Мишель Жеро - Жаркая ночь

– А я хотел тебе верить, Энни, но ты тоже ведешь себя так, что мне нелегко это сделать.

Со стуком поставив жестяную банку на бетонный пол, Энни вскочила:

– Где у тебя лопаты? Я иду искать Льюиса.

– Скоро стемнеет. – И, видя, что Энни, не обращая внимания на его слова, проходит мимо, Рик схватил ее за руку. – Я тебя ночью одну не отпущу.

– Тогда идем со мной.

– Нет, черт подери! Ночью я предпочел бы не копаться с тобой в грязи, а заниматься совершенно другими делами.

Лицо Энни вспыхнуло от злости.

– То, что ты со мной спишь, еще не дает тебе права мной распоряжаться!

Рик усилил хватку.

– У меня еще полно работы, но я не собираюсь выпускать тебя из виду.

– Сейчас же отпусти меня!

О Господи, как же ему все это осточертело! Отпустив ее руку, Рик рявкнул:

– Иди! Плевать мне на то, куда ты отправишься!

Ему хотелось, чтобы она осталась, хотелось помириться с ней, даже извиниться. И, когда Энни решительно прошагала мимо него, Рика обуяла безумная ярость.

– Не смей от меня уходить! – выкрикнул он.

Энни застыла на месте как вкопанная. Рик бросился к ней. Она смотрела на него во все глаза. Какую-то долю секунды Рик поколебался, а потом, схватив Энни за талию, рывком забросил ее к себе на плечо.

– Что ты делаешь? – испуганно вскричала она, исступленно болтая руками и ногами.

– Мне надоело, что ты вечно убегаешь от меня к нему! – О Господи, брыкается, словно дикая кошка! – Сама подумай, Энни, что я при этом должен испытывать!

Энни замерла.

– И теперь, когда ты взвалил меня на плечо, как мешок с картошкой, тебе легче?

Рику и в самом деле было легче, но не в том смысле, в котором она это понимала.

– Так ты хочешь сказать, что ревнуешь меня к Льюису?!

Поморщившись, Рик направился к лестнице, ведущей на сеновал.

– Я бы не назвал мои чувства ревностью.

– А как?

– А вот это не твое дело!

Рику показалось, что она мучительно соображает: что же он такое придумал?

– Ну ладно, – наконец примирительно произнесла она, – согласна, я немного переборщила. Отпусти меня.

– Нет.

– Ну, Рик, пожалуйста. Плечо у тебя твердое как камень и врезается мне в живот, а к голове приливает кровь.

Странно, ему кровь приливает совсем в другое место.

– Только не говори, что тебе это не нравится, – заметил Рик и, когда Энни принялась энергично возражать, ухмыльнулся, хотя злость его еще не прошла. – Я знаю, что ты любишь пофантазировать, вот и воплощаю одну из твоих фантазий в жизнь.

– Неправда, я не люблю фантазировать! – возразила Энни и, пронзительно взвизгнув, больно вцепилась Рику ногтями в плечо, когда он сделал вид, будто сейчас ее уронит.

– Отпусти меня, болван! – сердито выкрикнула она. Решив предстать настоящим мужчиной, перед которым любая женщина должна трепетать от страха, Рик бросил:

– Заткнись, женщина!

Потрясенная, Энни на секунду замолчала.

– Что ты сказал?! – прошептала она наконец.

– Ни один уважающий себя болван не позволит своей женщине разговаривать с ним таким тоном. Ты слышала, что я сказал: закрой свой миленький маленький ротик.

Последовало более продолжительное молчание.

– Ну, если ты решил претворить мою фантазию в жизнь, ты должен делать это иначе. Нужно сказать не «закрой свой миленький маленький ротик», а «помолчи, женщина», – тихим и чуть хрипловатым голосом произнесла Энни.

Откашлявшись, Рик прорычал:

– Помолчи, женщина! – И для пущего эффекта легонько хлопнул Энни пониже спины, после чего начал подниматься по лестнице на сеновал.

– Кларк Гейбл изобразил бы это более романтично, – жалобным тоном произнесла Энни. – Может, все-таки отпустишь меня? А то я упираюсь носом прямо в твой зад, да еще и в ушах звенит... Эй, ты что, несешь меня по лестнице? Ой! Рик, не стукни меня головой! Это уже не похоже на мою фантазию.

Рассмеявшись, Рик продолжал подниматься по лестнице, однако и в самом деле постарался не ударить Энни головой и не уронить. Нельзя сказать, чтобы она была слишком легкой, однако Рик ни за что бы не признался, что ему тяжело.

– О... – протянула Энни, когда они наконец добрались до верха. – Сеновал... Классика. Мне нравится ход твоих мыслей.

– А кто сказал, что я способен мыслить? – проговорил Рик, швыряя ее на гору сухого сена, оказавшегося чрезвычайно колючим. Вверх взметнулся целый столб пыли. Энни чихнула.

– Это тоже не входит в мою фантазию.

– Прости. Болван забыл захватить с собой одеяло, – заявил Рик, возвышаясь над Энни.

Энни улыбнулась:

– Вежливая девушка сделает вид, что этого не заметила.

– Повезло этому твоему... – Рик скрестил руки на груди, зная, что Энни это нравится, – варвару. А может, пирату? Или...

– Викингу.

Рик расхохотался было, однако Энни бросила на него такой взгляд, что смех замер у него в груди.

– Ладно, пусть будет викинг. И что этот твой викинг делает дальше?

– Насилует похищенную им девушку, ублажая всю ночь напролет.

Тут уж Рик не выдержал и от души рассмеялся.

– Может, дашь мне минут двадцать, и посмотрим, смогу ли я пару раз сделать тебя счастливой?

Вытащив из кармана презерватив, Рик расстегнул джинсы, стянул с себя рубашку и накрыл тело Энни своим телом. Коснувшись рукой ее интимного местечка и почувствовав его влажность, Рик понял, что Энни его хочет. Отлично! А то, пока она вертелась у него на плече, он возбудился не на шутку.

Рик с силой вошел в нее, и его охватил такой восторг, что он даже закрыл глаза от полноты ощущений.

– О Господи, Энни... – прошептал он и жадно поцеловал ее. – Что ты со мной делаешь...

Крепко обхватив его руками и ногами, Энни прильнула к нему всем телом, сладострастно постанывая, и желание разгорелось в груди Рика с еще большей силой.

– Глубже... – простонала она, подаваясь ему навстречу, отвечая на все убыстряющийся темп его движений. – Еще... еще...

Несколько минут спустя Энни, пронзительно вскрикнув, содрогнулась в сладких конвульсиях, и Рик последовал ее примеру. Его протяжный стон поднялся вверх, к стропилам, и распугал птиц, мирно сидевших под самой крышей. Тяжело дыша, Рик с Энни лежали, по-прежнему сжимая друг друга в объятиях, чувствуя, как колючее сено впивается в кожу.

Наконец, удовлетворенно вздохнув, Энни проговорила:

– Однако тебе и двадцати минут не понадобилось.

Застонав, Рик перекатился через нее.

– У этого викинга был тяжелый день. Вот он и оплошал. Прижавшись к нему, Энни по привычке уткнулась носом ему в шею.

– Обними меня, – прошептала она. – Я хочу, чтобы ты обнял меня так крепко, словно никогда никуда не отпустишь.

Услышав эти слова, Рик почувствовал, как в груди его вспыхнула странная, полузабытая нежность. Обхватив Энни обеими руками, он крепко прижал ее к себе, проводя пальцами по голой спине и ягодицам. А Энни ласково поглаживала его по плечам и груди, тихонько напевая. Рик лежал и слушал жужжание мух, стрекотание сверчков и жалобный крик козодоев.