Барбара Делински - Дорога к тебе

— Бывает, что и более слабые эмоции выводят людей из комы, — спокойно заметила Синди.

— Но мы же разведены, — по-прежнему обращаясь к Кэтрин, сказал Джек. — Она не должна бы ревновать.

Теперь уже Кэтрин приподняла бровь, но ничего уточнять не стала, а Джек не стал спрашивать. Ее ждали клиенты, а Джеку нужно было все обдумать.

Глава 12

Когда Кэтрин ушла, Джек еще долго сидел у постели Рэйчел. Он провел пальцем по синяку на щеке, сложил ее руки вместе, затем приложил их к своему лицу. Он думал о выкидыше, о мальчике, который мог у них быть, и о том, как тогда могла бы сложиться их жизнь. Он думал о музыке кантри и о ревности. А еще он думал о том, что никогда не представлял, что пришлось пережить Кэтрин.

— Нам кажется, что мы все знаем, — сказал он Рэйчел и вдруг понял, что и Кэтрин не раз говорила то же самое, хотя и другими словами. Она преподала ему хороший урок. Что ж, пусть он и не сразу его усвоил, но все-таки он отнюдь не безнадежен.

Фэй Либерман появилась ровно в полдень. На сей раз она привезла с собой большую банку с чем-то домашним плюс пакет с двумя сандвичами.

— Вы ведь, наверное, еще не ели? — спросила она, разгружая сумку.

— Еще нет.

Она протянула ему два сандвича, завернутые в полупрозрачную белую бумагу.

— Это из булочной Элизы. Один — индюшатина со швейцарским сыром, салатом и помидорами, ну и с горчицей. Другой — ростбиф с приправами. Выбирайте.

— А какой вы хотите?

Улыбнувшись, она покачала головой.

— Из всех подруг Рэйчел я наименее стеснительная. На вашем месте я бы выбрала то, что мне больше нравится. А то потом выбора может и не быть.

С Фэй Джек с самого начала чувствовал себя легко и свободно. Он взял сандвич с ростбифом.

— Спасибо. Это царское угощение.

Вытащив две бутылки диетической кока-колы, Фэй подала ему одну из них:

— Вот видите? Здесь выбора у вас нет. — Потом с улыбкой сказала Рэйчел: — Что касается бывших мужей, то этот не так уж и плох. — Она коснулась щеки Рэйчел.

— С ней все будет хорошо, — сказал Джек. — Как только внутренний ушиб пройдет, она придет в сознание. А после этого прямиком отправится домой.

Фэй кивнула. С минуту она молчала, потом прижала руку к груди и сделала глубокий вдох.

— Вы знаете, что в этот понедельник Рэйчел в первый раз пропустила собрание клуба книголюбов? Впервые за пять лет. Это что-то!

— Это так много для нее значит?

— И для нее, и для всех нас.

Уступив Фэй ближайшее к кровати кресло, Джек принес себе другое. Обычно, когда приходили подруги Рэйчел, Джек отодвигался к окну.

— А почему? — спросил он, проглотив кусок сандвича.

— Почему так много значит? — Фэй на минуту задумалась. — Потому что мы дружим и все мы разные. У каждой своя жизнь, мы не часто видимся между собраниями, но тем не менее мы стали очень близки. Когда обсуждаешь книгу и касаешься личных тем — тогда ты поневоле открываешься. Вероятно, я знаю этих женщин лучше, чем многих из тех, кого вижу каждый день. Думаю, именно тот факт, что в жизни мы никак не связаны между собой, и дает нам возможность говорить откровенно.

— И что, устанавливается мгновенное взаимопонимание?

— Да нет, не мгновенное. Некоторые долго чувствовали себя неуютно, выслушивая признания остальных во время дискуссии. Между нами не сразу возникла… духовная связь. — Фэй засмеялась. — Знаю, это звучит банально, но именно так и обстоит дело. Мы научились доверять друг другу. Кстати, мы тут не одиноки. В городе есть еще с десяток подобных клубов.

— И все из-за Опры?

Фэй снова засмеялась:

— Нет, наш клуб был создан задолго до этого. А некоторые из тех, других, существуют вдвое дольше нашего. Я даже слышала о клубах, которые объединяют уже второе поколение. Причем мы не клуб фанатов. Мы не боимся обсуждать недостатки книг. — Она нахмурилась. — В этом есть необходимость.

— В обсуждении недостатков?

— Во взаимной поддержке. — Задумчиво откусив кусок сандвича, она прожевала его. — Те, кому, как мне, за шестьдесят, знают, что такое жить в общине. Когда я была ребенком, мои бабушка с дедушкой жили в квартире этажом выше, две тети с семьями — через улицу, другие бабушка с дедушкой — в соседнем квартале. Моя мать располагала, выражаясь современным языком, встроенной группой поддержки. Потом наши родители купили дома и переехали в пригород, я и мои сестры окончили колледж, вышли замуж и уехали туда, куда нас увезли наши мужья. И внезапно оказалось, что поддерживавшее нас сообщество исчезло. Тогда мы, прогуливаясь по окрестностям с детскими колясками, подружились с другими матерями. Потом дети подросли, мы вернулись на работу, и там опять встретили пустоту. Сейчас молодые женщины, как правило, работают. Кто составляет их группу поддержки?

Джек представил себе Рэйчел в Сан-Франциско.

— Их мужья и дети?

Фэй печально улыбнулась:

— Этого недостаточно. Мужчины не понимают, что чувствуют женщины, а дети есть дети. Женщинам нужно общение с женщинами. Интеллектуальная дискуссия в клубе книголюбов может носить очень личный характер. Иногда мы обсуждаем книгу, а иногда обсуждаем себя. Некоторые книги настолько содержательны, что до своих проблем мы так и не добираемся. Другие же служат лишь в качестве затравки. — Фэй улыбнулась и снова дотронулась до руки Рэйчел. — Конечно, бывают какие-то чрезвычайные обстоятельства. Не можем же мы исключить Рэйчел из клуба за то, что она пропустила собрание в прошлый понедельник. — Она вдруг стала печальной.

Джек понимал, что она чувствует. Он и сам временами мог принимать участие в нормальной беседе — так, словно ничего не произошло. Но стоило ему взглянуть на Рэйчел, как внутри у него все переворачивалось. Теперь, когда синяк на лице начал проходить, она казалась еще более бледной. Явственнее проступили веснушки, словно дожидаясь, когда Рэйчел вернется к жизни.

Джек не мог себе представить, что этого не произойдет. Может, она и вправду моргнула сегодня утром?

— Посещение собраний нашего клуба строго обязательно, — вновь заговорила Фэй, видимо, желая отвлечь их обоих от грустных мыслей. — Это железное правило. У нас ведь всего семь членов. Если половина из них не явится, будет уже полная ерунда.

— Я до сих пор не могу ничего понять, — сказал Джек. — Рэйчел раньше никогда ни в чем не участвовала.

— Это в большом городе. Там везде люди, шум, везде что-то происходит. А в Большом Суре все по-другому. Каньон уже сам по себе изолирует тебя от мира. То, что Рэйчел больше всего в нем ценит, одновременно является и его главным недостатком. Художнику нужно побыть одному, но не все же время. Думаю, из-за этого у Рэйчел и возникло желание стать членом какой-то группы.