Плачь, детка, плачь (СИ) - Бот Дон

Я вскакиваю, открываю дверь, Венера рядом со мной, и в тот момент, когда я собираюсь выскочить, врезаюсь прямо в твою грудь. Черт!

— Мейсон! — вскрикиваю я. Моя щека пульсирует, и я вижу, что твой монстр уже на свободе, и я ничего не могу с этим поделать. Я имею в виду, Мейсон, это сильнее, чем когда-либо раньше. Он отражается в твоих глазах, твое тело вибрирует от ярости, вены пульсируют, мышцы подергиваются. Ты смотришь на меня, протягиваешь руку и толкаешь меня — безумие на твоем лице.

— Оставайся здесь, — рычишь ты, входя и закрывая дверь.

Я остаюсь снаружи, гадая, наступит ли момент, которого я всегда боялась, момент, когда ты станешь убийцей из-за меня.

***

— Черт! — ругаюсь я, беспомощно стоя в коридоре и колотя по двери ладонью. — Мейсон! Открой дверь! — рычу я, но меня игнорируют. Вместо этого я слышу ругань и грохот опрокидываемой мебели. Я в отчаянии дергаю себя за волосы, потому что не знаю, что делать. Черт, ты можешь убить его, насколько я знаю.

Позвонить в полицию? Когда моя собака только что укусила кого-то, мы только что выкурили 20 фунтов травки, и ты все еще работаешь в ФБР. Наверное, это будет не очень хорошо воспринято.

Позвонить Китону? Но он не сможет ничего сделать на таком расстоянии. У меня есть только один вариант. Единственный, кто может что-то сделать, кто находится поблизости и, кто всегда берет трубку, когда я звоню — это Райли.

Нервничая, я достаю телефон из заднего кармана. Пальцы так дрожат, что я с трудом разблокирую его. Я слышу, как внутри что-то еще ломается. Черт!

Райли отвечает после четвертого звонка, который показался мне вечностью.

— Да? — спрашивает он непринужденно.

— Райли, ты мне срочно нужен. Я пришлю тебе адрес, ты должен мне помочь. Это Мейсон.

Он глубоко вздыхает.

— Что происходит?

— Это срочно. Я думаю, он собирается кое-кого убить. Райли, пожалуйста, приезжай и привези оружие! Пожалуйста, скорее!

— Я скоро буду.

Я кладу трубку и тут же отправляю ему адрес, засовываю телефон обратно в карман и продолжаю стучать в дверь.

— Мейсон! — Внутри раздается еще один громкий удар, но никто не отвечает. В отчаянии я бьюсь плечом о дверь и пинаю ее в надежде, что она откроется, но ничего не происходит. Все еще слышны звуки драки, и я задаюсь вопросом, как долго вы двое сможете сражаться, прежде чем окончательно убьете друг друга. Паника охватывает меня, и слезы начинают бежать по щекам.

Я надеюсь, что ты не сделаешь ничего такого, о чем мы оба будем жалеть. Внезапно дверь открывается, и я, спотыкаясь, падаю в объятия Сета.

— Нет! — кричишь ты, когда он притягивает меня к себе — и выхватываешь пистолет.

Черт!

Лает Венера. Залитый кровью Сет загибает мою руку за спину, и я задыхаюсь.

— Отпусти ее! — нервно требуешь ты. Твои волосы взъерошены, губы разбиты, под одним глазом наливается синяк, хотя в целом ты в порядке. Тем не менее, глядя в твои глаза, Мейсон, я пугаюсь. Вообще-то, выражение твоего лица пугает меня так же, как и блестящее оружие в твоей руке.

Кто бы дал пистолет такому, как ты?

— Мейсон! — говорю я. — Опусти пистолет!

Сет проводит носом по моим волосам.

— Да, лучше бы ты слушался свою маленькую сучку! — и он ломает мне руку. Боль настолько резкая и сильная, что у меня слабеют колени, и я кричу. Венера собирается снова наброситься на Сета, когда я дрожащим голосом приказываю:

— Нет.

— Ты ублюдок! — Я слышу щелчок затвора пистолета и поднимаю глаза. Волна боли пронизывает все мое тело, начиная с руки, и захлестывает меня так, что я не могу ничего соображать. Самое главное сейчас — не дать тебе нажать на курок и взять тебя под контроль, иначе все будет кончено.

— Мейсон, если ты меня любишь, опусти пистолет, — задыхаюсь я, хотя от боли трудно дышать, не говоря уже о том, чтобы говорить. — Поверь мне, детка, послушай меня, и я поеду с тобой домой, но, если ты воспользуешься своим оружием, у нас никогда не будет дома. Это именно то, чего он хочет.

Сет усмехается, берет меня за волосы и оттягивает мою голову назад.

— О, а я-то думал, что ты не знаешь, чего я хочу. Но ты прекрасно знаешь, чего хотят мужчины, не так ли, маленькая сучка? Ты гипнотизируешь их своей волшебной киской и обводишь вокруг своего пальца. — Он опускается на колени рядом со мной и смотрит на тебя, все еще держа мои волосы в кулаке и оттягивая мою голову назад. — Давай, расскажи ему все, что ты делала со мной. Расскажи человеку, которого ты так сильно любишь.

Черт, кто бы мог подумать, что у Сета такие психопатические наклонности.

— Я не могу говорить… — Я задыхаюсь. — Мне больно, Сет. Мейсон, опусти пистолет! — От паники мой голос кажется громче и тверже. Твой взгляд перебегает с него на меня, и твои ноздри раздуваются. Я вижу решение в твоих глазах за мгновение до того, как ты нажимаешь на курок. Я вскрикиваю. Пуля впивается в стену в нескольких дюймах от головы Сета, и он отпускает меня. Выстрел эхом отдается в моих ушах так, что в них звенит.

— Еще раз дотронешься до нее, и следующая пуля попадет тебе в лоб. — Твой голос так спокоен, так бесконечно спокоен, что звучит еще опаснее, чем если бы ты кричал.

Сет поднимает меня на ноги прямо перед собой, как щит. Я чувствую, как его тело прижимается к моей спине, а его руки обхватывают мой живот. Из носа течет кровь, во рту медный привкус.

Что Сет хочет от меня? Почему он не останавливается?

— Ты такая хрупкая, Эмилия… — говорит он, — Я мог бы просто обхватить руками твою прекрасную шею и сжать. — Он обхватывает мою шею руками.

— Мейсон, опусти пистолет! — рявкаю я.

— Да, Мейсон, опусти пистолет, пока я ее не задушил. — Твоя правая щека дергается, когда Сет сжимает мое горло. Я цепляюсь за его предплечье.

— Отпусти меня, Сет! — Я задыхаюсь, и мои колени снова слабеют. Проклятье! Внезапно ты снова поднимаешь пистолет, направляешь его прямо ему в голову и злобно шагаешь к нам. — Нет, Мейсон! — задыхаюсь я. — Я лучше умру, чем увижу, как тебя посадят в тюрьму. Пожалуйста, малыш, стой спокойно! — Неожиданно я чувствую, как руки Сета ослабевают на моей шее, и он сползает по моей спине, ударяясь о пол с глухим стуком. Я не уверена, стрелял ли ты в него, так как я просто на секунду отвела глаза, но ты выглядишь таким же удивленным, как и я.

Когда ты смотришь мимо меня, я оборачиваюсь. Там стоит Райли, тяжело дыша, с бейсбольной битой и говорит:

— Вас двоих нельзя оставлять одних, не так ли?

35. Ты все еще мой брат, Мейсон

Эмилия

Я в ванной, тру тело мочалкой. Мы в квартире, которую мы с Райли сняли, чтобы начать все сначала, пока все не пошло наперекосяк. Моя рука в гипсе, который, по крайней мере, розовый, а таблетки, которые я принимаю, совсем не помогают от боли. Вы с Райли сидите в гостиной и пьете шерри. Венера лежит у твоих ног, обессилевшая от всей этой суматохи. Ты коротко поговорил по телефону со своим отцом, который позаботится о Сете, с которым я покончила навсегда. Кто бы мог подумать, что Сет настолько сойдет с ума. Конечно, я знала, что расставание будет некрасивым — какое расставание бывает иным? Но чтобы вот так? Я всегда боялась, что ты в конце концов убьешь кого-нибудь из-за меня, но, когда это было важно, ты держал себя в руках, Мейсон. Ты не выстрелил в него, хотя хотел. Я видела это в твоих глазах. Так что теперь ты на правильном пути, мы на правильном пути. Это все, что имеет значение.

Я неловко надела футболку и босиком подошла к вам двоим.

— Райли, если мы тебя стесняем, мы можем остановиться в гостинице Мейсона или в моей комнате в общежитии. — Я вспоминаю сломанную кровать и думаю, где именно мы будем спать. Затем я вспоминаю свою крошечную комнату в общежитии и общие душевые и хмурюсь.