Эмма Маклохлин - Дневники няни

его костюмы,

сорочки,

галстуки,

нижнее белье,

носки.

И все остальное, что ему понадобится. Все это должно быть упаковано и оставлено у швейцара к трем часам. Пожалуйста, воспользуйтесь его чемоданами (см. монограмму).

— Нэнни, вы не видели бабочку Грейера? Я вынимала ее вчера вечером.

Миссис N. и Грейер собираются на Апрельский Чай, который устраивается для новых учеников Сен-Бернарда. Они уже через двадцать минут должны быть на месте. Миссис N. роется в комоде Грейера, пока я пытаюсь впихнуть его в накрахмаленную, жесткую как картон, рубашку с воротничком на косточках. Конни, как я полагаю, орудует в шкафу мистера N., наполняя чемоданы с его монограммой.

— Мне нужен слон, — объявляет Грейер, тыча в альбом для рисования на своем маленьком столике.

— Секунду, Грейер, — прошу я. — Позволь сначала застегнуть ремень…

— Нет, не этот. — Она высовывает голову из большого стенного шкафа.

— Тот самый, что вы вчера доставали. Простите, но именно он лежал на постели, — сообщаю я.

— Не пойдет!

Я встаю на колени и в последний раз осматриваю Грейера: голубая рубашка в полоску, штанишки цвета хаки, белые носки, коричневый ремень. Не вижу, в чем проблема, но послушно расстегиваю пряжку.

— Этот, — говорит она, протягивая мне зеленый с красными полосами брезентовый ремень.

Я показываю ему пряжку.

— Видишь, буква «Г» — Грейер.

— «Г»? — переспрашивает он. — А где моя карточка?

Я тянусь к рамке для автобусного билета, в которой до сих пор хранятся остатки визитной карточки мистера N.

— Нет, — объявляет она, выступая из шкафа. — Не сегодня. Это что-то вроде собеседования. Помнишь собеседования? Никаких карточек.

— Хочу карточку.

— Можешь носить ее в кармане, как будто ты — секретный агент, — советую я, пряча карточку ему в карман.

— Где же все-таки его бабочка?

— Няня, мне нужен слон.

Я хватаю серый фломастер и рисую кляксу неопределенных очертаний, дополненную большими ушами и хоботом, — верх моих художественных талантов. Она начинает швырять галстуки на пол.

— Я хочу надеть свой галстук! — восклицает Грейер, имея в виду тот, что свисает до пола.

— Нет. Не сегодня.

Она вихрем выскакивает в холл, где я слышу, как ее голос эхом отражается от мрамора.

— КОННИ! КОННИ!

— Да, мэм?

Грейер притих, я же продолжаю орудовать фломастером.

— Я только сейчас полчаса искала гребаную бабочку Грейера. Не знаете, случайно, где она?

— Нет, мэм.

— Неужели так трудно держать в порядке вещи Грейера? Почему мне одной приходится следить за всем? Единственное, что я поручала вам…

Она тяжело вздыхает. Снова пауза.

— Почему вы тут стоите? Идите ищите!

— Простите, но я не знаю, где она может быть, мадам. Я положила бабочку в его комнату, вместе с остальными вещами.

— Ну так вот: ее там нет. Это уже вторая пропажа за месяц! Но если считаете, что ответственность для вас слишком велика, я могу пересмотреть вашу роль в этом доме!

— Нет, мэм. Я поищу. Просто вы велели сложить одежду к трем, а сейчас два тридцать. Если мистеру N. понадобится…

— Кажется, вы еще не поняли, на кого работаете? На меня. И я приказываю вам немедленно найти эту бабочку.

Но если это вас смущает, пожалуйста, дайте мне знать. Насколько я помню, деньги вы получаете из моих рук.

Я встаю и дрожащими руками принимаюсь шарить в шкафу. Грейер подходит и прислоняется головой к моему бедру. Появляется Конни и начинает мне помогать.

— Конни, я посмотрю здесь, — шепотом говорю я. — Идите в прачечную.

— Можете позвонить мистеру N., — продолжает тем временем миссис N. — Посмотрим, что для него важнее: одежда или гребаная бабочка, которую сын должен надеть в новую школу. А вдруг он поговорит с вами? Возьмет трубку и ответит?

— Простите, мэм.

Пять минут отчаянных, лихорадочных поисков ни к чему не приводят.

— Ну? — вопрошает миссис N.. поднимая покрывало.

— Ничего, — отвечаю я из-под кровати.

— Черт бы все это побрал! Грейер, давай быстрее, нам пора. Наденьте ему галстук, ну тот, что в зеленый горошек.

Я выползаю на животе и иду к шкафу.

— Хочу папин галстук!

Он старается дотянуться до крючка, на котором висит отцовский галстук.

— Нет, Грейер, наденешь позже.

Я осторожно отвожу его руки и подталкиваю к двери.

— Хочу сейчас!

Он начинает всхлипывать. Лицо покрывается красными пятнами.

— Ш-ш… Гров, пожалуйста, не надо!

Я целую его влажную щеку. Он не двигается. Только слезы непрерывно капают на крахмальный воротник. Поправляю галстук, обнимаю его за плечи, но он отталкивает меня, вырывается и бежит к двери.

— Нет!

— Нэнни! — визгливо зовет миссис N.

— Да?

— Мы вернемся в четыре, до занятий на катке. Конни!

Из прачечной появляется Конни, но миссис N. молча качает головой, словно слишком расстроена и разочарована, чтобы говорить.

— Просто не знаю, что сказать. С некоторых пор мне кажется, что подобные проблемы возникают постоянно, и я прошу вас серьезно подумать о том, как вы относитесь к своим обязанностям, и о вашей преданности этому дому…

Сотовый миссис N. испускает пронзительный звон.

— Алло? — отвечает она, одновременно делая мне знак помочь ей надеть норку. — Да, будут внизу к трем… Да, можете сказать, что она уложила все…

Она неспешно выходит в вестибюль.

— Да, Джастин! Не могли бы вы узнать телефон его комнаты в Йель-клубе?.. На случай, если Грейеру срочно понадобится его помощь. Вдруг понадобится срочно его разыскать?! Интересно, почему это я вдруг должна звонить вам?!

Глубокий вздох.

— Ну, я рада, что для вас это тоже не имеет никакого смысла. Честно говоря, ваши извинения мне ни к чему. Мне нужен телефон мужа… я отказываюсь обсуждать это с вами!

Она с такой силой хлопает крышечкой телефона, что он падает на мраморный пол.

Обе женщины моментально становятся на колени, одновременно открывается дверь лифта. Миссис N. успевает первой. Трясущейся рукой она подхватывает трубку и бросает в сумочку. Опирается другой рукой о пол, чтобы не упасть, и стылые как лед голубые глаза оказываются на одном уровне с карими.

— Похоже, мы не понимаем друг друга, — шипит она. — Так что позвольте мне быть откровенной: я желаю, чтобы вы уложили свои вещи и убрались из моего дома. Повторяю: укладывайте вещи, и вон из моего дома. Это все, чего я хочу!

Она резко встает, отряхивает норку и вталкивает потрясенного Грейера в лифт. Двери смыкаются.

Конни, опираясь на стол, поднимается и проходит мимо меня назад, в квартиру. Несколько минут я собираюсь с духом, прежде чем медленно закрыть входную дверь.