Анна Милтон - Будь ты проклят, Зак Роджерс!

— Ты по-прежнему хочешь его? — раздался хриплый голос Зака.

Я никого не хотела, кроме Роджерса.

Мои руки путались в его шелковистых светлых волосах, и я с трудом понимала, о чем шла речь.

— Нет, — так же хрипло отозвалась я, не открывая глаз.

— А меня? — его мягкие горячие губы стали покрывать яростными поцелуями мое лицо. — Ты хочешь меня?

— Да, — на шумном выдохе прошелестела я, сгорая от нетерпения.

— Открой глаза, — неожиданно попросил Зак.

Я прикусила нижнюю губу, выгибая спину.

— Открой глаза, — настойчиво повторил он.

Я сдалась и сделала это.

— Я не собираюсь останавливаться, — медленно предупредил Зак, глядя мне прямо в глаза.

В этот миг вселенная дала мне шанс прекратить все это.

Я могла передумать.

Я должна передумать.

Но я не хотела этого.

Я хотела продолжить поцелуй. Я хотела сорвать с Роджерса одежду и исследовать каждый сантиметр его прекрасного, идеального тела. Я хотела чувствовать его поцелуи везде, где только возможно.

Мы ненавидели друг друга.

Но сейчас нами обуревало обоюдное желание затащить друг друга в постель.

— Не останавливайся, — сказала я, задержав свою руку у него на щеке.

А затем я поцеловала его.

Сама.

Господь мой всемилостивый.

Я сама его поцеловала!

— Зак, — прошелестела я, задыхаясь.

Я обвила руки вокруг его шеи и откинула голову назад, чтобы ему было удобнее целовать мою шею. Его рука соскользнула с моих волос и прошлась по бедру.

— Иди сюда, — я взяла его за подбородок и притянула к своему лицу.

Наши губы встретились, языки сплелись, и меня закрутило в огромную воронку безудержного наслаждения. Мне было недостаточно поцелуя, и я стала тянуться к концу его футболки, чтобы снять ее.

— Что вы творите, мисс Питерсон? — его шуточный тон заставил меня разлепить глаза.

— Снимаю с вас футболку, мистер Роджерс, — ответила я.

— Ну уж нет. Дамы вперед.

Я рассмеялась и наклонила голову, чтобы вновь поцеловать его.

Это как будто не я.

И это как будто не моя жизнь.

Словно я попала в параллельную вселенную, где я и Зак можем шутить, целуясь друг с другом, и получать от этого колоссальный кайф. Все было так просто. Легко и непринужденно. Словно не было всех тех обидных слов, которых мы наговорили друг другу, не было той ярости, которая кипела в наших жилах, как только мы сталкивались.

Зак Роджерс ненавидел меня.

Он делал мне больно, проводя ночи с другими девушками.

Он просто последний человек, с кем я должна хотеть провести эту ночь.

— Я хочу тебя, — сказала я вопреки отчаянным попыткам своего разума достучаться до моих чувств.

Голубые глаза Зака засверкали с неистовой силой, и он крепче сжал меня.

А затем его губы расплылись в крошечной улыбке.

— Я ненавижу тебя, Наоми Питерсон, — сказал он. — Ненавижу до самых глубин своей души.

На мгновение я замерла.

Но это было всего лишь игрой. Опасной игрой. И мы рисковали многим, вступая в нее.

Плевать.

Не знаю, что именно повлияло: выпитый алкоголь, или моя усталость держать все это внутри себя, но я улыбнулась Заку в ответ.

— Ты бесишь меня до чертиков, Зак Роджерс, — сказала я.

Он кратко ухмыльнулся, глядя на мои губы.

— Не сомневаюсь.

Я слабо кивнула.

— Не сомневайся.

Его прозрачно-голубые глаза вернулись к моим глазам. Я больше не была в состоянии медлить, поэтому, схватив его за ворот футболки, притянула к себе. Смеясь, Зак поцеловал меня, и подхватил за задницу. Он куда-то пошел, но я не собиралась открывать глаза и смотреть, куда именно. Это было неважно.

Я почувствовала под собой что-то твердое. Зак уложил меня и осторожно навалился сверху. Я удобнее устроилась под ним. Его руки блуждали по моему телу, а я в свою очередь гладила его спину. Спустившись до его поясницы, я нашла конец футболки и стала быстро тянуть ее вверх. Зак не остановил меня и отстранился, чтобы мне легче было снять вещь. Когда футболка отлетела в сторону, я залюбовалась идеальным прессом Роджерса. Заметив мой взгляд, он довольно ухмыльнулся. Я поймала его улыбку и притянула его к себе.

— Твоя очередь, — сказал он, целуя меня в мочку уха.

Я судорожно закатила глаза, сильно кусая нижнюю губу, и согласно промычала.

— Хотя, — его губы проделали дорожку по моей скуле, — будет нечестно, если это сделаешь ты.

И одним резким движением он посадил меня к себе на колени. Когда его пальцы осторожно подобрались к подолу платья, я задрожала. Зак непрерывно смотрел в мои глаза, словно ждал, что в любой момент я передумаю.

Но я не собиралась этого делать.

Я знаю, что завтра и всю оставшуюся жизнь буду жалеть об этом, но… оно того стоит.

Я приподнялась, чтобы он беспрепятственно снял платье. По моей коже прошелся холодок, когда я осталась в трусах и лифчике. Инстинктивно мне хотелось прикрыть все интимные места руками, но я сдержалась. Не хотелось показаться в глазах Зака скромницей.

Легкий румянец окрасил мои щеки в розовый цвет, и Роджерс нежно улыбнулся. Его глаза жадно изучали мое тело, руки потянулись к талии. Он осторожно обнял меня, притягивая к себе. Я положила свои руки ему на плечи и посмотрела на него сверху-вниз.

Никаких сомнений.

Никаких вопросов.

Устроившись у него на коленях, я примкнула своими губами к его. Потерявшись в глубоком чувственном поцелуе, я ощущала естественность во всем, что сейчас происходило. Словно так и должно быть.

Руки Роджерса скользили по моей обнаженной спине, заставляя меня дрожать от удовольствия. Я знала, что дальше будет еще лучше, и мне хотелось как можно скорее почувствовать это.

— У тебя есть презервативы? — спросила я, на секунду прервав поцелуй.

— Они в моей комнате, — пробормотал Зак. — Пойдем туда. Бильярдый стол не самое лучшее место для занятия сексом, но мы непременно проверим его на прочность в следующий раз.

Мы.

Наверно, он оговорился… Или действительно считал, что будет второй раз?

Я не хотела загадывать на будущее. Есть сегодня, есть сейчас, и пока что этого достаточно.

— Тогда чего мы ждем? — спросила я.

Зак улыбнулся и, держа меня на руках, спрыгнул со стола.

Он направился к выходу из игровой комнаты.

— Я могу дойти сама, — хихикнула я, прижимаясь к нему, боясь того, что Зак уронит меня.

Словно прочитав мои мысли, он крепче обнял меня.

— Ты легкая, мне не тяжело, — заверил Роджерс.

— А как же одежда? — спросила я, взглянув ему за спину.