Темный король - Кайли Кент

— Ты не сможешь снять его с меня, даже если попытаешься. Вы, мистер Валентино, теперь мой навсегда. Возврат не предусмотрен. — Ее руки обхватывают меня.

Мои руки быстро опускаются на ее задницу, ее идеальную, в форме сердца задницу, которую сейчас обнимает эта чертова узкая юбка.

— Очевидно, что в этом браке выигрываю я. Ты, Dolcezza, явно не в моей лиге. Но теперь ты у меня в руках, это зафиксировано в письменном виде и все такое.

— Поверь мне, это мне повезло. Ты для меня все, Тео. Никогда не забывай об этом.

Ее губы приникают к моим, и я с жадностью беру все, что она предлагает. Через минуту я отстраняюсь.

— Прости, Dolcezza, если мы хотим позавтракать до того, как тебе нужно будет идти в школу, то нам, наверное, пора. Хотя я более чем открыт для того, чтобы съесть тебя на завтрак. Прямо здесь, на этом столе. — Я шлепаю рукой по столу.

— Опять заманчиво. Но мне нужен кофе Хелены. Ты готов?

— Да, у тебя есть все необходимое? — спрашиваю я.

— Да.

— У тебя в сумке есть баллончик? Электрошокер? Нож?

— Все эти вещи в спальне. Я не могу взять их в начальную школу, Ти. Там дети.

— Холли, люди берут в школы вещи и похуже. Ты должна быть защищена. Не ведись на престижные здания и современную хрень — перестрелки в школах могут происходить и происходят везде. — Я знаю, что мудак, раз вбил ей в голову эти мысли в первый же день, но это реальность в нашей стране. Она из Австралии, где таких вещей просто не бывает.

А теперь она еще и замужем за мафией, где угрозы нависают со всех сторон. Мне нужно, чтобы она осознавала, что ее окружает. Неразумно ожидать, что я всегда буду рядом, чтобы защитить ее. Я знаю, что не могу приклеиться к ней, но, черт возьми, мне этого очень хочется.

— Ладно, и на этой ноте, я иду завтракать. Ты либо идешь со мной, либо нет.

Холли собирается уходить. Я хватаю ее за запястье и притягиваю к себе.

— Я пойду за тобой куда угодно, Dolcezza. Никогда не забывай об этом. — Я возвращаю ей ее слова.

— Ты знаешь, что тебе суждено стать большим страшным боссом мафии, верно? Но на самом деле, в глубине души, ты мягкий кексик, не так ли?

Я скривил лицо в отвращении.

— Никогда и никому не повторяй этих слов. Не заблуждайся: я в полной мере тот страшный босс мафии, о котором тебя предупреждали. Но для тебя я с радостью стану… кексом. Значит ли это, что ты хочешь обхватить меня своими губами?

— Конечно, хочу. Но сейчас мне больше нужен кофе, так что пойдем.

Я выхожу за дверь вслед за ней. Я думаю, что мне понравится наша совместная жизнь. Просыпаться вместе с ней, собираться каждое утро рядом с ней — это самое настоящее семейное счастье.

Все хорошие чувства, которые я испытывал сегодня утром, улетучились к чертовой матери. Я здесь всего пятнадцать минут, а эти придурки уже успели вывести меня из себя.

— Не может быть, бл*дь, чтобы мой отец претендовал на новую территорию. Я бы знал, — рычу я.

Они обвиняют моего отца и Джона-старшего в сговоре с целью захватить половину Нью-Йорка, перебив другие семьи.

— Ты уверен в этом, Ти? Весь этот брак между семьями планировался для создания альянса. Мы получили доказательства того, что Джон был замешан в торговле детьми. Мы проголосовали за исключение. Твой отец был единственным, кто наложил вето на это решение.

Я не верю.

— Мой отец много кем был, но даже он никогда бы не стал заниматься торговлей людьми, тем более детьми.

— Ты прав. Он бы не стал. Сознательно. К сожалению, он был слеп ко всему, что делал Джон. Отказывался в это верить, — говорит Бено, глава семьи Гарзо.

— Где же эти доказательства? И если Джон-старший был замешан в этом, что происходит теперь, когда его не стало?

— Вот. — Мне бросают папку с документами. Есть несколько вещей, которые мафия не потерпит: секс-трафик и все, что связано с детьми. От этого дерьма мне хочется выблевать яйца, которые я ел сегодня утром. Открываю папку и просматриваю содержимое: фотография за фотографией Джона-старшего и Джона-младшего в доках… со стальными клетками, в которых детей грузят на корабли. Я захлопываю папку и кладу ее обратно на стол. Мне больше не нужно это видеть. — Послушай, мы уверены, что ты не был в курсе. Знал ли твой отец и был ли он в этом замешан, сейчас не имеет значения. Что нам нужно сделать, так это положить этому долбаный конец.

Я бы с удовольствием покончил с Джоном-младшим.

— Я с радостью расправлюсь с ним сам, если вы этого хотите, — предлагаю я, откидываясь в кресле.

— Если бы это было так просто, он был бы уже мертв. То, что нам нужно от тебя — тебе не понравится, но только так мы сможем уничтожить весь этот гребаный бизнес, — говорит Бено.

— Ладно, давайте послушаем этот грандиозный план. — Следующие двадцать минут я сижу и молча слушаю, оказывая каждому боссу то уважение, которого они заслуживают. Когда они заканчивают рассказывать мне свой план, я соглашаюсь. Так будет лучше. Есть только один недостаток: я ни хрена не хочу этого делать.

Я не могу этого сделать. Но есть ли у меня выбор?

— Ты уверен в этом? — спрашивает Нео с пассажирского сиденья.

— Похоже, другого выхода нет. Кроме этой хреновины с торговлей людьми, этот придурок не собирается отказываться от своей вендетты против Холли. Он знает, как добраться до меня, и наши коды для него ничего не значат. Я должен его уничтожить. Если это то, как я могу это сделать, то я должен это сделать.

Я выхватываю у него сигарету. Я не хочу этого делать. Это сломает нас. Я просто надеюсь, что она простит