Через забор (СИ) - Морленд Мелани

Пора поговорить с Грантом. Мне нужен его совет.

______________________________

Субботним утром мы с Грантом встретились в нашем обычном месте. Все время, что я ехал, я думал. Думал очень серьезно.

— Ты не рассказал ей? Почему, Натан? — Грант с тревогой поглядел на меня.

Я подыскивал правильные слова, чтобы объяснить.

— Я не ожидал, что влюблюсь.

— А ты хотел, чтобы тебя оповестили заранее, — сухо пошутил Грант.

— Я жутко боюсь, что когда она узнает, то бросит меня. Не думаю, что смогу это пережить. Я никогда так остро не ощущал потерю, как сейчас.

— Судя по тому, что ты рассказывал, она так не поступит.

Я смотрел на Гранта. Похоже, он был прав. Кортни обладала невероятной способностью прощать и любить. И, в отличие от моей семьи, не судила людей строго.

«Она не отвернется от меня, верно?»

Я размышлял о жизни, которую вел до встречи с Кортни. О пустых бесконечных днях, заполненных одиночеством. О том, как сторонился людей, боясь, что если сойдусь с ними ближе, то снова обожгусь. И тут Кортни переехала в соседний дом, и, даже не пытаясь, своей добротой и заботой сломала мою защиту. Она обнаружила во мне мужчину, которым я должен был быть. Которым хотел стать для нее.

— Расскажи мне о ней поподробнее, — тихо попросил Грант.

Я вздохнул и начал говорить.

Целый час я рассказывал ему о Кортни. О её нелёгком детстве и жестоком обращении, и как глубоко это повлияло на неё. Я рассказал ему об её трусливом, слабом отце. О мудаке брате. Насколько уязвимой и сломленной она была, но в то же время невероятно великодушной и милой. Грант усмехнулся, когда я рассказал ему о наших беседах через забор, о том, как она кормила и поддразнивала меня. Улыбнувшись, я рассказал ему, насколько храброй и сильной она была, несмотря на то, что пережила. И наконец, я сказал ему, как она заставила меня осознать, что я должен начать свою жизнь сначала, и что для этого мне нужна она.

Мы молчали несколько минут. Подошла официантка, забрала наш давно остывший кофе и принесла свежий.

— Ее отец эгоистичный мудак, — наконец сказал Грант сердито. — Я бы хотел завести на него какое-нибудь дело. Может, стоит немного глубже копнуть под её брата. Ну, знаешь, убедиться, что он платит все налоги и все его бизнес-лицензии на месте? Отправить к нему инспектора?

— Мне бы этого хотелось. Мне бы хотелось подпортить ему жизнь. Я так сильно хочу заставить его заплатить за то, что он сделал с ней, — я вздохнул и покачал головой. — Но Кортни это не понравится. Она говорит, что именно так поступали они. Делали кого-то несчастным только потому, что могли. Она никогда никому не причинит боль. Несмотря на то, что её родственнички продолжают доставать её.

— Что?

Я рассказал ему о сообщениях и о том, как расстроился, когда первым желанием Кортни было прочитать их. И когда обнаружил, что несмотря ни на что, она помогала своему отцу.

— Я этого не понимаю. — Я в замешательстве пожал плечами.

— Я не очень удивлён. Она, кажется, умеет прощать.

— Да. Всех вокруг, кроме самой себя.

— А что насчет ее школьной подруги, той, что работает в полиции? Она готова помочь?

— Она согласилась поговорить с ним. Пока неофициально. Но, если потребуется, то готова предпринять уже официальные меры.

— Брат Кортни — типичный хулиган. Такие, как он, обычно, бояться, когда появляется кто-то посильнее их. Если полицейские навестят его, это может сработать. Надеюсь, эта женщина-полицейский возьмет с собой кого-нибудь повнушительней.

Я усмехнулся.

— Она пойдет в гараж в рабочее время, в полной униформе, вместе со своим напарником. Тот, по ее словам, крупный мужчина. Очень надеюсь, что этого будет достаточно. Я хочу убрать этого козла из жизни Котрни.

— Тебе нужно быть терпеливым.

Я вздохнул.

— Я пытаюсь, Грант.

— Натан, — тихо начал он, — ты знаешь, что дети, подвергшиеся насилию, даже встав взрослыми, зачастую защищают человека, который был жесток к ним?

— Да, я слышал об этом.

— Знаешь почему?

Я покачал головой.

Он грустно улыбнулся.

— Это всё, что они знают. Они понятия не имеют, что любовь не должна причинять боль.

Я наклонился вперёд.

— Но теперь у неё есть я. И я хочу показать ей, что так не должно быть.

— И ты сможешь, но со временем. Натан, ты с ней рядом всего нескольких недель, а они были всю её жизнь. Дай ей время.

Откинувшись на спинку стула, я задумался. Он был прав. Всё, что Кортни знала на протяжении двадцати шести лет — только боль и неприятие. Она почти все время ждала этого, и глупо было думать, что она мгновенно изменится, только потому, что в её жизни появился я.

— Я не откажусь от неё. Я помогу Кортни увидеть, что она совсем не «никто», как они её уверяли.

— Хорошо. Я рад, что ты убедил её позволить кому-то увидеть присланные её братцем сообщения. Если этот офицер поговорит с ним, то, вероятно, напугает до чертиков и он, наконец, оставит её в покое. Если нет, то возможно, мне придётся навестить его самому, — глядя на меня, он вскинул одну бровь, и я улыбнулся.

Это был Грант, которого я знал, который оберегал и заботился о небезразличных ему людях. Я мог только представить лицо Энди, если Грант решит лично «пообщаться» с ним.

— Ты прав в одном — он хулиган, и, если узнает, что теперь Котрни не беззащитна, что за ним наблюдают, то оставит ее и перейдет к кому-то другому. Вероятно, он был пьян и принял глупое решение, но он не оценит тот факт, что всё это с лёгкостью сошло ему с рук.

Грант покачал головой и посмотрел на меня.

— Как и ты, я предпочёл бы увидеть его в камере, но такое решение должна принять только Кортни. Честно говоря, то, что она не читала эти сообщения и позволила тебе удалить свой аккаунт — уже огромный шаг.

— Знаю.

— Ты думаешь, она просто удивительна, не так ли?

Я улыбнулся.

— Она удивляет меня каждый день. Она самый лучший человек, которого я когда-либо встречал. Она не заслужила того, что с ней произошло.

— И ты её любишь.

Я кивнул.

— Больше, чем кого-либо.

На минуту он замолчал.

— Могу я задать тебе… личный вопрос?

— Конечно.

— Она…

Мои глаза сузились.

— Она что?

— Полная?

Я покачал головой.

— Нет, — я думал о том, как бы лучше описать её. — Она… маленькая.

— И что это значит?

— Грант, если бы она была ростом с Клэр, то выглядела бы как долбанная супермодель. Но нет. Она… — я вздохнул, пытаясь подобрать подходящее слово. Почему-то слова «полная», «пышная» или «чувственная» казались слишком личными, чтобы сказать их ему.

Грант присвистнул.

— Я понял. Она — лакомый кусочек, не так ли?

Я в замешательстве посмотрел на него.

— Лакомый кусочек?

Он кивнул и провёл руками в воздухе, словно очерчивая изгибы аппетитной женской фигуры.

— Всё, что тебе нужно — ложка, и готово. Невысокая, соблазнительная, сексуальная.

Я усмехнулся.

— Да, она — блюдо. Вот только совсем не ложку я буду использовать, — я подмигнул ему.

Смеясь, он откинул голову назад.

— Я не знал тебя такого, Натан.

Я рассмеялся.

— Она выявляет во мне много чего, о чём я даже не подозревал.

Грант усмехнулся.

— Умная, сексуальная, соблазнительная. Это редкость.

— Она уникальна. Она просто… чёрт… она поражает меня. — Я наклонился вперёд и добавил: — Я должен рассказать ей. Быть полностью честным.

Вновь став серьёзным, он посмотрел на меня.

— Да, должен. И ты должен быть готов к ее гневу, и к тому, чтобы дать ей время и пространство, чтобы смириться с твоей историей.

Я вздохнул.

— Ладно.

— Надеюсь, у вас все получится. — Он улыбнулся. — Я хочу встретиться с этой удивительной девушкой.

— Правда?

— Как только ты расскажешь ей, я бы хотел встретиться с ней. Привези ее к нам с Клэр, — он сделал паузу — Если она, конечно, захочет.

— Думаю, захочет.