Рябиновый костёр - Жанна Даниленко

но всё равно нужен первоначальный взнос, а денег нет. То, что он когда-то заработал в Африке, было положено на Алискин счёт, а следовательно — неприкосновенно. Обращаться к родителям он не станет. Они уже купили ему одну квартиру, ту самую, что он оставил Ларе с Алисой, кем надо быть, чтобы теперь просить деньги на другую? Это он должен уже помогать родителям материально, а не они ему квартиры покупать. Можно, конечно, уехать в село или областной центр, получить подъёмные… Но это всё равно, что отказаться от дочери, да и Даше ещё учиться и учиться. От этих мыслей голова пухла. Посоветоваться же оказалось не с кем, не с Дашей же обсуждать такие вопросы.

* * *

Четвёртого января они вместе утром вышли с дежурства. Ночь опять выдалась сложной. Теперь Фёдор мечтал отвезти домой Дашу и лечь поспать, хотя хотелось другого: зарыться носом в её рыжие кудри, обнять, притянуть к себе и лежать вдвоём, делясь друг с другом теплом. Но, увы!

— Дашунь, давай сейчас по домам, а часа через три я за тобой заеду. Идёт? — надеясь на понимание, спросил он.

— Нет, Фёдор Сергеевич, я против, — пожала плечами Даша. — Ты мне лучше скажи, мы теперь вместе или всё ещё врозь?

— Вместе, Даша! Конечно вместе. Просто спать хочется.

— Вот и поехали к тебе спать.

Фёдор усмехнулся. Предложение было неожиданным. Её мама такое явно не одобрит, да и сам он помнил, как Даша сказала, что с женатым ничего никогда себе не позволит, а ему ещё десять дней официального развода ждать.

— Смелая какая. А если я приставать начну? — Он подмигнул девушке, а она расплылась в улыбке.

— А может, я хочу, чтобы ты наконец приставать начал, — сказала и засмущалась от своих же слов, покраснела аж до кончиков волос.

— Ты сначала научись меня просто по имени называть, а потом провоцировать будешь, — парировал Фёдор.

Даша рассмеялась и чмокнула его в щёку.

— Привычка у меня, Фёдор Сергеевич. Привычки менять сложно. Пожалуйста, поехали к тебе. Я на всё согласна, приставай, если хочешь. — Она кокетничала, а Фёдор чувствовал, что все его принципы летят в тартарары. Не может он устоять перед своей рыжулей.

— Мама тебя заругает, — привёл Рябина последний аргумент. — С огнём играешь, Дашуня.

— Маме мы не расскажем, — она обвила его шею руками. — Поехали, Федь, всё равно это должно случиться, так какая разница когда, если мы всё равно вместе.

И он сдался. Его имя, прозвучавшее как-то по-особенному из её уст, решило всё. И пусть он хотел вначале получить развод и сделать Дашу своей уже будучи свободным человеком, но разве десять дней что-то решат? Нет, ничего, тем более если женщина просит.

Он сам позвонил Ирине, поинтересовался её самочувствием. Убедившись, что всё в порядке, поставил Ирину перед фактом, что сегодня Даша останется у него, а приедут они либо вечером, либо уже завтра, и отключил смартфон, чтобы не слышать возмущения Дашиной мамы, потому как она явно не обрадовалась такому положению вещей.

Когда Фёдор проснулся, было уже темно. Даша спала в его руках, а его лицо щекотали её волосы — всё, как он и хотел. Он поцеловал её в затылок, провёл рукой по плоскому животу, коснулся груди. Даша повернулась и выскользнула из его рук. Теперь он мог видеть её лицо, немного заспанное, с припухшими глазами и зацелованными губами, но вот такая домашняя, спросонья она казалась самой красивой. Невольно сравнил её с Ларисой — та всегда была идеальна, всегда! И это раздражало, бесило, потому что никогда нельзя было понять, какое настроение или мысли скрыты под маской идеальности. Но мысли о Ларе ушли, как только Даша улыбнулась ему. Хотелось снова обладать ею, но нет, не сегодня, для девочки, ставшей несколько часов назад его женщиной, это будет перебор.

— Федор С… — Она замолчала, хихикнула, глянула по-хулигански и, запустив пальцы в его волосы, произнесла: — Федь, мы с тобой и завтрак, и обед проспали. Ты же наверняка голодный.

— А ты? — спросил в ответ он.

— Я бы поела, — ответила Даша, не переставая улыбаться. — Сейчас встану и приготовлю что-нибудь по-быстрому.

— Давай ещё немного полежим, — предложил Фёдор и притянул Дашу к себе, но тут раздался настойчивый звонок в дверь.

— Ты кого-то ждёшь? — удивилась Даша.

— Нет, никого. Может, не открывать? — предложил Рябина, а сам подумал, что кроме Дашиной матери к ним заявиться не может никто. Лара с Алиской приедут к Рождеству, родители его в Москве, он с ними только вчера разговаривал. Оставались соседи с возможными коммунальными проблемами, но вода и канализация работали исправно.

— Как можно не открывать? — возмутилась Даша. — Федь, хоть в глазок глянь. Я бы сама, но я ж твоих знакомых не знаю.

Он нехотя поднялся с кровати, надел джинсы на голое тело, не озаботившись ни рубашкой, ни носками, и как был, босиком, отправился к двери. В глазок глядеть тоже не стал. Открыл и только приготовился сообщить соседу, что у него в квартире ничего и нигде не протекает, как ему на руки с радостным криком запрыгнула дочь.

— Папочка, а мы с подарками!

От шока Фёдор даже слова произнести не мог. И пока дочь, которую он подхватил на руки, обнимала его за шею, стоял и смотрел на внезапно появившихся родителей и Лару, замерших в дверях.

— Федя, что происходит? — строго спросил Роман Владимирович. — Ты нас в дом пустишь?

— Кажется, мы не вовремя, — расплылась в ехидной улыбке Лариса, глядя, как Фёдор спускает с рук дочь.

— Я спал, мы… Я сейчас всё объясню, — наконец выговорил он, преграждая путь в квартиру.

Но из комнаты раздавался радостный голосок Алиски:

— Папочка, ты не представляешь, я тут мою Дашу нашла!

— Дашу?! — воскликнул Роман Владимирович.

— Папа, не начинай! — агрессивно отреагировал Фёдор.

— Рома, прекрати немедленно, — вторила ему Мария Андреевна, и тут же переключилась на Фёдора. — Федь, я понимаю, что мы не вовремя, но так получилось.

— Сделали сюрприз, — давилась смехом Лариса.

Но тут из комнаты появилась взлохмаченная, тщетно пытающаяся пальцами хоть как-то уложить непослушные кудри, красная как помидор Даша.

— Здравствуйте, — глядя куда-то в пол, произнесла она, потом подняла взгляд на Рябину. — Фёдор Сергеевич, я пойду.

— Опять двадцать пять! — Фёдор схватил её за руку, притянул к себе и обнял за талию. — Никуда ты не пойдёшь!

— Мне домой надо, — прошептала она, а ему казалось, что Даша вот-вот расплачется.

— Ты дома! Мы вместе, и твой дом теперь там, где я. Прекращай паниковать, для слёз повода нет. Будем знакомиться с моей семьёй, —