Анна Диллон - Последствия

— Мне сорок два, Джимми, ты это прекрасно знаешь. Мне дан еще один шанс начать жизнь заново и прожить ее с женщиной, которая меня любит. Нужно быть сумасшедшим, чтобы отказаться от этого.

— Кейти любит тебя. Любит настолько сильно, что продолжает за тебя бороться. Если бы все было иначе, она бы не стала возражать против твоего ухода к Стефани: она бы легко тебя отпустила.

Роберт прислонился лбом к прохладному стеклу; да, он об этом знал. Даже тогда, когда строил планы своей новой жизни, в глубине сознания билась мысль, что Кейти любит его.

— Надеюсь, ты еще никому из них не говорил о своих планах?

— Еще нет. Стефани… Стефани после той встречи исчезла. Я чуть не сошел с ума, пытаясь ее разыскать. Несмотря на то, что было уже далеко за полночь, я поехал к ней домой. Там ее не оказалось, но сегодня утром она мне позвонила из Америки — она у родителей на Лонг-Айленде.

— Я думал, что она останется на Рождество в Ирландии.

— Так оно и должно было быть, пока Кейти не позвонила в дверь ее дома и не состоялась наша встреча втроем. Потом, когда мы с Кейти ушли, она решила, что не хочет оставаться одна на Рождество. Ей удалось купить билет и улететь в Штаты.

— Находчивая девушка. Думаю, сделать это было нелегко. — Джимми заворочался на кровати. — Знаешь, стоит Кейти еще хотя бы раз заподозрить тебя в том, что ты проявляешь интерес к Стефани, она тебя бросит и больше никогда не захочет иметь с тобой дело.

— Я это знаю.

— Так вот, прежде чем ты начнешь предпринимать решительные меры, тебе необходимо быть очень уверенным в своих чувствах, и, что не менее важно, ты должен быть уверен, — ни капли сомнения — в чувствах Стефани. Но принимать решение сейчас я тебе не советую. Эмоционально ты не в своей тарелке: твоя связь раскрыта, сейчас Рождество, твое беспокойство о Стефани… а тут еще я внес дополнительные проблемы в и без того непростую ситуацию. Прошу тебя, очень прошу: не принимай сейчас никаких решений. Дай себе немного времени, подожди, пока все уляжется.

— Понимаешь, возникла еще одна проблема… — Роберт через плечо посмотрел на Джимми. Даже в полутьме было заметно, как блестят его глаза. — Стефани думает, что она беременна.

— Господи! И после этого ты осмеливаешься заявлять, что моя жизнь — сплошной хаос!

Роберт отошел от окна и стал ходить взад и вперед по маленькой палате.

— Сегодня мне позвонила Стефани… — Неожиданно пришедшая в голову мысль заставила его замолчать. — Могу я попросить тебя об одолжении?

— Конечно.

— Если ты будешь разговаривать с Кейти и она спросит, звонил ли ты мне сегодня днем, не мог бы ты сказать «да»? Когда звонила Стефани, я ей сказал, что это ты.

— Хорошо, — медленно проговорил Джимми.

— Стефани возвращается домой. Она хочет поговорить со мной о ребенке.

— В каком смысле? — голос Джимми звучал измученно.

— Я не знаю. Я не думаю, что она хочет ребенка. Сейчас, пока у нее еще маленький срок беременности, мы могли бы поехать в Лондон.

— Сядь, ради бога, сядь. У меня закружилась голова от твоих метаний по палате. — Роберт вернулся назад и сел на стул у кровати. Джимми сразу же схватил его за руку. — Послушай меня сейчас. Я ведь не давал тебе плохих советов раньше, разве не так?

— Никогда.

— Расскажи Кейти о ребенке.

— Рассказать Кейти!

— Я не рассказал Анжеле о беременности Френсис. Это было самой большой ошибкой, которую я когда-либо допускал в своей жизни. Она могла простить мне все что угодно, но только не это. Расскажи Кейти. Она должна об этом знать.

— Я не могу. — Он не мог себе позволить даже думать об этом.

— Если ты не расскажешь ей об этом сам и все каким-нибудь образом выйдет наружу, — а это обязательно случится, — тогда тебе конец.

— Но, Джимми, я хочу от нее уйти.

— Что? Почему?

— Потому что… — начал Роберт.

— Она еще любит тебя? — прервал его Джимми.

— Да, да! Она сказала, что любит.

— Скажи, она пошла к Стефани, чтобы бороться за тебя?

— Да.

— Скажи, она предложила тебе вернуться назад?

— Да.

— Тогда не будь дураком. У тебя просто играют гормоны. Ты хочешь уйти от женщины, которая любит тебя, с которой ты прожил восемнадцать лет; потерять компанию, на создание которой у тебя ушло такое же количество лет, потерять прекрасный дом, двух замечательных детей… И все это ради чего?

— Ради Стефани, — сказал Роберт тихо.

— Ради Стефани. Скажи мне, что Стефани когда-либо сделала для тебя, — я не имею в виду ту работу, которую она подбрасывала тебе, и, конечно, секса.

Последовало долгое молчание, прежде чем Роберт ответил.

— Понимаешь, с ней я чувствую себя совершенно другим.

— Роберт, пойми, то, как человек относится к себе, зависит только от него самого. Да, Стефани моложе Кейти, но в чем еще ее преимущество? Позволь мне поделиться с тобой своим горьким опытом: когда начинаешь жить с человеком, секс с ним довольно быстро теряет свою привлекательность. Ничто не вызывает такую страсть, как незаконные отношения. Ты мне сказал, что в настоящий момент она больше не сможет тебе помогать. А теперь представь, что будет, если вы станете супругами: эта дверь закроется для тебя навсегда. И потом, ты что, действительно хочешь переехать в один из этих маленьких домиков, в которых и повернуться негде? — Он замолчал, затем неожиданно начал кашлять: кашель, казалось, приносил ему ужасные мучения. — Если ты оставишь Кейти, — задыхаясь, с трудом произнес он, — ты потеряешь все: жену, детей, дом и, возможно, свое дело. Морин не останется с тобой: к Кейти она относится с большей симпатией, чем к тебе. Ты останешься ни с чем. Ни с чем. Поверь мне: в этом я разбираюсь, как никто другой.

Способности Джимми заводить романы ни для кого не были секретом. Роберт уже давно понял, что в своей любви к женщинам Джимми был совершенно искренен; однажды он признался Роберту, что его больше волнует процесс погони за добычей, чем обладание ею. И Роберт время от времени мысленно задавал себе один и тот же вопрос: насколько подобное отношение Джимми повлияло на его собственное отношение к вопросу супружеской измены. Он вспомнил, что в начале их романа со Стефани не испытал ни малейших угрызений совести. И это его даже удивляло.

— Прошу тебя, не говори больше ничего. Тебе нужно отдохнуть, — сказал Роберт, у которого кашель Джимми вызвал тревогу. — Я обещаю подумать обо всем, что ты мне сказал. А сейчас отдыхай.

— Дай мне воды.

Роберт налил в стакан воду и дал Джимми попить.

— Спасибо.

— Обещаю не принимать необдуманные решения. Ты о многом заставил меня подумать. Как, впрочем, и всегда, — добавил он, пытаясь улыбнуться.