Вещи, которые я хотела сказать (но не сказала) - Моника Мерфи

Уитом так разозлил меня. Его отношение - полная чушь. И что он знает о том, как я отношусь к себе? Пытается подорвать мою самооценку? Большую часть времени он хвалит мое отношение, а теперь утверждает, что я недостаточно люблю себя или что-то в этом роде?

Боже, я его терпеть не могу. Он не мой психотерапевт, это уж точно. Он сексуальный маньяк-психопат, который относится к женщинам как к объектам, а не как к реальным людям. Поговорим о том, что я облажалась.

Как сильно я хочу увидеть его снова. Если я думаю, что у него есть проблемы, то я точно знаю, что у меня они тоже есть.

Злясь на себя, на все, я захлопываю книгу, заслужив шиканье мисс Тейлор за свои усилия. Я игнорирую ее, расстегиваю молнию на рюкзаке и засовываю учебник внутрь. Я также засовываю туда свой блокнот. У меня еще есть сорок минут до начала занятий, но я ни за что не буду готова к сегодняшнему тесту. К черту все это. Кроме того, кто устраивает викторины в пятницу днем? Придурки-садисты, вот кто.

Схватив свой рюкзак, я притягиваю его к себе и обхватываю руками, кладу голову на него, как на подушку, закрывая глаза. Я немного вздремну. Никто меня не побеспокоит.

Надеюсь.

Но надежды - для мечтателей и идиотов, потому что всего через несколько минут после моего спонтанного сна я слышу, как кто-то шепчет мою фамилию. Кто-то мужского пола. Я открываю глаза и замечаю Уита, стоящего среди стеллажей. Он наклоняет голову вправо, показывая, что хочет, чтобы я подошла к нему.

Я поднимаю голову, мой взгляд не отрывается от него, когда я произношу слово "нет".

Его челюсти сжимаются, и он идет к моему столу, возвышаясь надо мной, как лорд, смотрящий сверху вниз на своего скромного слугу. Я его слуга. Предназначалась для того, чтобы развлекать его всякий раз, когда он этого захочет.

“У тебя нет выбора”, - говорит он сквозь стиснутые зубы. “Пойдем со мной сейчас или заплатишь за это”.

“Может быть, я хочу заплатить цену”, - спокойно говорю я ему.

“Сэвидж”, - он практически рычит, его глубокий голос омывает меня.

Как будто я не могу контролировать себя, я поднимаюсь на ноги и иду к нему. Нет смысла бороться с этим. Бороться с ним. Мы собираемся делать все, что мы делаем, независимо от того, как сильно я протестую. Это все равно произойдет.

Он хватает меня за руку, его пальцы переплетаются с моими, прежде чем он толкает меня глубже в бесконечные ряды книг. Я позволяю ему тащить меня, когда он поворачивает налево, потом направо. Затем еще один поворот налево. Пока мы не заходим так глубоко в библиотеку, что я не вижу света из массивных окон, расположенных вдоль здания. Я тоже не слышу никаких голосов. Только электрический гул подвесных светильников, висящих над нами, и шум моей крови, шумящей в ушах.

Уит поворачивается ко мне лицом, прижимая меня к книгам, его тело так близко, что касается моего. Я с вызовом вскидываю голову и смотрю на него. “Чего ты хочешь?”

Его губы изгибаются в едва заметной улыбке. “Твои трусики”.

Я закатываю глаза. “Серьезно?”

Он кивает. Наклоняется так, что его лицо оказывается прямо напротив моего, его губы смыкаются, когда он шепчет: “Хотя не сейчас”.

"Не сейчас?"

“Я хочу сначала сделать их красивыми и влажными”, - говорит он, как раз перед тем, как его рот касается моего.

Его губы наэлектризованы, зажигая энергию между нами. Это то, чего я жаждала прошлой ночью, а он не дал мне этого. Он был таким холодным.

Отдаленным. Приводящим в ярость. Никаких поцелуев. Никакой близости.Я хочу этого. Его губы на моих. Пожирающие меня. Поцелуй - это интимно. Это сближает людей, даже незнакомых. Он был первым парнем, которого я по-настоящему поцеловала, и с тех пор я пристрастилась к его вкусу.

Я приоткрываю губы для его проникновения, и его язык скользит по моему, кружа. Толкаясь. Я стону ему в рот, мои руки тянутся к нему, ложатся на его грудь, сжимают лацканы его форменного пиджака. Он просовывает руки мне под юбку, кладет их на мою задницу, разминая мою плоть, притягивая меня к себе.

Он твердый под брюками. Конечно, это так. Разве он бывает в спокойном состоянии, когда мы вместе? Зная, что я так поступаю с ним, я чувствую себя сильной. Несмотря на то, как ужасно он обращается со мной, какой он жестокий и равнодушный, я все равно влияю на него.

Знание - это сила, часто говорил мне Джонас. И он прав. Я просто никогда не думала, что это применимо к чему-то подобному.

Без особых усилий Уит поднимает меня, и я обхватываю ногами его талию, прижимаясь к нему, позволяя ему поглотить меня.

Я поглощаю его в ответ.

Мы целуемся и целуемся, кажется, часами. Он не перестает пожирать мой рот. Это почти так, как если бы вся эта энергия была заперта внутри него, умирая от желания вырваться наружу. А я - рецептор, страстно желающий большего.

“Прошлой ночи было недостаточно”, - бормочет он после разрыва поцелуя.

Я ничего не говорю, вздох покидает меня, когда он облизывает мою шею.

“Я не могу перестать думать о тебе”, - продолжает он твердым голосом. Полный раздражения. “Ты сводишь меня с ума”.

Едва слышный смешок покидает меня, и он дергает меня за кончик хвостика, утыкаясь лицом в мое. ”И не в хорошем смысле".

Я пристально смотрю на него, мое сердце бешено колотится, мои губы припухли от его поцелуев. Его взгляд опускается на мой рот, задерживаясь там, и он наклоняется, впиваясь зубами в мою нижнюю губу. Только до тех пор, пока у меня не вырывается всхлип, и я клянусь, он мог порвать кожу, пока наконец, не ослабил хватку.“Я ненавижу тебя”, - шепчу я, потому что это единственное, что я могу сказать.

“Я тоже тебя ненавижу, Сэвидж”, - бесстрастно отвечает он, опуская меня на пол и убирая руки с моего тела, прежде чем отойти от меня. “Теперь сними свои трусики”.

Не сводя с него глаз, я залезаю под юбку и срываю их, неловко переступая через них и чуть не падая. Я протягиваю руку и упираюсь ладонью в полку, прежде чем прижать нижнее белье к его груди. Он ловит чёрный комочек, потирая пальцами промежность.

«Мокрая”. Он подносит их к носу и вдыхает. “Пахнет так же, как ты”.

“Ты чертовски отвратителен”, -