Керстин Гир - Чистосердечно привирая

Мама и Филипп, казалось, начали понимать, к чему я клоню.

– Я могу с двумя старшими косить газон, – предложил Филипп. – Папе это понравится.

А мама сказала:

– Я позвоню моей подруге Уте и спрошу телефон организации, в которой они нашли свою изумительную литовскую няню. И постелю свежее бельё в нашу постель.

– Если всё удастся, я начну учить по двадцать четыре часа в сутки, – сказал Филипп. – Я серьёзно! Если Йост и Тони вернутся домой, я усядусь за учёбу и сдам экзамены лучше, чем ты, Ханна. Я клянусь.

– Это будет трудно, – отозвалась моя мать. – У Ханны был третий аттестат во всей Северной Рейн-Вестфалии. Что с тобой произошло, Ханна? Ещё вчера ты считала, что мы заслужили наши несчастья. Откуда такая внезапная перемена?

– Собственно говоря, причин две, – ответила я. – Во-первых, она его кузина, а во вторых, он меня любит.

Посеянное мною дало быстрые всходы. В 9:00 я поговорила с Йостом по телефону, в 9:15 из нашего дома исчез весь розовый кварц, ароматические палочки и прочие амулеты, в 9:20 Йост вернулся домой и сел за телефон, чтобы обзвонить все отели города и выяснить, в котором из них остановилась некая Антония Кноблох. В 9:30 мы услышали автоответчик в Юстусовой канцелярии, в 9:32 дозвонились до его шефа, а в 9:45 были уже на связи с отелем, где у Юстуса проходили курсы повышения. Юстус так разволновался у телефона, что немедленно сорвался с места и помчался домой со скоростью двести километров в час – я боялась, что он во что-нибудь врежется.

Когда в 11:30 в дверь зазвонили, я с облегчением побежала открывать. Но на пороге стоял не Юстус, а Карла.

– Ты сломала мне жизнь, – заявила она.

– Одной больше, одной меньше, роли уже не сыграет, – ответила я, пропуская её в прихожую. – Ты же любишь детей, да? Как насчёт того, чтобы одному из них поменять памперс, а я в это время покормлю другого? Или лучше наоборот?

Карла умилилась, приняв на руки Леандера.

– Ой, какой хорошенький! Это чей? Его можно усыновить? – вскричала она. Когда Леандер выпил свою бутылочку материнского молока и покакал, она снова вспомнила, что я разрушила ей жизнь.

– Я была с Алексом в постели, – сказала она. – Это была катастрофа.

Ну, возможно, я представила Алекса в несколько более выгодном свете, чем на самом деле, но настолько плох он всё же не был.

– Что он сделал не так?

– Не так? Он всё сделал так. Он был просто фантастичен! Лучший секс в моей жизни, – ответила Карла, не возвышая голоса только потому, что Леандер заснул на её плече. – Никогда ещё мне не было так хорошо с мужчиной в постели.

– Да, и… – я была несколько сбита с толку.

– «Да, и!» – передразнила Карла. – Всё потому, что ты сказала, что он слепой как крот. На его ночном столике лежали очки, я для надёжности их припрятала. Ах, Ханна, какую чудесную ночь мы провели… Мы говорили друг другу прекраснейшие слова, объяснялись в любви, и в конце концов заснули обнявшись! Я про такое раньше только читала.

– И что?.. – Я всё ещё не понимала сути дела.

– «И что?» – снова передразнила меня Карла. – А то, что сегодня утром, когда я проснулась подле него, в окно светило солнце, и я, совершенно обнажённая, потянулась в его безжалостном, неумолимом свете. И улыбнулась Алексу – так, знаешь, лениво и чувственно, как Мишель Пфайфер. Я действительно в него втрескалась. Пламенно.

– Хм, да. – У меня начало лопаться терпение.

– Ну, и Алекс улыбнулся в ответ, как Брэд Питт, ну ты знаешь, а потом он встал и сказал, что ему надо срочно в ванную.

– Послушай, Карла, что в этом такого ужасного?

– Наиужаснейшее будет прямо сейчас: он сказал, что вчера в пылу страсти забыл снять контактные линзы, и что как раз сейчас пора это сделать! – Карла заскрипела зубами. – Контактные линзы! Он всё время был в контактных линзах, и это значит, что он всё, буквально всё видел!

– Я сама в растерянности! – ответила я. – Я не знала, что Алекс носит линзы! Мне так жаль, Карла!

– Что мне теперь от этого, – сказала Карла. – Я сделала единственно правильный ход и смылась из его квартиры, пока он был в ванной. Я хотела избегнуть унижений, своих и его…

– Каких унижений? – начала спрашивать я, но тут (в 11:45) зазвонил телефон.

Это был Алекс.

– Ты разрушила мою жизнь, – сказал он.

– О, привет, тётя Фрида! – ответила я. – Мне очень жаль, что ты плохо себя чувствуешь.

– Ты познакомила меня с этой женщиной, – продолжал Алекс. – Я ведь сказал, что она испугается серьёзных отношений и разобьёт мне сердце? Я же говорил это, да?

– Да, тётя Фрида. Так что же случилось?

– Мы провели вместе прекрасную ночь, просто сумасшедшую, во всяком случае для меня, но Карла, видимо, посчитала иначе. Когда я вышел из ванной, она попросту исчезла. Не сказав ни слова, не оставив записки, ничего.

– Да, это действительно печально, тётя Фрида. Но, может быть, твой пёсик убежал, потому что испугался. Как насчёт того, чтобы прийти сюда? Мы бы смогли вместе его поискать.

– Почему ты всё время называешь меня «тётя Фрида»? Мне действительно хреново. Я отдал этой женщине своё сердце.

– Ну, может, ты его снова здесь найдёшь, тётя Фрида, – сказала я. – Ты ведь знаешь, что пару раз он сам возвращался. – Алекс наконец понял, что я хочу ему сообщить.

– Буду прямо сейчас, – сказал он.

Положив трубку, я объяснила Карле:

– У нашей тёти Фриды опять сбежал пёс. Он так делает раз в месяц, и бедная тётушка всякий раз пугается до одури.

– Хм, – сказала Карла. Она гладила Леандера по пушистой головке и выглядела ужасно печальной – вплоть до 12:01, когда в комнате появился Алекс. Она от потрясения чуть не выронила ребёнка из рук. Я забрала у неё Леандера и вышла из комнаты со словами:

– Вам двоим наверняка есть что обсудить.

В 12:30 прибыл Юстус, после чего состоялся его обильно приправленный слезами разговор с Йостом, мамой и мной. В результате разговора Юстус обещал с сегодняшнего дня намного лучше заботиться о Тони, больше не оставлять её на выходные одну и периодически вставать к детям ночью. Кроме того, он поклялся подать в суд на менеджера филиала, а если потребуется, то и на всю сеть супермаркетов. И если Тоня непременно хочет няню, то она её получит, Только бы она благополучно вернулась домой.

В 12:59 мама сказала, что хотела бы того же от Йоста. Йост наклонил голову и ответил, что подумает об этом. Под окном в саду Филипп и Генриэтта подстригали газон, а Финн тем временем спал в моей кровати. В кухне сидели Алекс и Карла с ребёнком на руках и влюблённо глядели друг другу в глаза.

В 13:45 Филипп выключил газонокосилку (было воскресенье, но он выкосил весь газон, не обращая внимания на замечания соседей) и объявил всему свету, что он собирается сдать экзамены лучше, чем я. Только бы Йост вернулся домой.