В смысле, я супергерой? - Зоя Анишкина

человек, совершенно. Тем не менее, к своему стыду, я поняла, что вот хочется. Очень-очень. Потому что жизнь меня к такому не готовила. К молодому шикарному мужчине, пусть и участковому.

Улыбнулась. У меня сломана левая рука, и она в гипсе до локтя, у него правая рука обездвижена с повязкой и лангетой. А человек про секс думает.

– Антонов, я, конечно, теперь обещала тебя слушаться беспрекословного, но не до такой же степени. При всем уважении, пусть хотя бы твоя рука заживёт.

– Да чему там заживать-то? Вот увидишь, на мне все как на собаке срастается. А вот тебе придётся две недельки помучиться. Стеф, а может,в отпуск?

Одно предложение другого краше. Начали с замужества, потом переместились на секс, а заканчиваем и вовсе отпуском. Не жизнь, а сказка. Отрицательно покачала головой.

– Нет, я хочу прийти в себя. Максимум, на что согласна, – это отправить Аню к бабушке на недельку. Прости, Антоша, хватит пока с меня приключений.

– Да путешествие к твоей матери, считай, как на Эверест восхождение. Тут не соглашусь.

Он улыбался. Бледный и такой уставший. На нем тоже начинало сказываться случившееся. Он осторожно придвинулся ко мне и приобнял здоровой рукой.

Мы сидели в приемном покое травмпункта. Вокруг сновали люди, а нам было все равно. Как говорится, мгновение, остановись.

Пока вопросов было больше, чем ответов. Что мне делать со своими способностями? Они вернутся, или можно погребальную заказывать? А что тогда будет со мой и Антоновым?

Вопросы, вопросы, вопросы и ни одного ответа. Я тяжело вздохнула.

– У нас все будет хорошо. Да и вообще, я тут подумал…

Дверь травмпункта скрипнула, и в коридоре показался просто огромный мужчина. Я бы сказала,гигант. Ростом за два метра, качок, широкий в плечах, в шикарном костюмчике с иголочки.

Я ойкнула. Потому что что-то в нем сразу показалось не таким, как есть. Мои опасения подтвердились тогда, когда он щёлкнул пальцами, и все вокруг натурально замерло. Все и все!

Все и все, кроме меня и Антонова.

Глава 60. Антонов

Этот мужик мне сразу не понравился. Вот знаете, есть такие любители масла и геля в южных странах. Которые блестят, как начищенная пятирублевая монетка.

Так вот эта гора мускулов был именно таким. Раздражающе мужественным. Хотя, может, дело в том, что я на уровне инстинктов почувствовал соперника.

А потом все вокруг замерло. Как будто кто-то поставил на паузу жизнь. Воздух стал густой и тягучий, и даже движения ресниц давались с трудом. Странные ощущения.

Ещё один супергерой? Нехорошо. Раньше я владел вниманием Стефы безраздельно. А появление незнакомца перечеркивало слишком много. Слишком…

Напрягся и по-хозяйски опустил свободную руку на ее талию. Представляю, какое зрелище мы из себя представляли: два раненых бойца. Не знаю почему, но я сразу приготовился к сражению, хотя надежда на то, что этот тип родственник Стефы, не умирала.

Он шёл вальяжно, уверенно, как чертова суперзвезда. Будто двигался не по коридору замершей больницы, а по ковровой дорожке для получения Оскара. Но чем ближе был мистер Пафос, тем сильнее меркла его улыбка.

Сперва не понял почему, но возмущённый взгляд остановился на мне и моей руке на Стефе. Мужик даже притормозил, все ещё пристально рассматривая меня.

А затем резко выбросил вперёд руку. Потом вторую. Выглядело странно. Как будто он возомнил себя человеком-пауком, но у него закончились заряды паутины.

Стефа напряглась. С момента, как этот перекачанный клоун появился на горизонте, она застыла, и я чувствовал ее недоумение. Лично мне становилось все очевиднее, зачем он здесь.

Нет, конечно, мне хотелось, чтобы она всегда оставалась единственной в своём роде. Чтобы способности не встречались больше ни у кого. Уникальная, необычная, моя.

Но, конечно же, я понимал, что вероятность этого мизерная. Особенно после рассказа ее матери. Явно же, что отец Стефы реально мог иметь такие же способности или нечто похожее.

Чего я не ожидал, так это того, что момент знакомства с подобными ей наступит так скоро. Точнее, что он наступит вообще. Конкуренция здесь мне совершенно ни к чему!

Этот клоун все выбрасывал руки. Молчаливо, буквально метрах в двух от нас. Он пыжился так, что даже покраснел. Вокруг нас только что воздух не дымился.

– Стеф, может, ему помочь? Твои способности точно не вернулись?

– Не-а. Антош, может, пока не поздно, того, уйдём по-тихому?

А я и забыл, как моя женщина любит тикать в любой непонятной ситуации. Не знаешь, что делать? Просто развернись и уйди по-английски. Ну, или заставь уйти того, кто создаёт эту ситуацию.

Так она выпроваживала меня после секса. А я выпроваживался, идя у неё на поводу. Но тут явно другой случай.

– Думаю, он заметит. Твои предположения, он говорит по-нашему?

– Фиг знает. Антонов, после Пиписькина я больше не хочу приключений. Сделай что-нибудь, а?

Улыбнулся. В этом вся моя сильная и независимая женщина. Как бы между прочим просит решить все ее проблемы. Хотя нет, наши. Надеюсь, наши. Кстати…

– Замуж пойдёшь за меня – сделаю.

Я ухмыльнулся, а моя женщина вздрогнула и жалобно-умоляющим взглядом уставилась на меня. Тут без слов было понятно: пощади, о великий. С улыбкой на лице сжалился.

– Ну хорошо, моя бывшесупергеройская. Выдыхай, бобер, сегодня жениться не поведу.

Кажется, я нашёл самый страшный страх Стефании Авгеевны. Судя по всему, даже незнакомец с шизофреническими наклонностями пугал ее не так сильно, как вероятность стать моей женой.

Обидно, конечно, но я человек понимающий и торопить ее не стану. Пусть живет пока. В девках, так сказать, ходит. А я попугаю ее страшной участью замужней женщины.

Вот все бабы как бабы, а моя королева. Строптивая, самая лучшая и упрямая королева. За то и полюбил.

Посмотрел на краснеющего мужика. Тому совсем, походу, тяжко стало. Он выбрасывал руки и пыжился. Я решил прекратить его мучения. Встал, поднял руки вперёд и произнёс:

– Уважаемый, вам нехорошо? Если понимаете меня,