Любовь под прицелом. Рикошет (СИ) - Корк Ольга

Ситуацию усугубляло ещё и то, что со стороны Леры я не чувствовал никаких попыток меня оттолкнуть или остановить. Ей хотелось того же, чего и мне, и я не представлял, как прекратить всё это – хватит ли у кого-то из нас сил или мозгов не устроить здесь целое порно-представление?

К счастью, закончившийся в лёгких кислород спас положение; организм требовал вдох, и мне пришлось оторваться от распухших губ, чтобы не задохнуться от нехватки воздуха и собственных чувств, но далеко я всё равно не ушёл. Упёрся своим лбом в её, поймал затуманенный взгляд и севшим от желания голосом признался:

– С ума сводишь.

– Кто бы говорил… – часто дыша, отзеркалила Лерка.

Остановиться мы смогли вовремя: едва успели перевести дух, как стали слышны голоса парней из коридора, шуршание пакетов, редкие смешки. Кажется, наше время наедине вышло.

– Эй, вы там одеты? – вопрос Аида заставил закатить глаза, хотя сегодня он был вполне уместен. – Мы считаем до трёх заходим!

– Придурки, – доверительным тоном сообщил я Лерке, и мы оба рассмеялись.

Чтобы освободить пространство, переместился к окну, утянув за собой девушку. Отпускать Леру не хотелось, и потому удобно пристроил её в своих руках, чем наверняка вызову волну смешков и подколов среди товарищей.

Ну и похрен.

В общем-то, не считая плутоватого взгляда Аида, всё прошло более чем спокойно, потому как остальные, более зрелые эмоционально парни не лезли со своими пятью копейками или шуточками. Мы съели свой ужино-завтрак и принялись готовиться ко сну – точнее, готовилась Лера, а я просто пытался придумать, как не ревновать её к парням. Ибо, когда она вышла из душа в этой своей пижаме – это точно пижама вообще? – состоящей из коротких шорт и маечки, с влажными волосами да ещё так вкусно пахнущая…

Это просто какое-то издевательство над моей выдержкой и терпением.

Ночь прошла спокойно. Ну, если не брать в расчет, что после того, как Лера устроилась в гостиной на диване, я не мог уснуть еще несколько часов, ровно до тех пор, пока Эд, эта гиена горбатая, не кинул в меня подушкой с пожеланием скорее вырубиться и не мешать нормальным мужикам спать. Пришлось, сцепив зубы, выкинуть из головы образ Лерки и усилием воли заставить свой организм расслабиться.

А вот утро вышло скомканный – в основном из-за того, что проблема в лице Урмана так никуда и не делась. И даже тот факт, что Лера теперь постоянно у меня на виду, не давал вздохнуть спокойно: этот шакал настолько изобретательный, что запросто мог пробраться и сюда. Вопрос, зачем он лямку тянет? Хочет, чтобы начатая им игра обернулась как можно более изощрённой и кровопролитной пыткой? Я слинял из его лагеря тогда, пару лет назад, весьма оперативно, а таких «обид» Урман не прощает – никак хочет самостоятельно и максимально бесчеловечно отправить меня на тот свет в назидание остальным предателям и перебежчикам.

Он не учёл одного: я хотел для него того же из-за сестры и Лерки.

Ну и плюсом, никто из нас не забыл о проблеме в лице генерала, которая была если не такой же масштабной, как Урман, то всё равно очень малоприятной. Да и Лерка с каждой минутой становилась всё более мрачной, будто с минуты на минуту ждала, что родитель объявится на пороге с приличной такой армией за спиной.

Когда ближе к обеду зазвонил телефон Шрама, номер которого он оставлял только Литвинову, напряжение в квартире достигло своего апогея. Олег, перед тем как принять вызов, набрал какую-то комбинацию цифр на небольшом приборе, выуженном им из кармана, и с хищным оскалом протянул мне трубку:

– Держи, этот звонок явно не мне предназначен.

Под напряженным взглядом Леры я принял вызов и, подмигнув девушке, врубил громкую связь.

– Да?

– В рифму тебе ответить, или сам догадаешься, кто звонит?

Ого, да у парня, оказывается, не просто зубы есть, он еще и пользоваться ими пытается. Реакция на такой выпад вояки не заставила себя долго ждать: мультики обменялись совершенно одинаковыми взглядами, и добрыми их назвать ни у кого язык не повернулся бы.

– Литвинов, как я не рад тебя слышать. Хотя погоди: наверно, ты хочешь сказать, что уже проверил всех своих парней?

– Нет, – с усмешкой прозвучал ответ, – хочу сказать, что генерал требует твою задницу к своему ужину.

Лера закусила губу, с беспокойством глядя на телефон и внимательно вслушиваясь в наш разговор. И вот всё бы ничего, но то, насколько сильно она переживает, мне категорически не нравилось. Неужели думает, что забрав её из квартиры, я по первому требованию ее отца отыграю все обратно?

– Ему как, прожарки медиум? – отвернувшись от малышки, позволил себе последнюю шутку.

– Да ты не переживай, он сам прожарит, как посчитает нужным. Ты главное доставь.

Поняв, что перебрасываться остротами с Литвиновым я могу до бесконечности, и мне это даже не надоест, перешёл к более серьезному тону.

– Что у вас там случилось, и когда именно Максимов хочет встретиться?

Усталый вздох подсказал, что ситуация для Артёма тоже складывается не лучшим образом, но… не мои это проблемы.

– Да ничего не случилось. Просто начальнику не нравится, что без его ведома дочь увезли в неизвестном направлении, а он даже связаться с ней не может. Я полдня слушал его истерики и мечтал о старом-добром вазелине. Мои парни не в курсе происходящего, они думают, что это план генерала – перепрятать дочь, оставив нас в квартире: вроде как сделать вид, что Лерка всё ещё здесь, и мы её охраняем. Не скажу, что все в восторге от такой идеи, и, судя по реакции некоторых… Млять, не верю, что говорю это, но велика вероятность, что ты был пр... сам знаешь, в чём.

А вот это хреново. Если уж даже этот мушкетёр так быстро изменил своё мнение о верности и преданности кого-то из своих бойцов, то вероятность не просто велика, это грёбаный факт – информацию о местонахождениях Лерки, как и о её передвижениях и планах по защите кто-то методично сливал Урмановским головорезам.

– Я тебя услышал. Передай генералу, что мы  с ним встретимся. Место и время скину тебе позже геолокацией.

– Ты издеваешься? Да он…

– Вспомни реакцию своих парней и осознай, наконец: ни себя, ни свою команду и уж тем более Леру я подставлять не намерен. Либо мы встречаемся на моих условиях, или через полчаса нас уже не будет в городе, а у вас – никаких контактов. Это ясно? Потерпит Максимов пару часов, его дочь в безопасности, этого ему должно хватать.

– Мудак ты…

– Я в курсе, но важнее то, что ты со мной согласен, иначе не звонил бы сейчас, а всеми силами пытался бы вычислить наше местоположение.

– Так твой технарь сигнал глушит!

Ага, значит, не такие уж у нас доверительные отношения. А я-то надеялся, что после всего нам удастся зарыть топор войны...

– Естественно глушит, не настолько же мы идиоты, чтобы светится как фонарь в ночи на любых поисковиках. Всё, до связи. Мы решим, где будет безопаснее провести встречу, и я скину адрес. Мы с парнями обязательно приедем.

– А Лера?

– А Лера останется в безопасности!

Литвинов сбросил вызов, не попрощавшись – забыл, наверное, – но перед тем, как нажать на кнопку отбоя, начал вдохновленно строить трехэтажные матерные конструкции. Подробностей не знаю, не вслушивался.

Какое-то время в комнате было тихо, каждый из нас прокручивал новую информацию в голове, решая задачку со множеством неизвестных. Эта встреча с одной стороны была необходима: генералу давно пора понять, против кого они воюют, и осознать, что его дочери с нами ничего не угрожает. Но с другой… с другой стороны обеспокоенный родитель со множеством связей – а главное возможностей – мог стать огромной занозой в заднице.

– Не нравится мне эта идея, вот не нравится прям! – заговорил Артур, громко хлопнув в ладоши. – Печёнкой чую, огребём проблем по самое горло.

– Я пойду один, – проговорил, не поворачиваясь к парням.

– А эта идея не нравится уже мне, – со сталью в голосе выдал Эд. – Дойдёт до тебя когда-нибудь, что мы – одна команда? И если с тобой что-то случиться...