Татьяна Губина - Награда Бога

Лера вытерла глаза и уже окрепшим голосом произнесла:

— Да. Марусю помню. Забитую между диваном и стенкой. И ее слова.

— Повторять не обязательно, — перебил ее врач.

— Натка, как же он посмел? — Лерка схватила подругу за руку. — Это же бесчеловечно. — Она отвернулась. — Господи, а вдруг я опять сойду с ума? — Она тревожно посмотрела на Матвея Юрьевича. — Я могу?

— Не допустим, Лера. — Он дружески похлопал ее по плечу. — Это только начало нашего длинного пути. Сейчас я увеличу скорость капель лекарства, и вы заснете. А уж с завтрашнего утра начнем новый этап лечения.

— Можно только пару вопросов? — попросила Лера.

Врач кивнул. Лера крепче сжала руку Наты.

— Маруся?

— С ней все в порядке, — быстро проговорила Натка. — Уже в школу ходит давно. И ни о чем не вспоминает. Вообще все наладилось. Все очень хорошо, Лер, не беспокойся.

— А... что с НИМ?

— Ты больше никогда его не увидишь.

Лерка облегченно вздохнула. Матвей Юрьевич отвернул пластиковое колесико капельницы, и через секунду Лера заснула.

— Я могу позвонить отсюда в Швейцарию? — спросила Натка, когда они с Матвеем тихо вышли из палаты.

— Конечно, что за вопрос. — Матвей галантно пропустил Натку вперед и усадил за свой стол. — Может быть, кофе?

Натка отрицательно покачала головой, и Матвей удалился. «Хороший мужик, — подумала Натка. — Понимающий. Хотя за такие деньги поневоле станешь вежливым».

Она набрала длинный номер и стала ждать.

— Фрау Шредербаум, битте, — попросила Натка, когда на том конце вежливый голос ей сообщил, что она попала в банк. Девушка что-то пролопотала по-немецки, и Натка уже хотела положить трубку, как вдруг четкий нестареющий голос тети Оли строго проговорил:

— Наталья? Это ты?

— Привет, тетя Оля. — В который раз она поражалась, каким образом мать Лерки чувствует, что звонят из России.

О том, что у Натки русский акцент, который не спутаешь ни с каким другим, она как-то не думала. А секретари у фрау Шредербаум были вышколены.

— Что случилось? — по-деловому, даже слишком, осведомилась Ольга.

— Лера пришла в себя.

Натка кратко изложила ситуацию.

— Ну что ж, я рада, что ты оказалась права, — не меняя тембра голоса, отчеканила Ольга. — Денег хватает?

— Да, спасибо. — Натка помедлила, но потом все же спросила: — Как дядя Леша?

— Лечат, — лаконично ответила Ольга. Затянулась пауза, и потом немного мягче последовал вопрос, — Ты ей обо мне рассказала?

— Нет еще.

— Хорошо, — последовал ответ. Натка решила, что мягкость в голосе матери Леры ей просто показалась. — Через неделю прилечу. До встречи.

И не прощаясь, фрау Шредербаум отключилась. Натка откинулась в кресле. Как же она изменилась, мама Лерки. Где та милая, добрая, смешливая тетя Оля, которая каждые выходные играла с ними в волейбол и наперегонки каталась на роликах? Видно, там и осталась, в прекрасном, незабвенном времени их детства. От Оли Пересветовой не осталось и следа!

Вместо нее появилась жесткая, деловая фрау Ольга с холодным взглядом и железной хваткой. Причем во всем — и в бизнесе, и в жизни.

Натка усмехнулась про себя. Дорого ей стоило уговорить Ольгу оставить Лерку в России, в этой клинике. Вообще, приезд фрау Шредербаум тогда, в конце октября больше напоминал военные действия, чем долгожданную встречу.

Натка закурила и подошла к окну. Прошло четыре месяца, а казалось, что это было в прошлой жизни...

...Анюта распахнула входную дверь и уставилась на шикарно одетую тетю.

Женщина была закутана в светлое уютное пальто с меховым воротником. Высокие сапоги закрывали колени. Узкая кисть руки в длинной лайковой перчатке придерживала воротник около прямого подбородка. Гладко зачесанные волосы открывали покатый лоб, а тонкие брови сходились на переносице, отчего красивое лицо становилось жестче.

Позади нее маячил высокий мужчина, и тонкая золотая оправа его очков поблескивала в свете подъездной лампочки. В руках он держал небольшой саквояж.

— Здравствуй, детка, — сурово сказала тетя. — А Фаина Исааковна дома?

— Да-а-а, — зачарованно протянула Анюта, не в силах оторвать от тети глаз. — Бабуля! Это к тебе! — с усилием повернув голову, крикнула Анюта.

Пока бабушка одолевала пару метров коридора, женщина резко повернулась к мужчине, что-то сказала на непонятном Анюте языке и, коротко кивнув, взяла у него саквояж. Мужчина развернулся и исчез в темноте лестницы, после чего женщина бесцеремонно вошла в прихожую и закрыла за собой дверь.

— Ольга!

Анюта повернулась и испугалась. Все краски сползли с лица бабули. Она в последнее время плохо выглядела, осунулась, побледнела, но ежедневный макияж несколько скрашивал удручающую картину. Сейчас не помогла даже французская пудра. Фаина уставилась на тетю, ровно как Анюта минуту назад.

— Здравствуйте, Фаина Исааковна, — скидывая пальто, командным голосом проговорила тетя. — Мне позвонили и сказали, что с Лерой беда. Значит так. Прошу рассказать все четко, без ваших традиционных охов и причитаний. Насколько я понимаю, времени у нас мало, — прямо глядя в глаза Фаине, сказала тетя.

— Ба, а это кто? — Сонечка вышла из-за спины Фаины. Большими синими глазами, точь-в-точь, как у этой непонятной гостьи, девочка смело разглядывала женщину. Анюта ошарашенно переводила взгляд с личика Сонечки на тетку. Надо же, как бывает! Совершенно чужие люди, а так похожи! Она уже хотела одернуть Соню за невоспитанность, как услышала тихий голос бабули:   ^

— Это твоя родная бабушка.

Красивые светлые брови гостьи чуть дрогнули, складка между ними разгладилась, и она в удивлении воскликнула:

— Это дочь Леры?

— Да, Оля, это твоя внучка. — Фаина печально кивнула головой.

— Неправда! — нахмурилась Сонечка и для верности спряталась за Анюту. — Мою бабушку зовут Фаина.

— Правильно, девочка. — Ольга присела на корточки. — Давай знакомиться. Меня зовут Ольга.

— Соня, — испуганно проговорила девочка, но все-таки пожала протянутую руку.

— Вот и гут. — Ольга распрямилась и посмотрела на Анюту. — Девочки, мне нужно поговорить с бабушкой. Вы не обидитесь, если мы уединимся на кухне?

Анюта кивнула и увела Соню в комнату. Ольга прошла на кухню, села на табуретку. Огляделась.

— А тут ничего не изменилось. Будто и не прошло четырнадцати лет, — медленно сказала она.

Фаина села напротив и долго молчала. Просто смотрела на эту чужую женщину, пытаясь отыскать на гладком лице знакомые черты.

— Что, не та уже? — усмехнулась Ольга.

— Да, не та. Такая же красивая, но не та, — ответила Фаина.