Лайана Камп - Голубое небо над ранчо

— Не смей сравнивать меня с ней, — с болью возразила она. — Я совсем не похожа на нее!

— Я тоже с-считал т-тебя другой, — глумливо фыркнул он. — Но ты ведь док-тор-ша из большого города! И вернешься туда к кра-си-вой жиз-ни. И к Джонатану, ч-черт бы его побрал!

— Ты несешь ерунду!

— Нет! К сожалению я… прав! — совсем запечалился он. — Но мне на-пле-вать! Все р-равно я тебя поцелую.

— Не…

Сжав в своих огромных ладонях ее лицо, Гари потянулся к ней губами и прервал ее возражения горячим, жадным поцелуем. При первом же прикосновении его губ Крис замерла и с силой сжала зубы. Какой негодяй! Сперва сравнивает меня со своей бывшей женой и тут же целует так, словно жить без меня не может.

С глазами, затуманенными слезами, она стояла совершенно неподвижно, не оказывая ему сопротивления, убеждая себя, что вполне может устоять перед ним. Просто должна. Но тут он поднял голову и с упреком посмотрел на нее.

— Раздвинь губы, м-милая. Позволь мне поцеловать тебя как с-следует…

— Нет, я не хочу…

Он не стал слушать ее, а с жадностью охватил ее губы своим ртом. Его язык проник между ее губами и стал поддразнивать и искушать ее, не позволяя ей оставаться бесстрастной. Еле слышно поскуливая, Крис вцепилась в него, стараясь сохранить безразличие, но не тут-то было. При первых же движениях его языка она почувствовала себя совершенно беспомощной и через секунду совершенно забыла о здравом смысле, забыла обо всем, кроме его приникшего к ней мускулистого горячего тела, от соприкосновения с которым у нее сразу ослабели колени и закипела кровь.

Ее руки, не подчиняясь указаниям разума, стали лихорадочно гладить его плечи и спину через мягкую хлопчатобумажную ткань рубашки. Она с восхищением ощупывала его стальную грудь, мощные мускулы его рук. Какая силища, завороженно подумала она. Она постоянно забывает, пока не прикоснется к нему, какой он сильный. Худощавый, но крепкий, он обладает удивительной способностью дать ей почувствовать то, о чем она даже и не подозревала, — ощущение своей хрупкости, женственности и одновременно защищенности. И это ощущение было на удивление приятным.

Наслаждаясь его объятиями, Крис совершенно забыла, что он пьян. Неожиданно Гари покачнулся, и они оба едва не упали.

— Я д-должен… сесть.

Гари судорожно глотнул воздух и повернулся в сторону дивана, стоявшего в пяти шагах от него.

С гулко бьющимся сердцем Крис обняла его за пояс.

— Давай, я тебе помогу. Еще шаг, еще один…

Он почти уже подошел к дивану, но тут его колени подогнулись, и он стал падать. Краешком своего затуманенного алкоголем сознания он услышал испуганный вскрик Крис, пытавшейся поддержать его, — но где ей было совладать с таким богатырем! Гари вдруг почувствовал, как диван поднялся ему навстречу, и в следующее мгновение уже плюхнулся на него. Застонав, он зарылся лицом в плюшевую диванную подушку и обнаружил, что его веки отяжелели настолько, что он уже не в силах поднять их.

— Дай мне ми-нутку, — невнятно пробормотал он. — Я д-должен передохнуть… Глаза…

Все еще возбужденная, Крис уставилась на его распростертую на диване фигуру с искренним недоумением. Неужели он способен вот так запросто заснуть после того, как зацеловал ее почти до беспамятства?

Но он-таки заснул. Сразу став беззащитным и слабым, он неподвижно лежал перед ней, медленно и мирно дыша.

Смахнув внезапно навернувшиеся слезы, Крис встряхнула его за плечо.

— Проснись, Гари! Ты не должен оставаться здесь на ночь. Слышишь меня? Иди домой!..

Внезапно зазвонил телефон, и Крис со страхом уставилась на него. Просто невероятно! Что вообще происходит сегодня ночью? Уже третий час ночи, а ее дом превратился в отделение «скорой помощи»! Никто, что ли, уже не спит по ночам?

Крис порывисто схватила трубку и коротко бросила:

— Макговерн слушает.

— Доктор Макговерн? Слава Богу, — выдохнул в ее ухо незнакомый мужской голос. — Пожалуйста, помогите! Моей жене нужна помощь. Я просто не знаю, что делать, и нам не доехать вовремя до больницы…

Звонивший говорил как безумный, глотая слова. Крис едва понимала его. Забыв о Гари, она требовательно сказала:

— Успокойтесь, мистер…

— Гонсалес, — подсказал тот дрожащим голосом. — Антонио Гонсалес. Извините, доктор. Вы меня не знаете. Я работаю на «Двух У». Моя жена…

— Да, слушаю, что с вашей женой?

Она почти явственно почувствовала, как мужчина пытается взять себя в руки.

— Роды. Амалия знала, но ничего мне не говорила. Ее весь вечер мучали боли, но она думала, что они пройдут. Но сейчас схватки возникают каждые две минуты, а больница слишком далеко, и мне не оставалось ничего, как позвонить вам. Пожалуйста, доктор! Вы должны приехать!

Крис побледнела. Еще один ребенок готов появиться на свет, и его родители надеются, что она спасет его. «Нет! — хотела она крикнуть. — Я не могу! Я боюсь! Смерть ребенка Пегги едва не убила меня. Если погибнет еще один…»

Крис попыталась отделаться от этой мысли, не желая даже думать о том, что может произойти.

— А что врач вашей жены, мистер Гонсалес? — взволнованно спросила она, судорожно сжимая телефонную трубку. — Вы звонили ему?

— Он считал, что нам ждать еще пару недель, и уехал в Нью-Йорк на конференцию. А его партнер из Амарилло не успеет добраться сюда. Пожалуйста, доктор Макговерн, приезжайте!

Нет! Я не могу пойти на такой риск. Но как отвернуться от того, кто так нуждается в ней?

— Скажите, как доехать до вашего дома, мистер, — медленно произнесла Крис. — Я постараюсь приехать побыстрей.

Это была самая долгая ночь в жизни Крис. Прожить ее она смогла, только отключив все свои эмоции. Однако напряжение не оставляло ее, а нервы были натянуты, как струны на теннисной ракетке. В пять утра громкий крик возвестил о появлении на свет Долорес Гонсалес, и ее мать вздохнула с облегчением, а отец пролил слезы радости. Девочка оказалась здоровенькой, но Крис никак не отпускала тревога, что стоит ей потерять бдительность, как случится нечто ужасное. После того как мать и ребенок были вымыты, Крис поехала с ними и отцом в больницу в Амарилло, где мать и дитя внимательно осмотрели и признали полностью здоровыми.

Крис выслушала сердечную благодарность родителей с вымученной улыбкой. Усталая доне́льзя, Крис боялась потерять над собой контроль, если расслабится хоть на минуточку и разделит их радость. Она пожелала счастья родителям и здоровья девочке и поспешила вон из больницы — впереди ее ждало долгое возвращение. К тому времени, когда она после стольких часов отсутствия поднялась наконец на свое крыльцо, заря уже расцветила горизонт, но утомление не дало ей насладиться этим зрелищем.