Кристин Волкер - Учебный брак

Лицо Тодда погрустнело.

— Три месяца я пыталась дать вам, дети, представление о той зоне военных действий, с которой вам придется столкнуться лицом к лицу в будущем. Думаете, легко встретить кого-то? Вы считаете, что они просто придут к вашей двери и будут любить вас, и все будет идеально и превратится в сказку? Ха! Как будто так когда-нибудь было. Это ужасно! Это съедает вашу душу! А здесь я пытаюсь помочь, чтобы вам не пришлось проходить через это, но все, что получаю в ответ, — это сарказм и шуточки. Знаете что? Черт с вами. Разбирайтесь сами.

Она встала и пошла к двери.

— Выметайтесь. Тащите свои маленькие хитрые задницы в кабинет директора. Пусть она с вами разбирается. — Она открыла дверь и стояла рядом с ней. — Я закончила.

Тодд не двигался. Я последовала его примеру.

— Вон отсюда! — взревела Мэгги Кляйн.

Мы оба подпрыгнули и выскочили за дверь. Она захлопнула ее за нами, и звук эхом разнесся по пустому коридору.

— Ну, ладно, — сказал Тодд.

— Она просто выкинула нас из программы брачного обучения? — спросила я.

— Похоже на то. Ну вот, можно попрощаться с этими деньгами.

— К черту деньги. Означает ли это также, что мы не выпустимся из школы?

Тодд игриво ударил меня по руке.

— Слушай, Мэгги Кляйн не сможет не дать нам выпуститься. Она всего лишь школьный консультант. И в любом случае, мы не сделали ничего плохого. Мы заполнили наш бюджет. Мы ходили на консультации. Мы занимались совместной деятельностью. Ты вела свой идиотский дневник, верно?

Я утвердительно кивнула. Тодд сказал:

— Тогда она не сможет нас тронуть. — Он схватил меня за рукав и потащил. — Пошли.

Он повел меня через холл к офису администрации.

Администратор, миссис ДелНеро, женщина шестидесяти с хвостиком лет со страстью к свитерам и жилетам с аппликацией и купанию в духах Jean Nate[33], долбила по клавиатуре. Тодд перегнулся через стойку и пропел:

— Здравствуйте. Нам нужно увидеться с директором Миллер.

— Тебе что-то нужно, дорогой?

Снаружи завизжал один из мегафонов.

Миссис ДелНеро подскочила и опрокинула стакан с разноцветными ручками.

— Не то чтобы, — сказал он. В его голосе не слышалось никаких признаков того, что это срочно. — Мэгги Кляйн предложила нам прийти к ней.

Она подняла телефонную трубку и сказала:

— Я узнаю, есть ли у нее минутка для вас.

Пухлым пальцем она нажала на три кнопки и произнесла в трубку:

— Директор Миллер? Двое учеников из старшего класса хотят поговорить с вами. — Она сделала паузу, а затем повесила трубку. — Входи, дорогуша. — Она подмигнула Тодду.

Судя по всему, я превратилась в невидимку. Тодд произвел эффект.

Мы прошли через кабинет секретаря в кабинет директора Миллер. Она сидела за столом, беспорядочно покрытым рабочими бумагами. Плакаты митингующих и скандирующие демонстранты из РПОБО с регулярными интервалами проходили мимо окна, но она не подавала знака, что замечает их.

— Мисс Шиан, мистер Хардинг. Доброе утро. Присаживайтесь.

Мы опустились на два оранжевых стула, стоящих перед ней.

— Мне только что позвонила мисс Кляйн.

Она позволила этому высказыванию повисеть в воздухе несколько секунд. Типичный директорский прием.

— Вы двое, кажется, ее слегка расстроили. Объясните.

Я позволила Тодду говорить. Очаровательные пожилые женщины — это определенно его ведомство. Даже его богом данный талант и сильная сторона. Пусть воспользуется им.

— Это было огромное недоразумение, директор Миллер, поверьте мне, — промурлыкал он. Она не показывала признаков послабления. Тодд наклонился вперед. — Все, что мы сделали, это слегка перешли границы в рамках бюджета учебного брака. Мы не нарушали никаких правил. Но, кажется, Мэг… эмм… мисс Кляйн не волновал наш выбор. Я надеюсь, вы сможете посмотреть на это с нашей точки зрения.

Директор Миллер откинулась в кресле и скрестила руки. Она не купилась ни на что из этого. Она бросила на нас прожигающий взгляд поверх красной оправы очков.

— Из того, что я видела в последние несколько месяцев, ваша «точка зрения» — не более чем враждебность и разрушительность. Но я стояла в стороне и позволила вам двоим разобраться с этим.

— И мы разобрались, — выпалила я. — Посмотрите на нас. Мы сидим здесь вместе, находясь по одну сторону баррикад.

— Я вижу это. Однако мисс Кляйн считает, что вы сделали посмешище из курса в целом и ее работы в частности. Но не спешите поздравлять себя, потому что вы не единственные. Некоторые из ваших одноклассников показали такую же несерьезность, как вы двое.

— Но мы подошли к этому серьезно! — доказывала я. — Мы делали все, что вы попросили. Мы выполняли задания. Мы ходили на консультации. Помешать нам окончить школу из-за того, что сделал кто-то другой, нечестно.

Директор наклонилась над своим столом и сплела пальцы. Она изучила сначала одного из нас, затем другого. Назад и вперед, словно львица, сканирующая саванну в поисках добычи.

— Нет, это нечестно. Не так ли? — прорычала она. — Нечестно тратить так много времени, работая над чем-то, чтобы чье-то суждение, плохой выбор, одна ошибка — все это уничтожило.

Мы с Тоддом посильнее вжались в стулья. Я попыталась понять, о чем конкретно говорит директор Миллер. Был ли это Тодд, я и другие студенты курса? Было ли это предательство и разочарование, которое она чувствовала в собственном браке? Была ли это карьера Мэгги Кляйн в качестве консультанта?

— Директор Миллер, — сказал Тодд мертвецки серьезным голосом, абсолютно лишенным сиропа, — Фиона не виновата. Она не знала о последнем бюджете. Я сделал его сам. Она не имеет с ним ничего общего. Она должна выпуститься.

Директор Миллер взяла его на прицел и выпалила:

— Я буду решать, кто выпустится, а кто нет.

Я не могла поверить, что это та самая женщина, которая могла танцевать грязные танцы с мистером Эвансом на глазах у всех учащихся. Женщина передо мной и Тоддом была как камень. Непроницаемая. Неуязвимая.

— Пожалуйста, — сказал Тодд, — если я не окончу школу — ладно. Но позвольте Фионе.

Она вздохнула и снова откинулась в своем кресле. Ее лицо стало чуть мягче. Я надеялась, что Тодду удалось пробить трещины толщиной с волос в ее экзоскелете. Но я волновалась, что она собирается согласиться на сделку, а я не могла позволить этому случиться.

— Подождите, — сказала я. — Тодд не виноват. Это я все начала. Я дразнила его. Провоцировала его. Я создала трудности для Мэгги Кляйн. Тодд больше заслуживает окончить школу, чем я.

Директор Миллер вздохнула, и ее лицо медленно просияло, словно солнце взошло. На самом деле, к тому времени, как она, наконец, заговорила, у нее было такое выражение лица, что я могла бы сказать ей, что собираюсь стать монахиней и посвятить свою жизнь молитве и безбрачию, и ее выражение лица не стало бы выражать большее удивление.