Безумный курортный роман или чокнутый Ромка с курорта - Диана Ольховицкая

- И какая?

- Взрослая, - вздохнул он, ступая на деревянную пляжную дорожку. – Серьезная. Уверенная в себе. Успешная.

Людей рядом не было совсем: то ли все пансионатчики смотрели представление, то ли сидели в летних кафе. А, может, давно видели десятые сны?

- Это, как раз, и есть мое обычное состояние! – звонко рассмеялась Женька. Впечатление, произведенное на Ромку, радовало и одновременно добавляло в кровь пьянящего азарта: – Говорила же, на курорте со мной что-то странное творится, морской воздух виноват, не иначе!

- Возможно. Но я-то привык видеть в тебе строптивого подростка: бесшабашного, изменчивого, словно морской ветер, каждую минуту готового то на шалости, то на подвиги. И вдруг ты… В голове вертится ассоциация с этим образом, но никак не ухвачу.

- Шахматная королева?

- Точно! Красиво, но непривычно до жути.

Женька опять рассмеялась, ловко стянула туфлю с правой ноги, попрыгала на ней, затем сняла левую и бросила обувку на дорожку:

- Не боись! Королева оказалась самозванкой! Как же здорово босиком, просто кайф!

И, подвернув платье, помчалась по песку к кромке прибоя. Впрыгнула, разбрасывая в стороны тучу мелких брызг, и побрела по мелководью. Волна накатывала, шлепая ее по голым коленкам, периодически нахально пыталась забраться выше – под юбку.

И Женька, жалея дорогой наряд, подкатила его еще выше - радикально высоко, едва-едва прикрывая край трусиков. А, может, и не прикрывая – все равно ночь, темно и ничего особо не разглядишь!

- Теперь узнаю! – Ромка догнал с туфлями подмышкой, скользнул нескромным взглядом по ее ногам и, улыбаясь, пошел рядом по берегу. – А я тебе писал, между прочим. Несколько раз. Не видела или принципиально решила игнорить?

Женька невольно погладила переброшенную через плечо сумочку:

- Не видела. Честно. Поставила беззвучный режим и телефон с начала представления еще не доставала. Ты что-то хотел?

Ромка рассмеялся:

- Хотел, хотел и перехотел хотеть! Сусанина, поржать не желаешь?

Женька поболтала ногой, создавая крутой водоворот:

- Рассказывай! Насчет поржать я завсегда за!

- Посидим?

Ромка остановился, присел на корточки, набрал горсть песка и, медленно разжимая пальцы, тонкой струйкой сыпал его в воду. Это было похоже на древние часы: песчинки падали и падали, будто отсчитывая… секунды?.. года?.. тысячелетия?

- Твоя типично подростковая выходка в кафе – задумчиво начал он, - проассоциировать распространенное в тюрских языках название «елдыз» - «звезда» с русским похабным словом. И вроде бы улыбнуться и забыть, но я почему-то зацепился. Что за сверхспособность в тебе? Отчего заставляешь окружающих думать, размышлять, докапываться до сути вещей? Даже по такому глупейшему поводу?

Женька выбралась на берег и плюхнулась рядом с Ромкой на край деревянной дорожки-мостика. Море заурчало и нежно облизало волной ее ступни.

- И как – докопался? – понимающе улыбнулась она.

- Да. Сидел с Дашкой, чтобы не слушать тупую болтовню, полез в интернете смотреть происхождение слов. И представляешь – ты была права! Они родственны! И восходят к древнеперсидскому корню, означающему «начало» или «рождение». Вполне прилично все, даже странно - откуда взялась нецензурщина?

- Тебя нужно с Линкой познакомить, подругой моей! – рассмеялась Женька, зачерпнула в пригоршню воды и брызнула в Ромку. – Она тоже обожает филологические казусы!

Но потом обхватила руками колени и, положив на них подбородок, задумалась всерьез. Уже убывающая луна чертила по морской глади желто-белую пунктирную линию, и мысль скользила по ней, устремляясь за горизонт пространства и времени:

- Полагаю, дело не в филологии, а в законах исторического развития. У цивилизаций древности в ходу были языческие культы, связанные с зачатием и рождением. И подобные термины были не просто приличными – сакральными. Но с принятием христианства или ислама – не суть – отношение к ним изменилось, превращая из священных понятий в ругательные. Сто процентов именно по этому слову не дам, но очень похоже на то.

Море одобрительно булькнуло, словно подтверждая ее догадку и схлынуло, оставляя на ногах пенные пузырьки.

- Откуда ты все это знаешь, Женек?! – изумленно посмотрел на нее Ромка.

- Папа – историк, специализируется по дохристианскому периоду Руси. Давно, правда, исследованиями не занимается – по состоянию здоровья, но кое-что помню из его рассказов.

В этот момент со стороны концертной площадки донесся характерный шум, похожий на бурные аплодисменты. Очевидно, это закончилось водное шоу.

- Гляди, небесные фонарики! – восторженно выдохнула Женька, указывая глазами на медленно поднимающиеся ввысь светящиеся точки. – Красиво как…

Ромка сел рядом с Женькой, взял ее за руку:

- Столетия – фонарики! о, сколько вас во тьме,

На прочной нити времени, протянутой в уме!

Огни многообразные, вы тешите мой взгляд...

То яркие, то тусклые фонарики горят.

- Валерий Брюсов, - улыбнулась Женька в ответ и встретилась с ним взглядом. – Спасибо.

- Не за что. Я помню, что ты любишь «Серебряный век».

Женьке было сказочно хорошо. Так, как не было уже очень давно. А, может, и никогда.

Море плескалось, щекоча голые пятки, ветерок поил солено-пряным коктейлем, а по небу плыли яркие фонарики, выстроившееся причудливым клином, словно рисуя витиеватую фразу на древнем языке.

Рука Ромки скользнула вверх и обняла Женьку:

- Наверное, это дико сложно – отрекаться от обычаев предков и принимать новую веру… Наших пра-пра-пра это ведь тоже коснулось.

- Зато в цивилизационном смысле – скачок в развитии, - вздохнула Женька и прижалась щекой к Ромкиному плечу. – Да, есть и другие мнения, но основной вывод этот. Иногда нужно вовремя уйти от старого.

- Умение вовремя уйти – вообще ценная вещь, - Ромкино дыхание коснулось ее волос. - Честно признать, что перспектив нет, и дальше будет только хуже. И это не только глобальных событий касается. Отдельного человека тоже. Я, например, считаю, что вовремя бросил профессиональный спорт – на пике, именно тогда, когда было нужно. И вовремя перестал играть в КВН. И… Надеюсь, сейчас тоже успел. Даже дважды надеюсь: и что ушел, и что вовремя.

- Ром, ты о чем? – Женька повернула голову и недоуменно посмотрела на него.

- Да так, ни о чем… - улыбнулся Ромка и уставился на ее губы. – Мысли вслух, не обращай внимания. Лучше скажи – не против чисто дружеского поцелуя?

Женька слегка обалдела. Нет, она понимала дружеские поцелуи – в щечку, например. Но Ромка за время сегодняшней прогулки по Сочи делал это раз десять, наверное. И разрешения не