Незавидный холостяк - Ашира Хаан

– Ну… – братец, кажется, смутился. Совсем немного. – Глупости – дело такое, никогда не поздно начать. Особенно в твоем состоянии. И вообще, я этого твоего друга впервые вижу! Конечно, я волнуюсь! Как его зовут?

– Ты спросил, как зовут Женьку, когда у нее в пятнадцать сиськи отросли, – безжалостно напомнила я. – А дружим мы с ней с десяти.

– Твоя Женька мне была неинтересна!

– А я, значит, интересен? – выглянул из комнаты Кирилл. – Варвара, подойди сюда, кое-что спросить надо.

– Тьфу на вас! – проворчал Андрей. – Подумал – вдруг нормального мужика нашла, а это что?

– А что со мной не так? – Заинтересовался Кирилл.

– Не люблю рыжих. Подозрительные вы! – насупившись, сообщил брат.

– Госссссссподи… – прошипела я в пространство. – Детский сад!

В комнату я давно не заглядывала – после того, как под паркетом нашли гнездо мышей в старом ватнике, я попросила больше не показывать мне тайны бабушкиной квартиры, если только это не сейф с сокровищами. Так что о проводах, замурованных в полу, которые вели к люстре соседей снизу, я узнала только от Кирилла, когда уже все привели в порядок и залили бетоном. Сейчас комната выглядела почти прилично, разве что торчали из стен бесстыдно оголенные будущие розетки.

– Батареи, – напомнил Кирилл, пока я обводила взглядом комнату. – Сегодня удалось договориться с управляющей компанией, чтобы заменить их, но я подумал – вдруг ты мечтала их так же тщательно выбирать, как обои? Из всех трех доступных видов? Так что можем обратно сломать, если ты захочешь другие.

– Еще один шутник… – проворчала я. – Не знаю, что ты сделал с батареями, меня все устраивает.

– Надеюсь, тебе нормальные радиаторы поставили, не алюминий? – сунул нос в комнату Андрей. – Смотри, эти горе-специалисты очень любят разводить на бабки, когда видят, что ты не в теме.

– Я за всем слежу, – успокоил его Кирилл.

– Так я тебя и имел в виду! Наша Варька слишком добрая, такую грех не развести. Поставил, небось, говно какое-то, а понтов-то, понтов…

Кирилл медленно вдохнул, выдохнул и оскалился в недоброй улыбке.

Я посмотрела на его лицо, на Андрея, который теперь сам занял стратегическую точку в дверях и оперся плечом о косяк, и поинтересовалась в пространство:

– Карбонару будете?

– ДА! – хором отозвались оба и тут же кинули друг на друга испепеляющие взгляды.

Ну, пусть разбираются. А я пока умотаю на кухню и поставлю закипать воду.

Готовить тут – минут десять на все про все, авось не успеют подраться.

Пока жарились порезанная грудинка и чеснок и закипала вода, я успела натереть сыр, взболтать яйца с перцем, солью и мускатным орехом и к моменту, как муж с братом появились на пороге кухни, уже откидывала на дуршлаг готовые спагетти.

– Ну что, вы нашли общий язык, горячие финские парни? – вздохнула я, заливая спагетти яичной смесью и быстро перемешивая, чтобы от их тепла она схватилась и стала тем самым шелковистым сливочным соусом, который и превращает «карбонару» в произведение искусства.

Они покосились друг на друга, но, завидев тарелки с едой, тут же приземлились по обе стороны кухонного стола. У меня аппетита не было, так что я разложила всю гору спагетти на две порции.

– Все равно биметаллические радиаторы – самые оптимальные, – с набитым ртом заявил Андрей.

– Конечно, если стоит задача экономить. У нас не стояла, – успокаивающе отозвался Кирилл. Он на еду набрасываться не стал – сначала наклонился, втягивая носом аромат жареного чеснока и грудинки, намотал спагетти на вилку, полюбовался ими и только потом попробовал, что получилось – и зажмурился от удовольствия.

– Варвара, – сказал он, тщательно прожевав. – Я уже говорил, что ты богиня? Я бы на тебе женился, если бы уже не был женат!

Я сделала большие глаза и угрожающе качнула в ладони кусок сыра, изображая, будто прицеливаюсь. Андрей сидел ко мне спиной, поэтому не увидел моей пантомимы. Зато глаза Кира заискрились весельем.

– Варька у нас такая! – охотнул брат. – Лучшая хозяйка в мире! Твоя-то жена небось так не готовит!

– Ну почему… – медленно проговорил мой муж, глядя на меня поверх его плеча. – Еще и не так готовит…

Я снова угрожающе качнула куском сыра, и он с довольным видом вернулся к еде.

Ну вот что с ними делать, а?

Идея на миллион

В последние недели мне пришлось перебраться ночевать к маме. А потом и остаток дня проводить у нее, потому что в квартире не осталось места, где можно было бы спокойно устроиться с книжкой или телефоном.

Но иногда, вот как сегодня, мне хотелось побыть одной. Мама слишком за меня беспокоилась и стоило чуть загрустить – сразу бежала делать чай и доставать конфеты. Ну и, конечно, расспрашивать, кто меня расстроил.

По субботам у ремонтной бригады был выходной, поэтому я смело завалилась в квартиру, рассчитывая, что буду там одна.

Полы в комнатах уже были готовы – я лично носилась по строительным супермаркетам в поисках подходящих досок. Я воротила нос от попсового ламината, да и от предложенного Киром сборного паркета я отказалась. Если уж выбирать – то мне хотелось чувствовать босыми ступнями настоящее дерево. И пусть ругались все продавцы, бригадир и сам Кирилл, заверяя, что я замучаюсь выскребать грязь из щелей, все равно я настояла на своем и теперь в квартире пахло свежей древесной стружкой и лаком.

Можно было бы даже вернуться домой и снова устроить спальное гнездо под окном, но переделка ванной была в самом разгаре и из всех удобств там был лишь унитаз, гордо возвышающийся на постаменте. Ну ничего, осталось совсем немного потерпеть.

Я скинула туфли и прошла босиком в маленькую комнату. Здесь тоже пахло деревом и было уже почти уютно. Почти как при бабушке – но иначе. Мама, наверное, права – это будет мой, только мой дом. В котором о бабуле будут напоминать только тяжелые переплетеные фотоальбомы, шкатулка с украшениями да пианино, с которым я все еще не