой друг? Через столько лет! – Он взмахнул сигарой. – Нет, я не обижаюсь. Все эти годы каждый из нас шел своим путем.

Алексу было хорошо известно, что Пассаро в общении с друзьями уважает откровенность, и он сразу взял быка за рога:

– Я знаю, что ты даешь кредиты, Дом…

– Я рад, что ты не называешь меня ростовщиком. У меня все совершенно законно.

Алекс через силу улыбнулся:

– За исключением процентов.

– Если люди приходят к Дому Пассаро, значит, им очень нужны деньги. Так почему бы им и не заплатить? Сколько тебе нужно?

– Это не мне, Дом. Нужно моему боссу, Марку Бакнеру. И речь идет о крупных суммах.

Пассаро внимательно посмотрел на него:

– Насколько крупных?

– Миллион-полтора.

– Пресвятая дева! – Пассаро подался вперед и вытаращил глаза на собеседника. Вероятно, за последние годы он впервые действительно сбит с толку, подумал Алекс. – И впрямь крупная сумма!

Но уже через мгновение Пассаро пришел в себя, его черные глаза алчно вспыхнули. Алекс хорошо знал, что мозг Пассаро, словно компьютер, высчитывает проценты с миллиона.

– Это большие деньги, мой друг. Какое обеспечение может предложить твой Марк Бакнер под такой заем?

– Обеспечение? – Алекс сначала удивился, затем почувствовал огорчение. Он совсем забыл, что прошло двадцать лет и что занять миллион долларов – это нечто совсем другое, чем перехватить двадцатку на неделю.

Пассаро засмеялся, почувствовав, что вновь обретает контроль над ситуацией.

– Хорошо, отложим этот вопрос. Если речь идет о таких деньгах, Пассаро должен знать цель займа, а?

Алекс вздохнул и мысленно пожал плечами. Он с самого начала должен был понимать, что это глупая затея.

– Он хочет открыть два казино, одно в Лондоне, другое на Багамах.

Пассаро изумленно уставился на него:

– И ты пришел к конкуренту просить взаймы?

– К конкуренту? Я не знал, что ты занимаешься игорным бизнесом, Дом.

– О, все совершенно легально, мой друг, – поспешил заверить его Пассаро. – У меня есть некоторые, гм, инвестиции в Вегасе. Но не в Лондоне и не на Багамах, так что, я думаю, это нельзя назвать конкуренцией. – Пассаро постучал по столу указательным пальцем. – Скажи мне вот что, мой друг. Почему пришел ты, а не твой босс? Почему сам Марк Бакнер не пришел к Пассаро?

Алекс почувствовал некоторую неловкость.

– Ну, я думал, что раз мы с тобой знакомы…

– Друг приходит к другу, а? – Пассаро холодно улыбнулся, затем махнул рукой. – В конце концов, для чего существуют друзья? – сказал он. – Он знает, что ты пошел ко мне?

– Пока нет. Но обязательно узнает.

– Конечно. Он ведь в отчаянном положении, а? Дела в его «Мачо энтерпрайзиз» идут не слишком хорошо. Он понимает, что будут бумаги, обязывающие его заплатить?

– Он бизнесмен, он это понимает.

– А как насчет держателей акций? Ему не нужно это согласовывать с остальными владельцами?

– Марк владеет контрольным пакетом. Ему не нужно ни с кем консультироваться. – Алекс помолчал. – Эти бумаги, о которых ты упомянул… В них не будет фигурировать «Мачо»?

Улыбнувшись, Пассаро развел руками.

– Ну зачем Пассаро связываться с журналом? Я же ничего не понимаю в издательском деле. А вот казино и «кантины "Мачо"» – это уже интересно. За этим я буду постоянно наблюдать. О, ты можешь заверить своего Марка Бакнера, что я не собираюсь лезть в его дела.

Алекс с некоторым удивлением понял, что Пассаро действительно собирается предоставить заем. И почти сразу же понял почему. Если Марк потерпит неудачу, Пассаро будет тут как тут, чтобы забрать два уже действующих казино. И поскольку он занимается игорным бизнесом, у него-то уж проблем с ними не будет. Тем не менее у Алекса еще оставались некоторые сомнения.

– Я хочу, чтобы ты знал, почему я пришел к тебе, Дом. Он хотел заложить журнал. Я готов пойти на что угодно, лишь бы избавить журнал от постороннего вмешательства. Так что, какими бы друзьями мы ни были, я хочу, чтобы стало ясно: пока я главный редактор, руководить журналом буду я! Никто со стороны не сможет указывать мне, что делать!

– Разве Пассаро может так поступить? С таким старым другом, как ты? – Пассаро снова развел руками, затем встал и с протянутой рукой обошел вокруг стола. – Значит, договорились, капиш? Пожмем друг другу руки?

Ошеломленный Алекс поднялся на ноги.

– Как, и это все?

– Остались детали, мелкие детали, но о главном мы уже договорились. – Улыбка Пассаро была открытой и искренней. – Пассаро не любит откладывать решения. Никакой там возни с бухгалтерами или дрянными адвокатишками. Необходимые бумаги будут готовы, скажем, через неделю. Если твой Марк Бакнер согласится на условия, мы встретимся здесь. Поедим, выпьем «Даго ред» и подпишем бумаги, а?

Алекс попрощался. Он все еще никак не мог прийти в себя, не в силах поверить, что оказалось так легко договориться о предоставлении кредита на огромную сумму. Алекс знал, что со стороны Бакнера осложнений не будет. Марк настолько убежден, что его казино пойдут, что с готовностью подпишет договор даже с самим дьяволом – собственной кровью вместо чернил.

После ухода Алекса Дом Пассаро закурил новую сигару. На его чувственных губах теперь блуждала дьявольская улыбка. Алекс пришел бы в ужас, если бы узнал, что Пассаро занимается не только ростовщичеством и игорным бизнесом, но и порнографией.