Брак по расчету - Анна Мишина

ее по макушке. А та довольно улыбается, радуясь такому вниманию.

Понимаю, как ребенку не хватает папы… А папа для девочки – это очень-очень важно.

Вздыхаю.

Накрываю на стол и, расставив тарелки с кашей, ставлю чашку в кофемашину. Бодрящий запах тут же разносится по кухне.

– Овсянка… знаменитая каша, – усмехается Владимир.

– Ну, что? Гулять пойдем? – спрашивает мужчина, делая глоток обжигающего кофе.

– Да! – чуть не подпрыгнув, закивала дочь.

– Надо маму спросить, – подмигивает ей Владимир.

Я вздыхаю.

Невозможно смотреть на этих двоих без умиления.

– Конечно, – отвечаю, убирая со стола. – Площадка тут чудесная.

– Не-е-е-т, – тянет он. – Есть места еще более интересные.

И начинает рассказывать, куда хотел бы свозить Лию. Соглашаюсь. Сама ребенку я вряд ли что-либо в ближайшее время смогу показать. Учеба, работа… времени катастрофически не хватает.

Одеваюсь сама и ребенка по погоде. За окном уже достаточно прохладно, но до зимы еще далековато. Все вместе спускаемся в лифте. А выйдя на улицу, Владимир подхватывает Лию и несет ее на руках до машины. Усаживает в детское кресло, пристегивает. Я, пока он проделывает все эти манипуляции, забираюсь назад с другой стороны автомобиля.

– Ну вот и готово, – усмехается. – Погнали.

А дальше… Дальше я, как завороженная, пытаюсь ухватиться за новые эмоции моего ребенка. Сама стараюсь запоминать и впитывать эти моменты. Кажется, что счастливее этого дня у нас с Лией в ближайшее время попросту не будет. Я не потяну такие развлечения ни по средствам, ни по времени.

Плохая мать?

Этот вопрос сам собой всплывает в голове. И ответ на него крутится отнюдь не утешительный.

Но, отрывая себя каждый раз от негативных мыслей, погружаюсь в обалденную атмосферу заботы и симпатии.

Где мы побывали?

Несколько культурных центров с игровыми пространствами, предназначенными для маленьких деток.

Я радовалась как маленький ребенок. А что говорить про полуторагодовалого детеныша?

Детки ползают по теплому полу. Играют в огромной песочнице, исследуют тоннели.

Изумительно.

А после едем в детское кафе, где малышам есть чем заняться, а взрослым перевести дух и перекусить.

Завершением дня после небольшого перерыва на отдых Ярцев привез нас в театр на детское представление для самых маленьких. Тут немного зрителей. И детки с родителями вовлечены в интерактивную игру.

– Вау, – выдыхаю я, откинувшись на спинку сидения, когда Лия уже пристегнута в детском кресле и, стоило отойти от нее, как она моментально заснула. – Ребенок под впечатлением, – говорю и смотрю на Владимира. – Спасибо тебе за этот день. Мы с дочкой никогда не забудем.

– Не за что, – усмехнувшись, заводит двигатель, и мы выезжаем с парковки.

День медленно перетекает в вечер. Зажигается уличное освещение. Кое-где начинают появляться новогодние украшения. Кто-то уже торопится приблизить один из самых ярких и любимых праздников детства – Новый год.

Грустно.

До дома Владимир на руках несет Лию. Дочь обнимает его и снова засыпает. А я чувствую, как внутри поднимается смятение и пускает свои корни.

Укладываем дочь в кровать. Я осторожно ее раздеваю, стараясь не разбудить. А затем, убедившись, что все хорошо, выхожу из комнаты.

Убираю свои вещи, наспех скинутые. И иду на поиски хозяина квартиры, по совместительству моего мужа. Временно, но все же…

– Чай-кофе? – спрашивает, стоит мне зайти в кухню.

– Я бы от какао горячего не отказалась.

– Упс, – хмыкает, – какао нет, но купим обязательно. Чай тогда?

– Да, – соглашаюсь и сажусь за стол.

Складываю перед собой руки, как примерная школьница. В принципе, так себя и чувствую сейчас.

– У тебя такой вид, будто собираешься с мыслями, чтобы что-то сказать, – садится напротив.

Снова с кофе.

Этот человек еще что-то пьет, кроме него? Это ж явно не полезно!

– Этот день просто вау какой, – заговариваю. – Спасибо еще раз.

Кивает, принимая благодарность.

– Только? – вскидывает бровь.

Считал-таки меня.

Прячу лицо в ладонях.

Вдох-выдох.

Оторвав руки от лица, сцепляю пальцы в замок и выдаю:

– Но я попрошу, чтобы больше такого не было, – поджимаю губы.

Страшно такое говорить. Особенно, когда не хочешь обидеть человека. А я не хочу!

– Почему?

– Потому что я боюсь, что Лия очень быстро к тебе привяжется и потом будет сложно… плохо… – не могу подобрать правильных слов. – Ей будет плохо отвыкать от тебя. Мы только съехались, и вот… она уже ждет тебя больше, чем меня.

– Тебя пугает этот факт? – внимательный взгляд.

– Что к тебе тянется больше? – не понимаю, о чем он.

– Да.

Пожимаю плечами.

– Я не хочу ее травмировать! – немного злюсь. Разве это не понятно?

– Ты и так ее травмируешь, лишая отца, – твердый взгляд, острый…

Сбивается дыхание от возмущения. Но выразить его я не могу. Тупик какой-то в голове.

– Поэтому я хочу ее удочерить, – эти слова эхом раздаются в моей голове.

– Что?

– Я хочу удочерить Лию.

Владимир

Вижу цель – иду к ней.

Любимая фраза отца.

Сейчас же эти слова крутятся у меня в голове. Ловлю взгляд Юли. Девушка удивлена. Надеюсь, не сложит она всю ситуацию как дважды два и не поймет мои мотивы.

– Но зачем?

– Затем, чтобы белобрысому сложнее было добраться до ребенка, – говорю с уверенностью и знанием дела.

Примерный план в голове давно сложился. Аналитика – это мое хобби еще со времен учебы. Как однажды отец сказал мне – страшный ты человек, Володя. И улыбнулся.

А я не страшный, нет. Просто машина, которая привыкла работать, просчитывать…

Юля опускает взгляд, сцепив пальцы в замок.

– А что будет после того, как вопрос с Ланским решится? Вам надо будет жениться, а тут я с дочкой? – снова поднимает на меня взгляд. Уже более смелый. – Будете разводиться и отказываться от прав?

– Нет.

– Нет? – вскидывает аккуратные брови вверх. – Что значит “нет”?

– Я не планирую разводиться и отказываться от отцовства, – усмехаюсь, увидев ее реакцию.

Живая такая, что желание выводить ее на эмоции захлестывает меня так, что не могу остановиться. Словно после долгой засухи напитываюсь живительной влагой.

– Это вы сейчас так говорите, – робко улыбается.

А меня триггерит на ее губах.

Спокойно, Вова, спокойно!

– А потом, когда влюбитесь… – закусывает губу, а я вдыхаю глубже и стараюсь медленно выдохнуть, отведя взгляд в сторону. От греха подальше. – Мы с Лией окажемся обузой. Нет.

– Что нет? – теперь не понимаю я.

– Не надо удочерять Лию. Развестись – одно, а вот оказаться в свидетельстве о рождении ребенка, а потом отказаться… Странно все это.

– Значит так, – собираю все свое самообладание в кулак. Не думал, что будет так непросто. – Теперь послушай меня внимательно и потом