Джанет Дейли - Столичные каникулы

И, глядя на нее, на ее веселые сияющие глаза, на ее улыбку, Такер понял, что она права. Он безнадежен – он безнадежно в нее влюбился. Может, любовь была безответная, но он не думал об этом.

Сейчас время было на его стороне – он точно знал, что Джоселин Уэйкфилд не уедет в Айову.

ГЛАВА 13

На парковке Джоселин с умилением наблюдала за Такером, который снова проделал свой нелепый ритуал в поисках ключей по карманам. И с удивлением обнаружила, что ей хорошо в его компании!

Разум подсказывал Джоселин, что ей ни за что нельзя ехать с ним. Но после того как она убежала из его квартиры, жизнь показалась ей пустой и кучной.

И хуже всего то, что она была уверена, это было как раз то, чего она хотела, – просто гулять по городу, сама по себе. Целый час она пыталась убедить себя, что наслаждается каждой минутой тогда, как это было далеко от правды.

Наконец, ключи были обнаружены.

– Нашел. – Такер потряс связкой.

– Хорошо. Следующий вопрос – где ваша машина?

На парковке не было свободных мест, и несколько машин кружили вокруг, пытаясь припарковаться.

– О, это легко, – ответил Такер и указал рукой. – Вон та машина с енотовым хвостиком на антенне.

Хвостик возвышался над крышами машин, и Джоселин сразу же его заметила.

– Надеюсь, он искусственный?

– Конечно. – Такер искоса на нее посмотрел. – Вы же не думаете, что я хочу обрушить на себя гнев борцов за права животных?

– Не хотела бы так думать, – улыбнулась Джоселин. – Вы случайно не фанат Дэвида Крокета?

– Я – нет. Моя мама – да, – улыбнулся он. – Этот хвостик от ее старой енотовой шапки. Она отдала мне его, когда я начал учиться в колледже.

Джоселин не знала, верить ему или нет.

– Странный подарок сыну. Он, наверно, должен приносить удачу или что-то в этом роде?

– «Что-то в этом роде», – подтвердил Такер, смеясь. – Мама волновалась, что я забуду, где припарковал машину, и не смогу ее найти. Должен заметить, этот енотовый хвостик не раз спасал мои туфли от износа. И все еще спасает.

– Не могу поверить. – Джоселин остановилась с открытым ртом. Ее изумлению не было предела, когда она увидела этот насекомоподобный автомобиль с болтающимся на антенне отростком. Затем она перевела удивленный взгляд на высокого долговязого мужчину. – Но это же смешно! Вы ездите на «Фольксвагене»?

– Ага. – Он нагнулся, чтобы открыть для нее дверцу.

– Как же вы в него вмещаетесь? – Она уставилась на ковшеобразные сиденья и тесный интерьер.

– Это все дело практики.

Джоселин медленно подошла к ярко-красной машине:

– Неужели такие игрушки снова выпускают?..

– Уже нет, это вовсе не новая продвинутая модель.

Джоселин остановилась, держась рукой за крышу и поставив одну ногу в салон.

– Вы хотите сказать… что… – Она старалась подобрать слово.

Такер ей подсказал:

– Да, это одна из эксклюзивных моделей. Осторожнее, не ударьтесь головой о крышу.

Джоселин воспользовалась его мудрым советом и осторожно залезла внутрь. Это оказалось не так сложно, как она думала. Такер дождался, пока она окажется внутри, захлопнул дверцу и направился к водительскому месту.

– Какого года эта машина? – спросила Джоселин, когда он уселся.

– Шестьдесят третьего. – Такер похлопал панель, потом что-то пробурчал себе под нос и выжал сцепление.

– Удивительно, что она все еще ездит, – восхитилась Джоселин, когда после первого поворота ключа мотор загудел и закашлял.

– Я вам больше скажу – Бетси не только выглядит как модель, но еще и первоклассно ездит!

– Бетси?

– Да, я ее так называю.

– Бетси. Это из песни «Небеса для Бетси»? – предположила Джоселин.

– Вы угадали. – И Такер от души засмеялся таким заразительным смехом, что Джоселин не могла не засмеяться с ним вместе. Ей было до странности приятно оттого, что она так точно угадала.

– И как долго у вас Бетси? – спросила она, когда он стал выезжать с парковки задним ходом.

– С седьмого класса. Я купил ее у старика, который жил недалеко от нас. Она уже тогда была не новой.

– Я так понимаю, Бетси ваша первая машина?

Такер утвердительно кивнул головой:

– Я – верный.

– Или же очень экономный, – подшутила Джоселин.

– А я и не отрицаю, что Бетси очень экономичная в содержании машина. И очень юркая, как насекомое! – Он улыбнулся, когда Джоселин рассмеялась над этим сравнением. – Кроме того, ей не требуется капитального ремонта. Что очень хорошо для машины, которая уже почти стала классикой. Но это вовсе не означает, что у Бетси нет недостатков.

– Например?

– Во-первых, в ней очень сложно заниматься любовью с девушкой на заднем сиденье. Особенно для меня. Однажды я туда сел – и для девушки совсем не осталось места. – Он пропустил несколько машин и вырулил на трассу.

Джоселин захохотала:

– Это разговор о стеснениях в вашей социальной жизни.

Нахмурившись, Такер слегка ее упрекнул:

– Ну, и кто из нас теперь отпускает злые шутки?

– Как говорится, с кем поведешься… – заключила Джоселин, удивившись легкости их общения. Но внезапно помрачнела: – Подождите. Не хотите ли вы сказать, что вы приехали на ней из Канзаса?

– У меня не было другого выхода, – ответил он. – За мной же не могли выслать самолет с местом для нее. А везти Бетси в грузовой машине слишком дорого.

– Потрясающе!

– На самом деле дорога заняла у меня не так много времени, как вы можете подумать. – Он искоса взглянул на Джоселин. – С попутным ветром Бетси может ехать очень быстро. – И как будто в доказательство маленькая машина молнией промчалась по улице. – Но в Вашингтоне скорость не так важна, как надежность, – добавил Такер.

– И Бетси, без сомнений, отвечает всем требованиям надежности? – заметила с иронией Джоселин.

– Нельзя сказать, что у нее нет плохих сторон, – проговорил Такер с подчеркнутой медлительностью. – На морозе ее очень сложно завести. Но, я ее в этом не обвиняю. Когда холодно, я и сам с трудом завожусь.

– Как и все мы. – Джоселин откинулась назад и попыталась расслабиться и наслаждаться жизнью. Но это оказалось сложно сделать, поскольку она не могла не смотреть на Такера. Ее словно притягивали к себе четкие, угловатые линии его профиля. Ей нравились его грубые мужские черты, такие естественные, открытые, сильные.

– Нам с Бетси нравятся объездные дороги, – объяснил Такер. – Мы не любим автострады и скоростные трассы.

Джоселин могла бы с ним согласиться, но это снова привело бы их к разговору о женитьбе – разговору, который ей был неприятен. Может быть, потому, что ей совсем не хотелось думать о завтрашнем дне. Ей хотелось наслаждаться этим днем, этим моментом.