Максин Барри - Судьбы

— Гм… Н-нет. Не д-думаю.

Снова вернулось ненавистное заикание, но сэр Мортимер, который уже порядком принял на грудь, ничего не заметил. Но Себастьян слышал и все понял. Почти расталкивая плечами толпу, Уэйн выбрался на балкон и остановился у перил, дрожа и с шумом вдыхая воздух. Шел дождь. Было свежо и прохладно. Он машинально сорвал цветок с куста, растущего у каменных перил, и начал вертеть его в руках. Терраса была освещена лишь свечами, и, стоя в прохладной темноте, Уэйн начал успокаиваться.

— Черт, — произнес он страдальческим голосом.

Он-то уже решил, что все кошмары позади, что больше ему никогда не будет казаться, будто мир готов свалиться ему на голову и раздавить. С ним часто случались такие приступы после смерти Ганса, но с годами они становились все реже, а потом и вовсе прекратились. И почему именно сегодня это случилось снова?

Себастьян задержался в дверях и внимательно наблюдал.

Уэйн стоял, низко опустив голову. В его мозгу снова возникла все та же картина — бьющееся в волнах тело Ганса. Он провел рукой по глазам и ощутил прикосновение цветочных лепестков к щеке. Это была лилия, любимый цветок Ганса. Глядя на цветок, Уэйн со свистом выдохнул воздух, что хорошо расслышал стоящий в дверях Себастьян. Затем Уэйн медленно поднес цветок к пламени свечи и не сводил с него глаз, пока лепестки не почернели и не опали.

Уэйн мгновение смотрел на жалкий обгорелый стебель, и у него вырвался крик, мало напоминающий человеческий. Он быстро бросил обгорелый цветок через перила. Внезапно он почувствовал себя потерянным, ему захотелось умереть, погрузиться в забытье, которое освободило бы от боли. Он сомневался, что возможно выдерживать такую пытку и продолжать жить. Но он должен. Иного выхода у него нет.

Он повернулся и встретился взглядом со спокойными карими глазами, предлагающими ему выбор.

За тысячи миль от Лондона Кайл схватил телефонную трубку и небрежно произнес:

— Слушаю. — Голова его была забита цифрами, он просматривал финансовые документы и соображал, не имеет ли смысл открыть еще один гараж в Каролине.

— Дорогой. — Нежный голос Клариссы проник в его ухо, и дыхание сразу перехватило.

Он осторожно отложил бумаги и пересел на кровать.

— Кларисса, — тихо сказал он. — Ну как там Голливуд?

— Как и ожидалось, — немного нервно засмеялась Кларисса. — Жаль, что тебя здесь нет. Мы бы могли делать все те глупости, которые обычно делают люди. Например, ходить по тротуару с этими звездными табличками, посетить китайский театр, устроить пикник под огромным табло с названием «Голливуд»… — Голос звучал тоскливо. И испуганно.

Впервые Кайл ясно расслышал страх в ее голосе и удивился, как он не замечал этого раньше.

— Я же говорил, у меня работа, которую нельзя отложить, — честно ответил он более мягким голосом. — Я действительно не могу, Кларисса, — попытался он убедить ее, наверное уже в сотый раз. — Мне надо встретиться с менеджерами, банкирами. Я ведь хочу создать сеть гаражей. Не могу же я все бросить и мчаться за тобой в Голливуд?

Кларисса вздохнула.

— Понимаю, — сказала она грустно. На самом деле у него просто есть повод ей отказать, и он им пользуется. До того дня на озере он никогда бы не посмел. Теперь же ей нечем его держать. Он ускользает, и она ничего не может сделать. Она ведь знала, что это когда-нибудь произойдет.

Кайл тяжело вздохнул.

— Сомневаюсь, радость моя, — ласково заметил он. — Мне кажется, ты сейчас такая же, каким я когда-то был. Слепая.

Теперь Кайл мог оглянуться на все прошедшие годы и увидеть их совсем в другом свете. Он уже не считал себя беспомощной жертвой, человеком, попавшим в ловушку своих собственных сексуальных желаний. И Кларисса уже не была отменной стервой. Пауком, затянувшим его в паутину.

В Голливуде Кларисса замерла, как зверь в ожидании выстрела. Подняла взгляд и увидела в зеркале свое лицо, белое как мел. Она знала, что сейчас услышит. Кайл собрался ее бросить. Ее настиг кошмар, которого она страшилась с первого дня их знакомства. Единственный мужчина, которого она всегда любила и любит, сейчас распрощается с ней…

— Кларисса? Ты еще здесь? — резко спросил Кайл.

— Ну конечно, дорогой, куда же я денусь? — спросила она с обычным ядовитым сарказмом и услышала, как он выругался.

— Не смей!

Кларисса закрыла глаза. Пожалей меня, дорогой, молча взмолилась она, потом спохватилась. Ей нужна вся ее сила воли.

— Чего не сметь, сердце мое? — промурлыкала она.

Кайл взял телефон в руку и принялся ходить по комнате. Все зависит от того, что сейчас случится, а он не готов. С того дня на озере он знал, что этого разговора не избежать, но говорить об этом по телефону?..

— Не смей изображать стерву с юга, Кларисса, — предупредил Кайл более резким тоном, чем собирался. — Больше меня на это не купишь. Никогда. Ты меня слышишь?

Кларисса попыталась скрыть рыдания и слабо рассмеялась.

— А кто же я еще, милый? — спросила она, чувствуя, как рвется на части сердце.

— Ты можешь быть тем, чем хочешь, — услышала она голос Кайла.

Кларисса моргнула, не веря своим ушам. Она ждала чего угодно, но не этого.

— Я не… — начала она и замолчала. Ох, какое теперь это имеет значение? Все кончено, ей этого не пережить. — Кайл, — взмолилась она, — не бросай меня. Кайл, пожалуйста, — продолжала она бесстыдно умолять, заливаясь слезами. — Я умру, если ты меня бросишь.

Кайл закрыл глаза. С его плеч свалилась огромная тяжесть. Ему показалось, что пожелай, и он сможет взлететь.

— Я знаю, — тихо сказал он. — Я знаю.

Он вернулся к кровати и сел, опустив голову.

— Ох, Кларри, — прошептал он. — Столько лет потеряно зря…

Кларисса перевела дыхание. Он не говорит «прощай». Невероятно, но не говорит. Или затеял свою игру? Захотелось отомстить?

— Не понимаю, — наконец сказала она.

Кайл резко рассмеялся.

— Мы оба не понимали, — мрачно произнес он. — В этом вся проблема. Мы играли в игру, сами установили правила, и едва не уничтожили самих себя. Но игре конец. Ты любишь меня, я люблю тебя. И нам следует что-то предпринять, — закончил он.

Кларисса не верила своим ушам. Ей так давно хотелось услышать эти слова, поэтому она решила, что они возникли в ее помутившемся мозгу. Она проглотила комок в горле.

— Ты меня любишь? — тупо спросила она.

— Да, — почти сердито подтвердил Кайл. — И я знаю, что ты тоже меня любишь, так что не пытайся отрицать, — предупредил он, выпрямляясь и поднимая голову. — И если ты не уйдешь от мужа, не разведешься с ним и не выйдешь за меня замуж, между нами все кончено…