Приручить "Демона" - Рада Мэй

и, выгнув бровь, спросил:

- Неужели всё настолько плохо?

Промчалась мимо него и быстро сунула бутылку в шкаф, досадуя, что в очередной раз оказалась в дурацкой ситуации.

- Это подруга от несчастной любви лечилась. Теперь в гостиной спит. Так что потише меня тут воспитывайте. Не разбудите её.

- А ты от чего лечилась? - ещё один настороженный взгляд.

Я начала заводиться, но от ответной колкости удержалась, а вот от желания подразнить его - нет.

- А разве не от чего? - вздохнула с несчастным видом. - Взять хотя бы ту же несчастную любовь - вы на меня то внимания не обращаете, то в каких-то преступных замыслах обвиняете. Обидно!

- Злобина, ты опять за старое?! Что ж, смотрю, тебе не так уж плохо, как там написано! - недовольно проворчал нежданный гость, скрестив на груди руки, а до меня, наконец, дошло, что именно его привело.

Он, что, беспокоился?! Да так, что сам приехать не поленился, хотя мог бы просто позвонить как Потапов! Эта мысль заметно подняла настроение, и на душе впервые за этот день стало тепло.

- Да не пила я! Так вы за меня переживали?

Демьянов неопределённо передёрнул плечами, осмотрелся, сел за стол и, проигнорировав мой вопрос, уточнил:

- Значит, в статье правды мало?

- Очень мало, - демонстративно скомкала газету и села напротив.

- Выглядишь ты, во всяком случае, не так неплохо, как можно было ожидать, - резюмировал историк, окинув ещё одним сканирующим взглядом, и продолжил допрос: - Нападение и ограбление были?

- Не в таких масштабах, как там расписали, - машинально помассировала голову в месте удара и, поймав встревоженный взгляд собеседника, поспешила увести разговор от обсуждения моего здоровья. - Я к газетчикам с утра уже заехала. Пообщалась с главным редактором. Завтра будет опровержение.

Демьянов вдруг усмехнулся и расслабленно откинулся на спинку стула, съязвив:

- Надеюсь, после этого общения в редакции все остались живы и здоровы?

- Разумеется, зато информацию они теперь будут проверять тщательнее. Эх, найти бы ещё того, кто эту информацию сливает, - я кровожадно воткнула нож для фруктов в одно из зелёных яблок, лежащих в большой вазе.

Историк фыркнул и покачал головой:

- Я категорически против искажения фактов, но ты сама в этом плане далеко не ангел. Посмотрю, какие материалы будут выходить под твоим авторством.

- То есть, вы собираетесь отслеживать мой дальнейший творческий путь? Я польщена, - не удержалась от колкости.

В комнате повисло неловкое молчание.

- Значит, у тебя всё нормально? - вклинился в затянувшуюся паузу Демьянов.

- Да.

- Почему тогда на занятия не ходишь?

Вот блин! Сейчас опять неаттестацией пугать будет. Что же придумать?

- После травмы головы ездила в поликлинику, врач сказал - нужно пару дней отлежаться.

На самом деле до больницы я так и не добралась. Головная боль почти утихла, а когда появлялась, легко глушилась обезболивающим. Так зачем время тратить?

- Может, чаю? - предложила, вспомнив о вежливости, а потом поняла, что поторопилась - холодильник и шкаф с утра пустовали. - Правда, у меня ничего из сладостей не осталось. Есть только мамины диетические крекеры.

- Приличные хозяева гостей на пустой чай не приглашают, - то ли пошутил, то ли поддел собеседник.

- Приличные гости с пустыми руками не приходят. Но я понимаю, на зарплату учителя много не купишь, - не осталась в долгу и тут же пожалела о сказанном.

Блин, я же не собиралась его больше задевать. Само как-то вырвалось. Похоже, мы просто не способны находиться в одном помещении и не цепляться друг к другу.

- Извините, - вздохнула покаянно, - я без сладкого совсем злой становлюсь.

- Такое впечатление, что тебе оно вообще никогда не достаётся, - сострил Демьянов, а потом вдруг вытащил из борсетки плитку шоколада «Алёнка» и торжественно вручил мне, заявив: - Держи, исключительно в целях безопасности.

Обалдев от такой щедрости, совершенно не укладывающейся в привычный мне образ историка, осторожно уточнила:

- Он детский. Это, наверное, для... Леры?

Демьянов бросил на меня быстрый испытывающий взгляд и возразил:

- Лера сегодня у бабушки, так что ешь. Может, правда, подобреешь.

Долго упрашивать меня не пришлось. Разломила плитку на несколько частей и сделала себе и гостю чай, благо в термопоте всегда в наличии горячая вода. Не скажу, что обстановка была совсем уж непринуждённой, но в этот раз молчание сильно не напрягало, и чаепитие получилось довольно приятным. В общем, всё складывалось неплохо, пока Демьянов снова не начал задавать вопросы:

- Значит, врач велел отлёживаться, а ты вместо этого поехала громить «Вечёрку»?

- А что мне было делать?!

- Вариант посоветоваться с кем-то из взрослых и опытных людей не рассматривался? Где твоя мать? Где другие родственники? Они вообще знают, что тут у тебя происходит?

Первая часть фразы задела.

- Вообще-то, я давно не ребёнок!

- Видимо, не знают, - сделал историк вывод, который ему явно не понравился. - Они хотя бы дома?

- А вы думаете, мы бы пили тут чай вдвоём, если бы они были дома?

Собеседник помрачнел, и я поняла, что выбрала неправильную тактику. Сейчас опять превратится в типичного зануду и начнёт воспитывать, нужно было ответить положительно.