Хелен Данн - Легче перышка

— Орла, смотри. Начинается. — Лиз берет меня за руку. Входит Финн, садится на колени рядом с моим креслом и берет меня за другую руку. Появляется заставка. Показывают Стивена и Сьюзи в саду. Вот они улыбаются и пьют кофе. Бродят по лужайке. Смеются над нелепой формой пастернака. Беседуют с сэром Элтоном Джоном.

— Теперь я понимаю, почему на этом месте все уходят на работу, — шепчет Лиз. — Это все так скучно.

— Тс-с-с, — шикаю я на нее.

Неожиданно на экране появляется студия. На заднем плане стоят огромные вазы со светло-вишневыми герберами и лимонными розами, рядом — чаша с экзотическими фруктами. Через овальное окно видны «Глаз Лондона» на берегу Темзы — колесо обозрения, и здание Парламента.

На переднем плане в пурпурном мягком кресле-качалке сидит Стивен и просматривает план передачи. Сбоку на экране светится график выхода программы в эфир.

— Далее мы встретимся с человеком, который ушел на прогулку и вернулся только через двадцать лет. Да, мы познакомимся с Франком Картером, — камера переключается на престарелого мужчину в комфортабельном кресле, — который страдал такой сильной амнезией, что не мог вспомнить, где он живет. — Он улыбается Франку, который пожимает плечами, словно тоже не верит в то, что с ним произошло. — Через двадцать минут мы познакомимся с Орлой Кеннеди. — На экране появляется сидящая рядом с Франком Антея, которая аккуратно ставит стакан с апельсиновым соком на кофейный столик перед ними. — Женщиной, которая так сильно хотела сбросить лишний вес, что открыла собственный веб-чат под названием «Легче перышка». — Он бросает взгляд на Антею. — Посмотрите на нее теперь, дамы и господа, уверен, что вы не меньше меня удивлены тем, как она смогла добиться столь эффектной фигуры. — Антея кокетливо улыбается.

Гадина. Но он прав. Антея выглядит потрясающе. Распущенные волосы струятся по плечам. Великолепная шелковая грива. На Антее ядовито-красный костюм с четкой зауженной талией, которая выгодно смотрится на фоне желтых подушек у нее за спиной. Ее ноги в прозрачных черных чулках наклонены в одну сторону под точным углом в сорок пять градусов, как у выпускницы пансиона благородных девиц.

— Черт возьми, Орла, выглядишь сногсшибательно, — шепчет Лиз. — Вот это ноги! И как только ты на них стоишь, почему они не ломаются?

— Да, — завершает Сьюзи вступительную часть. — Мы узнали, что Орле так захотелось похудеть к свадьбе ее лучшей подруги…

— Это я, — вставляет Лиз. Она восторженно выпрыгивает из кресла. — Она сказала про меня. — Кружится и смотрит на меня. Ее глаза светятся радостью.

— … что она похудела на три фунта. Позже она ответит на телефонные звонки. Номера телефонов вы видите на экране. Это будет через двадцать минут.

Я беру пульт дистанционного управления и выключаю звук. В глубине души я предчувствую провал.

— Про мою свадьбу сказали по телевизору, — выпаливает Лиз. Она по-прежнему стоит передо мной. — Как думаешь, теперь «Хелло!» заинтересуется?

— Думаю, что мне нужно выпить, — выдавливаю я из себя.

— Но сейчас еще даже нет половины одиннадцатого, — возмущается Лиз.

— Причем выпить много. Сядь.

Я достаю из холодильника бутылку водки, беру два стакана, пакет пастеризованного апельсинового сока и спешно возвращаюсь в комнату.

— А где мой стакан? — спрашивает Финн.

— Я думала, ты бросил пить, — отвечаю я. Тут же мне вспоминаются лекции Финна о том, что люди пьют не для того, чтобы насладиться вкусом, а потому, что хотят снять напряжение. — Разве это не входит в твои пять или сколько там заповедей?

— Сейчас особый случай, — говорит он и бросается в кухню за стаканом. — Думаю, Будда простит меня.

Лиз и Финн пьют медленно. Я пью большими глотками, издавая булькающие звуки, чтобы заглушить неизбежную боль, которая вот-вот пронзит меня насквозь.

— Добро пожаловать, Орла, — говорит Сьюзи. — Рады видеть вас в нашей студии.

— Я тоже рада здесь оказаться, Сьюзи, и должна сказать. — Антея улыбается. Легкой, дружеской улыбкой. Изо всех сил старается выглядеть искренней. — Вживую вы выглядите намного лучше, чем на маленьком телеэкране.

Финн, Лиз и я в ужасе переглядываемся. И одновременно осушаем наши стаканы. Синхронно запрокидываем головы. По моей маленькой комнате проносится эхо одного большого глотка. Словно судорожная волна крика, пробегающая по стадиону.

— Э, спасибо, — говорит Сьюзи, поерзав в своем высоком кресле.

— Я хочу сказать, — продолжает Антея, — что каждый раз, когда смотрю ваше шоу — а я большая поклонница вашей программы, — камера переключается на Сьюзи, которая снисходительно кивает в ответ на комплимент, — я всегда думаю, что у вас восемнадцатый размер, но теперь я вижу, что, скорее, четырнадцатый или шестнадцатый. Я права? А пурпурный брючной костюм просто божественен. Отлично пошит. Так много всего скрывает.

— Спасибо, Орла, это очень лестно, но сегодня мы собирались поговорить о вас. — К Сьюзи возвращается самообладание. Вымученная улыбка не сходит с ее лица. — Так как же вам удалось? Что вы сделали, чтобы добиться такого невероятного успеха и сбросить целых три фунта?

— Ничего сложного, — говорит Антея, взмахивая рукой, словно показывает всю незначительность задачи. — Чистая дисциплина. Единственное решение.

— Не могли бы вы рассказать подробнее? — вступает в разговор Стивен. — Наверняка дисциплина все же не на первом месте.

Ого, Стивен, а ты за словом в карман не полезешь.

Он обращается к Сьюзи:

— Думаю, следует сказать нашим зрителям, что Орла отказалась предоставить нам фотографии, на которых можно увидеть, какой она была раньше.

— Думаешь, он все знает? — шепчет Лиз, не отрываясь от экрана.

— Нет, — рявкаю я. — Просто он злится из-за того, что перед лицом аудитории его жену поставили в неловкое положение. — Я беру бутылку и наполняю все три стакана.

— Я выбросила их, потому они вызывали у меня отвращение, — улыбается Антея. — Но долгое время хранила их в качестве образца, чтобы был стимул для тяжкой работы над собой. Я выбрала для себя суточный лимит потребляемых калорий и поставила специальную задачу.

— Какую задачу?

— Десять миль прогулки. Пробежка по парку. Час ходьбы на шаговом тренажере. — Она мягко проводит по своим ногам, подчеркивая подтянутые икры. Гадина.