Энн Мэтер - Чувство вины

Однако стоило ей, открыв дверь, увидеть сидящую в гостиной миссис Форрест, как ее охватили дурные предчувствия. Что-то случилось, подумала она. Лаура чувствовала это. А выражение вскочившей на ноги миссис Форрест уничтожило последние сомнения.

— Что-нибудь с Джулией? — пересохшими губами спросила она, не способная придумать ничего другого. Должно быть, что-то с дочерью. Больше у нее никого нет.

— Нет… — миссис Форрест невольно шагнула к Лауре. — Вам звонили, миссис Фокс. Из этой… из Италии. Просили передать сообщение лично.

Колени Лауры подогнулись. Чтобы устоять, она потянулась к спинке кресла.

— Из… Италии? — кое-как выдавила она. — Но… я… кто?..

— Леди, миссис Фокс, — с готовностью пояснила уборщица. — Ее вроде зовут Ломбардия, так? В общем, она сказала, что вы ее знаете. Она просила вас позвонить. Сразу же.

У Лауры перехватило дыхание.

— Вы уверены?

— О да, — закивала миссис Форрест. — Она сказала «незамедлительно». Прямо вот это самое слово — «незамедлительно».

— Нет. Я хочу сказать — насчет имени? Вы уверены, что это была Ломбарда? — Лаура не отрывала глаз от миссис Форрест.

— О да, — миссис Форрест была тверда. — Это самое имя, в точности. Она и произносит его совсем как вы.

Миссис Форрест наклонилась и взяла лежавший у телефона блокнот.

— Видите, вот тут номер. Я уж постаралась, записала его в аккурат. Она сказала, прямо по нему и звонить. Вот чудеса-то, а? Чтоб можно было позвонить кому-то за столько миль.

Лаура кивала, но в мозгу ее мельтешили догадки о том, зачем матери Джейка понадобилось звонить ей. Ибо этой женщиной могла быть только София Ломбарда. Других Ломбарда женского пола Лаура не знала — кроме Люси, конечно.

Сжав губы, она постаралась придать своему липу небрежное, как она полагала, выражение.

— Что же, спасибо, миссис Форрест, — пролепетала она, бросая неловкие взгляды на телефон. — Я… э-э… я ей прямо сейчас позвоню.

— Ох… — Миссис Форрест была несколько разочарована. Она явно надеялась, что Лаура встревожится достаточно сильно, чтобы забыть о ее присутствии. — Так я, пожалуй, пойду, ладно?

Лауре удалось улыбнуться.

— Спасибо, что подождали меня, чтобы передать сообщение.

— А не хотите, чтоб я осталась? — с надеждой предложила миссис Форрест. — Вдруг новость какая дурная…

— Нет, я уверена, что все в порядке, — сказала Лаура с убежденностью, намного превосходящей ту, какую она испытывала. — Но все равно, спасибо.

Когда за миссис Форрест захлопнулась дверь, Лауре удалось немного совладать с дыханием. Но ненадолго. Зачем бы графиня ей ни звонила, она не стала бы делать этого, не будь на то важной причины. Да, но какой? Голова Лауры просто-напросто отказывалась работать.

На звонок Лауры ответила служанка, и, хотя по-английски она говорила кое-как, упоминания о графине оказалось достаточно, чтобы трубку вскоре взяла София Ломбарди.

— Лаура? — воскликнула она, и у Лауры, услышавшей облегчение в ее голосе, подогнулись колени. — Как я рада, что вы смогли мне перезвонить.

— Я… ну что вы. — Лаура опустилась на подлокотник кресла. — Э-э… чем я могу вам помочь?

— Вас не рассердил мой звонок? — озабоченно настаивала графиня. — Я понимаю, что вроде бы вмешиваюсь не в свое дело, но я просто не знаю, как быть.

— Да? — Лаура ошеломленно потрясла головой. — Право, что вы, тут и говорить не о чем.

— Вы так добры, — графиня вздохнула. — И все же я не уверена, что правильно поступила, позвонив вам.

Лаура старательно сдерживала владеющее ею нетерпение.

— Но почему? — спросила она, перебирая в уме тысячи различных причин для звонка. — Я… прошу вас… случилось что-нибудь неприятное?

— Можно и так сказать, — в голосе итальянки зазвучали горестные нотки. — Я… понимаете, тут с Джейком… С ним… несчастный случай…

— Несчастный случай!

— …и я очень боюсь, мне кажется, он не хочет поправляться.

ГЛАВА ЧЕТЫРНАДЦАТАЯ

Выйдя из аэропорта в Пизе, Лаура увидела ожидавшего ее графского шофера. Она сразу узнала его — главным образом по бросавшейся в глаза ливрее, хотя добродушное лицо и роскошные усы тоже показались ей на удивление знакомыми. Возможно, потому, что именно он отвозил ее в аэропорт из Кастелломбарди, нервно подумала Лаура. Этого уик-энда ей никогда не забыть.

— Signora, — вежливо приветствовал ее шофер, усаживая, как прежде, на заднее сиденье лимузина и укладывая одинокий чемодан в огромный багажник. — Come stal[19]

— О… — Лаура поняла, о чем он спрашивает. — Э-э… Bene[20], — неуклюже пролепетала она и с натянутой улыбкой добавила: — Grazie.

Ладно, подумала Лаура, вряд ли он ожидал, что она успела закончить курсы итальянского языка. Несколько понятных ей слов она переняла в основном у Джейка, а при теперешнем состоянии ее нервов и свой-то язык не сразу вспомнишь, что уж говорить о чужом.

Впрочем, удостоверившись, что его пассажирка не испытывает неудобств, шофер обратил все свое внимание на дорогу — ему стало не до разговоров, и Лаура смогла немного расслабиться. Вернее, попыталась.

Сутки, прошедшие со времени звонка графини, оказались ужасными. Впервые в жизни Лаура пожалела о том, что живет на северо-востоке Англии. Прошлой ночью она так и не сумела вылететь в Лондон, и хотя сегодня ей удалось сесть на первый утренний самолет, добраться до Пизы оказалось все-таки нелегко. Была суббота, приближался пик туристского сезона, все утренние рейсы были забиты. В итоге Лауре пришлось чуть ли не до вечера ждать возможности продолжить путешествие, а полет в Пизу показался ей нескончаемым.

И все же она сюда добралась, твердо сказала себе Лаура, ощущая спиной прохладу кожаной обивки. Пока они не приедут в Кастелломбарди, она ничего не сможет сделать, так что надо успокоиться и насладиться поездкой.

Чего ей никак не удавалось сделать с той самой минуты, как она позвонила графине, сухо напомнила себе Лаура. Да и как еще могла она реагировать на известие, что у Джейка что-то вроде душевного расстройства? — подивилась она. Переварить то, что рассказала ей София Ломбарди, было совсем нелегко. А сознание собственной вины в его нынешнем состоянии не давало ей покоя.

Она прижалась щекой к прохладной обивке, стараясь удержать жгучие слезы, норовившие брызнуть из глаз. Невероятно. С людьми вроде нее ничего подобного попросту не случается. Почти сорок лет она вела достаточно спокойное существование. Даже рождение Джулии было не таким уж из ряда вон выходящим событием, да и потом мучившие их проблемы были нередки и в тех семьях, где наличествовало два родителя. У нее имелись все основания для уверенности в том, что к этому и сведется вся ее жизнь. Пока в нее не ворвался Джейк Ломбарди…