Катя Риз - Почти любовь, почти падение (СИ)

   - У меня ведь не галлюцинации, - фыркнула она, когда Юлиана с Катей от них отошли. - Это на самом деле была Пушкарёва?

   Андрей бокал с виски к губам поднёс, правда не сразу сумел зубы разжать, казалось, разожмёт и сразу последнюю выдержку потеряет. Сделал большой глоток.

   - Да уж, Юлиана умеет творить чудеса, - тихо поддакнула ей Маргарита, а Пал Олегыч непонимающе на них посмотрел.

   - А в чём дело?

   - В чём, Паша? Я бы эту девушку не узнала, если бы встретила на улице. Она изменилась, скажешь, нет?

   Жданов-старший плечами пожал.

   - Это не наше дело. Катя девушка молодая, она многое может себе позволить.

   - Конечно, Пал Олегыч, вы не удивлены, вы ведь встречались с ней все эти месяцы, а мы имеем право... поразиться.

   - У людей бывает много разных причин выглядеть так или иначе. Значит, сейчас у Кати всё в порядке.

   - Ещё бы, положив себе в карман "Зималетто", что не выглядеть?

   Пал Олегыч сурово поджал губы.

   - Кира, я бы тебя попросил не говорить об этом. Вслух. Всё это не больше, чем недоразумение. И Катя поступает очень порядочно по отношению ко всем нам.

   - Да? А раньше вы по-другому говорили, вы её подозревали.

   - Раньше я с ней не общался настолько близко.

   У Киры вырвался недовольный вздох, и она вдруг обратила внимание, что Андрей всё это время молчал. За руку его тряхнула, а та как из железа, напряжённая и неподдающаяся.

   - Андрюш, а ты что молчишь?

   - А что я должен сказать? Я рад... что у неё всё в порядке.

   - Ты рад? - не поверила Воропаева. - За Пушкарёву? Замечательно.

   Андрей на невесту посмотрел.

   - Ты хочешь предложить другой вариант развития событий? Давай.

   Кира неожиданно почувствовала смятение. Андрею в лицо посмотрела и забеспокоилась.

   - Что-то не так?

   - Всё замечательно. Чудесный вечер.

   Она его по руке погладила и примирительно шепнула:

   - Успокойся, скоро уедем.

   Вот только Андрей уже не был уверен, что хочет уезжать. Как только это стало возможным, снова Катю глазами нашёл, и руку одну в карман брюк сунул и в кулак её сжал. Он давно уже сжимал её в кулак, с тех самых пор, как заметил Катю в зале. Совершенно неожиданно для себя взглядом на неё натолкнулся, и в первые мгновения просто разглядывал, без всяких эмоций. Все перемены в ней мог слёту назвать. Возможно, и узнал бы её не сразу, если бы она так знакомо не вскинула голову, а потом волосы за ухо заправила её истинно пушкарёвским неуверенным движением. Она внешне изменилась, но при этом осталась прежней, и все её страхи и неуверенность он знал и видел. Правда, это не успокаивало. Ещё и потому, что помимо её платья, причёски, достаточно яркого вечернего макияжа, и какой-то тип рядом с ней появился. И он от неё не отходил, он её за талию обнимал и даже поцеловать попытался один раз, Андрей это прекрасно видел. Жданов даже отвернулся вначале. Отвернулся, полминуты смотрел в сторону, пытаясь унять возмущение, ворвавшееся в душу подобно взрыву, затем голову повернул, потому что ещё была надежда, что обознался, взглядом эту парочку нашёл и вот тогда уже увидел, как Катя волосы за ухо заправляет. Стало настолько противно, в один момент. Наблюдал, как этот парень губами к её виску прижимается, и Жданов снова отвернулся, уставился себе под ноги, и в тот момент больше всего на свете хотел уйти. Всё думал, что вот они и встретились, но всё совсем не так, как он предполагал, что никакого волнения, сплошная злость и возмущение. Или это не возмущение? А потом Катя к ним подошла, и он всё смотрел на неё, и ему было всё равно, как она выглядит, взглядом её сверлил, и хотелось встряхнуть её как следует, вот только прав у него никаких.

   Но Катя тоже волновалась, и они постоянно взглядами встречались, и Пушкарёва отворачивалась, выглядела смущённой, когда понимала, что Андрей её поймал. А он вот смотрел и не думал глаза отводить, ему хотелось на неё смотреть. И такое её явное волнение видеть было приятно. Просто понимать, что она из-за него волнуется, было приятно. И пусть удовольствие это было замешано на мести, непонятной и, наверное, несправедливой, но Андрей смотрел на Катю, и внутри бурлило, как ни разу после её ухода. А потом их познакомили с её ухажёром, через каких-то знакомых, которых Андрей и по именам-то не помнил, но вот они знали этого молодого человека, представили его как Михаила Борщёва, и как оказалось, он повар, ресторатор, как раз собирается ресторан в Москве открывать, а Юлиана с Катей ему помогают.

   - "Мармеладофф", - говорил Борщёв, своё детище расхваливая, таким гордым выглядел, а Андрей на Катю посмотрел, как бы говоря: "Я тебя умоляю", и даже усмешку выдал презрительную. А Катя так разозлилась, Жданов видел, как щёки вспыхнули и взглядом его обожгла. Гордо отвернулась, а Андрею рассмеяться захотелось. Взгляд спустился ниже, Андрей оценил плавный изгиб шеи, кулон в виде слезы, который покоился ровно на том месте, на котором нужно, чтобы приковывать мужские взгляды, задержался на груди, Жданов впитывал в себя Катин образ, совершенно не сравнивая то, что видел сейчас, с тем, что было раньше. Он знал и такую Катю, просто её раньше никто не видел. Кроме него. Правда, раньше у неё не было таких платьев, не было дорогих серёжек в ушках, и уверенности ей не хватало, сейчас она хотя бы изобразить её пыталась, но всё равно это была Катя, и такой только он её знал. И даже этот Борщёв, что сейчас её за талию обнимает, ничего о ней не знает. Андрей был в этом уверен. Правда, ему от этого нисколько не легче, да и легче быть не должно. Катя при последнем их разговоре чётко дала понять, что не простит. И он за эти месяцы пришёл к выводу, что это к лучшему: что он будет делать с её прощением? Но в душе сейчас творилось нечто невообразимое, и Андрею с трудом удавалось с собой справляться, не выдать своих эмоций и не оттолкнуть руку Киры, которая никак не оставляла его в покое сегодня. Кажется, у неё на самом деле планы на этот вечер.

   - Может, ты уже прекратишь на неё смотреть? - Юлиана подошла к нему, уловив момент, когда Кира всё же отошла от Андрея на целых десять шагов, и кончик зонтика Жданову в ногу упёрла.

   Жданов хмыкнул.

   - А тебя это раздражает?

   - Это её раздражает.

   - Правда? - Жданов нехорошо усмехнулся. - Тогда пусть подойдёт и скажет мне об этом.

   - Ты дождёшься, что скажет, - негромко, но очень импульсивно проговорила Виноградова. - Что тебе от неё нужно? Оставь девочку в покое.

   - Юля, ты не обижайся, но, по-моему, ты лезешь не в своё дело.

   Она резко повернулась, возмущённая его словами и тоном.