Джастин Валенти - Протеже

– Мэм, я подумал, что вам захочется чего-то необычного в свой день рождения!

Диана не отрывала глаз от бугров мускулов, игравших под гладкой кожей, пока Люк снимал джинсы. Под ними была набедренная повязка – узкий лоскуток ткани, державшийся на резинке. Черт побери, если Люк никогда и не работал раньше в мужском стриптизе, то отлично знал, что к чему. Во всяком случае, на Диану его представление подействовало безотказно: в своей повязке, шляпе и сапогах Люк казался одновременно и знакомым, и чужим, и при этом невероятно сексуальным.

Он проделал еще несколько па, а затем повернулся спиной, позволяя ей полюбоваться своими голыми ягодицами. Потом посмотрел на нее: лукавая улыбка искушала Диану и манила проверить, что же кроется под тонкой тканью повязки. Шагнув вперед, она провела кончиками пальцев по широким плечам, груди, плоскому мускулистому животу, но не успела дойти до бедер – Люк игриво отскочил.

Скинув халат, Диана осталась совершенно нагой, подошла к Люку сзади и потерлась грудями о его спину. Он чуть подался вперед и застыл. И снова она пощекотала ему спину напряженными, твердыми сосками.

Так они постепенно двигались из гостиной в спальню. Наконец Диана не выдержала и толкнула его на кровать. Стетсон свалился на пол. Заставив Люка перевернуться на спину, Диана встала на колени и сняла с него сапоги, все так же касаясь грудями его бедер.

По тому, как топорщилась набедренная повязка, было очевидно, что он давно готов.

– Ну-с, мэм, вы уже получили мою поздравительную телеграмму, но если вам этого мало…

– Мало, очень мало, – шептала она, стаскивая с него повязку.

Люк играл роль нерешительного незнакомца, а Диана – опытной соблазнительницы, сходившей с ума от страсти. Все получилось великолепно.

После этого Люк принес бутылку шампанского и два бокала.

Диана сияла от счастья.

– Откуда ты узнал, что у меня день рождения?

– Ну, мэм, у меня есть свои источники… – многозначительно усмехнулся он.

Диана так и заснула у него в объятиях, переполненная любовью.

Утром она проснулась, окруженная грудой свертков в нарядной упаковке. Чувствуя, что вот-вот расплачется от восторга, Диана разглядывала все это великолепие.

Люк принес кофе и круассаны.

– Не хочешь все это открыть?

– Они такие красивые – жалко портить, – смущенно пробормотала Диана со счастливой улыбкой.

Они начали разворачивать подарки вместе. Это были шотландские кашемировые свитера от Бенделя – не меньше дюжины, всевозможных фасонов и чудесных расцветок.

– Ты говорила, что хочешь купить новый кашемировый свитер, – пояснил Люк. – Продавщица показывала мне один за другим, и я купил все, потому что все они будут тебе к лицу!

– Люк, как я тебя люблю! – Диана поцеловала его.

Но оказалось, что это еще не все. Он подал ей маленькую изящную коробочку от Картье. Диана открыла ее, обмирая от волнения, и чуть не ослепла от яркого блеска.

Это сверкали два бриллианта в чудесных серьгах. Ах, с какой гордостью она будет их носить!

В офисе ее ждал огромный букет роз от Люка, а на столе подарки от Хилари (кофейная чашка из тончайшего фарфора), от Ники (французское мыло) и от Молли (широкий декоративный ремень из кожи с бронзой).

– Совсем как в детстве! – радостно воскликнула Диана, благодаря всех. – Я не получала так много подарков с шестнадцати лет!

Она тут же надела ремень поверх кашемирового свитера – это смотрелось прекрасно.

Внезапно из Лос-Анджелеса позвонил Мэтью. Компания отказалась от дальнейших съемок сериала «Армия Флэнэгана», что означало свободное окно с восьми часов по четвергам. «Континентал» согласен предоставить это время «Пэту Уинстону».

– Спасибо, Мэтью, я так вам благодарна! – Диана была в восторге. – Да, ленч на следующей неделе. Чудесно!

Опустив трубку, она поспешила поделиться с Молли замечательной новостью.

– А кроме того, они дали согласие на съемку еще девяти серий – значит, у нас получается полный сезон!

– Отлично! – Подруги на радостях обнялись. – Пора устроить перерыв на ленч! – продолжала Молли. – Долго рассиживаться нет времени, но это обязательно надо обмыть!

Они отправились в небольшой французский ресторан и то и дело улыбались друг другу, сидя за бутылкой вина.

– Я даже не смела на такое надеяться, хотя наше шоу в десять раз лучше «Флэнэгана».

– Ну а я надеялась, Молли, и всегда верила в нас! А кроме того, на нас сработала программа в целом. Мэтью ничего не говорил, но, по-моему, они опасаются за успех «Коварных волн», которые начинаются в восемь тридцать. По словам Жюль, эта мыльная опера – любимое детище самого Фила Бэннона. И если перед ней пустят «Пэта Уинстона», у нее появится лишний шанс выжить. Да, Мэтью сделал отличный подарок ко дню рождения! Мне не терпится похвастаться Люку!

Диана сообщила ему обо всем в тот же вечер, за ужином в шикарном ресторане «Окно в мир», на верхнем этаже Центра международной торговли. Люк зажмурился и сказал:

– Спасибо тебе, Боже! И тебе, любимая!

Диана чувствовала себя на седьмом небе. Вот она, минута, ради которой стоило жить, – пик блестящей карьеры и страстной любви, вместе воплотившихся в этом неповторимом человеке. Да, любая женщина позавидовала бы ее счастью.

После обеда Люк пригласил Диану потанцевать. Как только они вошли в зал, джазовое трио заиграло вариации на тему «Дня рождения» – и Диана знала, что эту музыку заказал для нее Люк.

– Люк, я так тебя люблю! – шептала она, держа его за руки и купаясь в любящем взгляде лучистых глаз.

Вскоре джазистов сменил другой ансамбль, и счастливая пара танцевала под негромкую медленную музыку до самого закрытия ресторана.

На улице их поджидал лимузин, но они, не дождавшись, пока их доставят домой, занялись любовью в машине под прикрытием темноты и матового стекла, отделявшего от них водителя.

Итак, Диана считала свое двадцатидевятилетие самым счастливым днем в жизни.

Глава 13

– Фил, ах, Фил, как я рада тебя видеть! – восклицала Джемма Лопес, обнимая Фила Бэннона за шею. Он прилетел в Нью-Йорк по случаю рождественского приема, который «Континентал» устроил для авторов и съемочной группы «Пэта Уинстона» в своем роскошном банкетном зале.

Мэтью, не выпуская из рук бокал с шотландским виски, мечтал убраться отсюда как можно дальше. Возбужденный грудной смех Джеммы навязчиво звучал в ушах, перекрывая гомон толпы.

Фил Бэннон, высокий, статный и невероятно импозантный в роскошном костюме-тройке и с сигарой во рту, привез с собой целую свору деятелей из Голливуда, чтобы оказать почести главным гостям: Люку, Джемме, Диане, Молли, режиссерам, художникам по костюмам и сцене, а также трем детям, занятым в шоу. Дети явно перевозбудились, и перепуганные родители ходили за ними по пятам, опасаясь, как бы их отпрыски не услышали чего-то лишнего и не перебили посуду.