Д. Нельсон - Турецкий горошек

В доме происходит какая-то хаотичная деятельность, однако, с другой стороны, все, похоже, знают, что делают. Команда из трех телеоператоров устанавливает софиты по всей нашей гостиной и одновременно жует закуски, присланные Питером из киоска.

– Как это аппетитно выглядит, – говорит Джейн, взяв бриошь. Держа тарелку у рта, она вгрызается в мягкое тесто. Сбоку выдавливаются кусочки яйца. – М-м-м, какая вкуснятина. Я не пробовала такого больше полугода, с тех пор как вернулась из Туниса. Много лука. Хорошо, что камеры не улавливают наше луковое дыхание.

Мизинцем она стирает следы яйца из уголков рта.

– Окна бликуют, – говорит режиссер, Джи-Ар. Он одет в джинсы, ковбойские сапоги, красную фланелевую рубашку и красные подтяжки, а выговор у него как у обитателя нью-йоркского Бронкса. – Сделайте нормальное освещение. Джейн, сядь на диван рядом с Лиз, чтобы я осознал, что у нас получается.

Устроившись слева от меня, Джейн останавливает жестом младшего оператора, Фила, который, собрав книги с журнального столика, пытается унести их.

– Она профессор. Вокруг должны быть книги. И мне хочется, чтобы эта собака попала в кадр, – говорит она. – На самом деле, давайте попробуем снять их вместе, пусть собака положит голову на колени Лиз, а она может гладить ее, говоря со мной. Так она будет выглядеть симпатичнее.

Я и так симпатичная, думаю я.

– Джейн, мы же хотели, чтобы на этом столике лежала подслушивающая аппаратура, – говорит Джи-Ар. Мы с моими коллегами собрали около десятка «жучков».

– Тут хватит места и для них, – возражает Джейн, раскладывая их на столике.

Джи-Ар проверяет качество передачи на мониторе.

– Все в порядке. Джейн, подправь слегка макияж.

Она берет свою косметичку и слегка освежает грим. Одновременно она расспрашивает меня о Самнере, о моих студентках, о моей прошлой жизни. Судя по ее вопросам, она хорошо подготовилась.

Рядом с ней я чувствую себя уродиной, несмотря на то, что сделала прическу в «Мечтах Парижа» и косметика у меня тоже вполне приличная. К тому же мне удалось принарядиться в то синее платье для беременных, которое купил мне Питер.

Джейн произносит несколько вступительных слов, которые команда смонтирует как надо позже.

– Директор Бейкер отказался дать интервью, но он высказал свое мнение, сравнив жалобы юных студенток о сексуальных домогательствах с историей Салемских ведьм.

Мне кажется, что такая аргументация уже поднадоела.

– Давайте прорепетируем для начала несколько вопросов, – предлагает Джейн.

Она ведет себя именно так, как мне рассказывали Тина и Джуди, которых снимали раньше. Вероятно, она дает нам возможность успокоиться.

Когда Джейн поворачивается ко мне, включаются софиты.

– До сих пор, при всем нашем старании, нам не удалось найти хоть одну студентку, которая отрицательно отозвалась бы о вашем преподавании, все опрошенные нами девушки считают вас поистине чудесным преподавателем, что кажется нам довольно странным, учитывая причину вашего увольнения. Знаете ли вы фамилии студенток, которые подписали отрицательные отзывы?

– Этим вопросом занимается мой адвокат, – говорю я.

Интересно, куда они вставят интервью со мной. Я знаю, что команде «Горячей линии» запретили появляться в колледже, но до прихода ко мне они уже отсняли какой-то материал, несмотря на все препоны. Аманда Силвер, Джуди, Тина, Мелисса и ее отец—все дали им интервью.

Они отыскали Генри Самнера в Колумбии, куда он сбежал на конференцию. Сразу по прибытии Джейн показала мне отснятый материал, где Генри Самнер поворачивается к ним спиной и бросается прочь от камеры.

Прошло восемь дней со дня похорон заведующей Уиттиер и две недели со дня моего увольнения, но таких заполненных дней у меня еще не бывало в жизни. Этот дом стал штаб-квартирой нашей борьбы. Мобильник едва ли не прирос к моему уху из-за постоянного приема и передачи всяческих донесений и стратегических предложений.

У моего дома появлялись группы студенток, возмущенных моим увольнением. Они громко протестовали, удивляясь, кто мог написать плохие отзывы. Тина попыталась выяснить фамилии авторов. Поступило донесение: «Спрятано надежно. Никаких лазеек».

Джейн погладила Босси.

– Фил, позвони Питеру и пригласи его сюда. Мы снимем сначала одну Лиз, а под конец их с Питером вместе.

Мы беседуем то с включенной, то с выключенной камерой. Я успокаиваюсь настолько, насколько это возможно в присутствии команды телевизионщиков в моей гостиной. Минут через десять появляется Питер, он даже не снял своего горохового костюма.

– Замечательно, – говорит Джейн. – Оставайся в нем.

– Нет, – возражает он. – Лиз будет глупо выглядеть, когда выяснится, что она ждет ребенка от какого-то овоща.

Несмотря на все уговоры Джейн и Джи-Ара, Питер остается непреклонным.

– Но мы можем упомянуть о твоем костюме? – спрашивает Джейн.

– Ради бога, – говорит Питер. – Я же был в этом костюме, когда вы снимали сегодня днем.

– Ну все, пора заняться делом. Больше никаких репетиций, – говорит Джи-Ар.

Мы повторяем все, что репетировали раньше.

Каждый раз при включении камеры Джейн облизывает губы. Я тоже следую ее примеру. И почему это говорят, что старые собаки не могут выучить новые трюки: «Потявкать – облизнуть – потявкать».

Джейн очень умелая ведущая. Я почти забываю о включенной камере. Я рассказываю о моих студентках, учебниках, огорчениях. Ко мне подсаживается Питер, его рука накрывает мою. Джейн наносит решающий удар, спрашивая о моей семейной жизни.

– У меня не было семейной жизни, хотя я до сих пор замужем. У нас с мужем были совершенно разные личные и карьерные интересы. – Могу представить, что реакция Дэвида на это заявление будет весьма неодобрительной. Я смотрю на наши с Питером соединенные руки и вижу на мониторе, как камера, наезжая, показывает их крупным планом. – Мы с Питером подружились, потому что я была одинокой.

– А потом стали любовниками, – говорит Джейн.

– И в итоге мы полюбили друг друга.

– Возможно, вас поэтому и уволили?

– Лиз уволили потому, что она выступила против руководства. Все преподаватели, считавшие, что права Мелисса, потеряли работу, – говорит Питер.

– Но я имела штатную должность. Моральный аспект – это ненадежный повод для увольнения. Проще уволить за некомпетентность.

– Как вы относитесь теперь к Фенвейскому колледжу? – спрашивает она.

– Это ужасно сложный вопрос. Мне нравится преподавательская работа. Я считаю, что Фенвей дает девушкам отличное образование, но политические интриги раскололи его надвое.

– Ведь это женское учебное заведение, – говорит Джейн. Камера наезжает на меня, а она вновь облизывает губы. – Кто руководит Фенвеем?