Александра Поттер - Что нового, киска?

Дилайла услышала ее слова и заскрежетала зубами. Не надо было долго думать, чтобы понять Никки. Она бесилась потому, что Дилайла заполучила Чарли, а она сама хотела прибрать его к рукам. Дилайла изо всех сил старалась не обращать на нее внимания. Нравится ей Никки или нет, но она давняя приятельница Чарли и частенько оказывается рядом. Скажем, в последние три недели она ежедневно торчала у Чарли дома, просто слонялась и вертелась под ногами, стряхивала на пол пепел или болтала с Чарли.

– Спасибо, дорогая, – прошептал он, нежно обнимая Дилайлу за талию. – Что бы я без тебя делал? – Он игриво подмигнул ей и протянул бокал шампанского. – Выпей и повеселись с нами.

Дилайла улыбнулась и отпила из бокала. Чарли прав. Из года в год она проводила вечера, сидя в халате на диване возле Ленни, смотрела видео и мечтала попасть на какую-нибудь лондонскую вечеринку. И вот она здесь. Все-таки попала на бал. Дилайла осушила бокал и оглядела комнату. Почему бы не повеселиться, черт возьми?

– Мне скучно. Может, потанцуем? – После четырех бокалов шампанского Никки переключилась на «Маргариту» и пьянела на глазах. – Ну давай же, это ведь вечеринка.

Она схватила Чарли за руку и потащила на середину комнаты. Он бросил на Дилайлу извиняющийся взгляд и поднял руки вверх: мол, что я могу поделать? Дилайла видела, как Никки буквально повисла на нем. Дилайла еле сдерживала себя.

– Неплохая идея, – оживился Рубен, явно довольный, что начались танцы. Прибавив громкость настолько, что зазвенели оконные стекла, он принялся так энергично дрыгаться, вертеться и вилять задом, что гавайская рубашка промокла от пота. – Ну же, давайте все вместе! – ревел он, насвистывая в такт ударным, и заходился хохотом.

Вскоре гостиная превратилась в танцплощадку: долговязый телеведущий Роб прыгал по комнате, размахивая руками в ритме, который слышал он один. Пиппа смущенно покачивалась на месте. Она нервно попивала шампанское и все время одергивала юбку. Ей отчаянно не хватало либо Амелии, либо дамской сумочки, чтобы вокруг чего-нибудь кружиться. Но у нее не было ни того, ни другого. Сумочка осталась в машине, а Амелия целовалась в углу с Зэком.

Веселились все кто во что горазд, кроме Дилайлы: ее загнал в угол пьяный парень по имени Говард, который, как он старательно и нудно объяснил, «в настоящее время пишет свой первый сценарий». На Говарде была футболка с надписью «Не переживай по пустякам», темные очки от «Катлера и Гросса» и плетеные браслеты, привезенные из недавней поездки на Таиланд. Он увлекался восточными учениями и считал себя олицетворением спокойствия.

– Слушай, ты откуда родом? – заплетающимся языком лепетал он.

– Из Брэдфорда, – Дилайла ответила бесстрастно.

– А-а… Я был там в каком-то дерьмовом клубе… или это было в Бирмингеме… – Он почесал в паху и выпустил из ноздрей облако марихуанного дыма.

Дилайла заставила себя улыбнуться. Господи, ну и тоска!

Говард раскачивался взад-вперед, пока не привалился к дверному косяку.

– Я ирландец, – пробурчал он. Это было единственное, что он мог сказать связно.

Дилайла кивнула с некоторым сомнением. Парень не был похож на ирландца, да и говорил не как ирландец. Дилайла ничуть не удивилась бы, узнав, что призрачная ирландская родословная Говарда восходит к некоей прабабушке, родившейся в Мидлсексе. Его единственная встреча с Изумрудным островом произошла во время недавней поездки на концерт группы «Корс». Но он ни за что бы в этом не сознался. Сценаристу положено родиться в столице, а не на периферии.

– Откуда ты знаешь Чарли? – попыталась Дилайла поддержать разговор. По крайней мере, это отвлечет ее внимание от танцующих.

– А я его и не знаю. Встретил этого парня сегодня в пабе. – Говард стряхнул пепел прямо на пол и наблюдал за тем, как искорка ярко разгорается и прожигает антикварную древесину. – Но он крутой пижон. И его цыпочка тоже хороша.

– Его цыпочка?

– Ну да, эта птичка, которая с ним, – пояснил Говард и ударил по струнам воображаемой гитары.

Дилайла бросила взгляд поверх его плеча и остолбенела. Чарли перестал танцевать и теперь сидел на полу по-турецки в дальнем углу комнаты, словно Будда, развлекая компанию одной из своих любимых историй – как он сорвал большой куш в казино Монте-Карло, а потом купался нагишом вместе с монакской принцессой Стефанией. Вэнди, Мэнди, Энди, Джеми и Джонни истерически хохотали везде в положенных местах, а Никки повисла на Чарли, делая ему массаж шеи, в который входило запускание рук под рубашку на груди. Дилайла чертыхнулась. Все! С нее хватит! Можно наплевать на хамские замечания этой девахи касательно угощения, на ее поведение во время танцев, но она не будет стоять сложа руки и смотреть, как у нее отбивают ее парня. Есть четкая граница между дружеским заигрыванием и откровенным флиртом. А Никки эту границу перешла.

Когда Дилайла приблизилась к гостям, как раз раздался очередной взрыв хохота – Чарли дошел до кульминации. С громким ржанием Никки привалилась к дивану и закурила сигарету с марихуаной.

– Веселитесь? – спросила Дилайла, стараясь не выдать своей ярости. Это было нелегко. Никки выпустила в потолок колечко дыма.

– Спасибо, все великолепно, – ответила она и протянула Дилайле пустой стакан. – Можно мне еще «Маргариту», и пожалуйста, побольше льда?

Дилайла сосчитала до десяти. Нельзя срываться на глазах у всех. Так она ничего не добьется. Она стиснула зубы, взяла у Никки пустой стакан и, громко топая, направилась через гостиную в кухню.

Никки захохотала и провела рукой по плечу Чарли.

– Эта твоя подружка портит весь кайф. Ей следовало бы быть пораскованнее. Совершенно не умеет веселиться.

Чарли закрыл глаза, откинул голову и затянулся сигаретой, которую ему передала Никки.

– Не знаю, что с ней случилось в последнее время. Всем недовольна, все принимает всерьез… – Он закашлялся от дыма. – Ты же знаешь, я просто хотел, чтобы мы все вместе повеселились. Ничего плохого. – Он захихикал – марихуана подействовала. – Никогда не пойму вас, женщин.

– Да ладно тебе, Чарли. Мы не все такие. Она просто… – Никки старательно подбирала слова. Хотя она и знала Чарли целую вечность, все-таки Дилайла его подружка, нравится это Никки или нет. И раз у нее появилась возможность отбить его, нельзя вести себя как злобная стерва. Мужчины этого не любят. – …Просто она другая. Не такая, как ты и я. – Никки придвинулась к Чарли и положила голову ему на плечо. – Она такая простушка.

– Да, пожалуй, ты права. Она другая. – Чарли привалился к спинке дивана. – Может, этим она мне и нравится.

Никки поджала губы, жалея, что вовремя не прикусила язык.