Единственная для Лютого (СИ) - Франц Алиса

Разумеется, осталось еще немало вопросов, которые требовали внимания. Мне хотелось узнать подробности произошедшего, и Лютый пообещал, что не станет утаивать от меня важные моменты.

Меня обещали выписать из больницы на следующей неделе, а все это время ко мне приходили посетители.

Мурад Османович вместе с Тимофеем посещали меня почти каждый день, я не могла не радоваться тому, как ладят между собой взрослый, умудренный годами мужчина и маленький мальчик, но кажется, отец Руслана нашел родственную душу в моем племяннике и даже начал вскользь поднимать тему о том, чтобы взять Тимофея погостить на каникулы…

Я не стала давать обещания Мураду Османовичу, что разрешу Тимофею улететь без моего сопровождения, но сказала, что подумаю над этим. Все же я сначала хотела пройти с Тимофеем полное обследование и вплотную заняться его здоровьем.

— Когда тебя уже отсюда выпишут? — поинтересовался Тимофей, обняв меня на прощание. — Там такое! Тебе понравится… — шепнул он и поняв, что вот-вот проболтается, поспешил прикусить свой язык.

— Тимофей, нам пора, — позвал его Мурад Османович.

Попрощавшись со мной, они покинули палату, но я все же услышала. как у самых дверей отец Руслана поинтересовался строго.

— Ты же не проболтался?

— Нет, я молчал, как рыба. Поскорее бы уже…

Обрывок услышанного разговора дал понять, что эти заговорщики готовятся к чему-то, возможно, хотят сделать мне приятный сюрприз. Я даже не стала ломать голову над тем, что меня ждет после выписки. Я твердо была уверена в том, что меня ждут горячие, ласковые объятия любимого мужчины, обожаемый мной племянник и возможность начать новую жизнь, без тени прошлого. Знания этого было вполне достаточно для того, чтобы смотреть в будущее с уверенностью.

За время пребывания в больнице, люди Руслана оформили необходимые бумаги о смерти Антона Соловьева, мне не пришлось никуда ехать и делать что-то самой. Я лишь расписалась в необходимых графах и вскоре могла изменить свою фамилию на ту, что была до брака.

Мне хотелось избавиться от напоминания того, что я влезла в фиктивные отношения с мелким мошенником, аферистом Антоном Соловьевым. Но это повлекло бы за собой дополнительную бумажную волокиту, к тому же в фиктивном браке с Антоном была и положительная сторона.

Если бы не жажда наживы Антона, я бы ни за что не попала под прицел внимания Лютого и не приобрела бы возможность стать счастливой. Поэтому я пока решила оставить все, как есть.

В день выписки я попросила Руслана, чтобы мне привезли какую-нибудь одежду из той, что была у меня. Мне хотелось приодеться и выглядеть нарядно.

Однако вместо этого в палату вместили едва ли не половину магазина брендовой одежды, чтобы я выбрала себе одежду по вкусу. Я решила изменить своей привычке и вместо привычных для меня джинсов и кофточки выбрала платье винного оттенка, длиной немного выше колена. С таким платьем можно было распустить волосы и вид получался довольно приятным, нарядным.

Я с нетерпением ждала момента, когда смогу покинуть стены клиники. Мне уже надоело находиться в одной и той же комнате, хотелось больше простора, прогулок на свежем воздухе, домашней суеты и привычных забот.

Наконец, настал тот самый день… Наверное, за час до назначенного времени я уже сидела на кресле, сложив руки на коленях, и гипнотизировала взглядом дверь в ожидании появления Лютого. Руслан пришел даже раньше, чем обещал, но появился он не один, а в компании уже известного мне юриста.

— Что случилось?

Я попыталась сохранить спокойствие, но сделать это было непросто, потому что я была взбудоражена предвкушением и появление человека, следующего букве закона, заставило меня немного понервничать, чувствуя себя не в своей тарелке.

— Ничего плохого, Машуня, — Лютый присел передо мной, взял мои руки в свои большие ладони. — Как ты помнишь, у нас с тобой был договор. На твой отказ от детей. Я хочу аннулировать его, чтобы отсюда ты вышла уже со спокойной душой. Прямиком в новую жизнь. Согласна?

— Да.

За суетой последних дней я почти не вспоминала о договоре на отказ от детей, но в глубине души ждала именно этого шага от Руслана, желая, чтобы он совершил его сам, без подсказок с моей стороны.

Зная свою натуру, я прекрасно понимала, что подниму этот вопрос со временем, но предоставила Лютому свободу действий и была несказанно рада тому, что он принял именно такое решение, видевшееся мне единственно верным.

Юрист аннулировал наш договор, я с большим удовольствием наблюдала за этим процессом. Теперь я могла сказать, что между мной и Руслан не осталось стен недопонимания или препятствия для отношений.

Однако это было не единственным сюрпризом. Руслан выпроводил юриста и предложил мне свою ладонь. Я переплела свои пальцы с его пальцами и на несколько секунд задержала взгляд там, где моя светлая кожа контактировала с его смуглой кожей. От такого контакта захватывало дух, как от столкновения двух разных миров.

Возможно, мы никогда не должны были встретиться, но наши миры соприкоснулись и вопреки всем негативным прогнозам, из столкновения получилось нечто прекрасное — любовь и две крохи, которых я вынашивала под сердцем, наши общие детки…

— Закрой глаза, — попросил Руслан в холле, когда до входной двери оставалось всего несколько метров.

Я послушно исполнила его просьбу, крепче схватилась за ладонь любимого и позволила Лютому вывести себя вслепую.

— Все, можешь смотреть, — разрешил Руслан.

Я распахнула глаза и не смогла сдержать радостного вскрика: в небо взмыли десятки белых и розовых шары. Перед клиникой меня ждал Тимофей, с важным видом держащий в руках букет цветов, отец Руслана, несколько человек из числа подчиненных Лютого держали в руках растяжку: «С выпиской!».

Разумеется, это все было совершенно не в духе Лютого, но приятно девичьему сердцу, простая выписка превратилась в мини-праздник. Я приняла поздравления близких, поцеловала племянника, по которому очень соскучилась, двумя руками обхватила букет, слушая болтовню Тимофея.

— Есть еще кое-что, — сказал Лютый изменившимся голосом. — Только для этого нужны свободные руки…

Я передала букет, даже не поняла, кто его принял, потому что все мое внимание сосредоточилось на Руслане, занявшем место прямиком напротив меня. Он медленно опустился на одно колено, но я еще не могла поверить, что именно сейчас произойдет то, о чем я даже мечтать боялась:

— Ты станешь моей женой?

Голос Лютого звучал глухо и низко, став более хриплым, чем обычно. Его темные глаза смотрели прямо и задевали внутри все, до единой, струны души. Слезы мешали мне разглядеть кольцо, я просто видела сквозь пелену, что Руслан держал коробочку раскрытой.

— Да, — выдохнула я и повторила увереннее. — Да, я согласна.

Руслан надел кольцо мне на палец, поднялся с колен и поцеловал меня в губы коротким, но жадным поцелуем, заключив в объятия. Со стороны наблюдающих раздались хлопки и поздравления.

— Точно согласна? — спросил Руслан, приподняв мое лицо к себе. — Я в этой мишуре не силен, но надеюсь, что все сделал правильно.

— Согласна, — шепнула я и призналась. — Я даже не ожидала, что ты сделаешь мне предложение.

— Не ждала? Неужели хотела остаться Соловьевой? — удивился Руслан. — Даже не надейся.

Я улыбнулась Лютому сквозь слезы, он быстрым жестом стер слезинки с моих щек.

— Я твоего размера не знал. Надеюсь, угадал.

Опустив взгляд на кольцо, я залюбовавшись кольцом. Оно было сделано из белого золота. Кольцо было словно сплетено из двух жгутиков и увенчано большим бриллиантом овальной формы, в обрамлении множества мелких. Наверняка это кольцо стоило бешеных денег и мне даже боязно было держать его на своей руке. Я прокрутила кольцо, оно сидело не совсем плотно, оставалось немного свободного места.

— Хорошо сидит, не слетает.

— Приятно, что от этого колечка ты не отказалась, — Лютый снова поцеловал меня. — Не терпится остаться с тобой вдвоем, поговорить тет-а-тет…