Ты мне не указ! - Каролина Дэй

них всеми правдами и неправдами, а сейчас словно парила над землей. Парила и была уверена, что ее поймают, если внезапно подрежут крылья.

– Эй, экстремалы, вы там скоро? – голос Феликса возник из ниоткуда.

– Заткнись, не порть момент! – рявкнули Коляны одновременно и тут же рассмеялись. Заливисто. Громко. Коля чувствовал ладонью, как напрягся маленький живот, как ее руки все же опустились на его, но уже не держались мертвой хваткой.

– Не отпускай меня.

– Никогда.

Коля наклонился и поцеловал. Так трепетно и нежно. Чувственно. Почва из-под ног вылетела у обоих. К чертям собачьим. Как сегодня утром. Как вчера ночью. Как всегда. Вокруг мог твориться Армагеддон, но им будет плевать. Лишь губы друг друга имели смысл, лишь знакомый аромат, впитавшийся в одежду, ноздри, легкие.

И лишь бы этот момент никогда не заканчивался…

Я буду дышать тобою

Пока не настанет рассвет

Ты – мир мой над пустотою.

Слышишь? Лишь ветер в ответ.*

– Эй, голубки, приехали!

Услышали ли они? Как вы считаете? Вот и мне кажется, что нет. Ну, почти…

– Так! – выкрикнула Майя. – Отлипаем друг от друга и идем спать! Завтра тяжелый концерт!

Не сказать, что Коляны сразу отпрянули друг от друга, но кое-что заставило парня оторваться от возлюбленной. То, что внезапно пришло в голову и так же внезапно дало развитие чему-то новому и прекрасному.

– Оль, встретимся завтра, ладно? – тут же сообщил Коля, когда они поднялись к номерам. По иронии судьбы они находились по соседству. Другие участники уже успели расселиться, пока те ехали и наслаждались летним морским воздухом.

И ветром.

– Что-то не так?

– Все так, просто мне кое-что нужно сделать.

– Ну ладно.

Оля лишь пожала плечами и, попрощавшись с блондином, расположилась в номере. В этот раз одна, без Ани или кого-то еще. Чуть ли не с разбегу плюхнулась на кровать и улыбнулась. Глупо. Наивно. Что за девушкой никогда не наблюдалось.

И впервые в жизни она поймала себя на мысли, что не хочет моментально становиться серьезной, корить себя за проявленные чувства, за слабость. Не сейчас…

А в это время всем полюбившийся Даркер достал из сумки Макбук и записал первые строчки, которые пришли в голову, открыл подобие Автотюна, и пошло-поехало.

Кого-то ждет еще одна бессонная ночь…

________________________________

* «Отпетые мошенники» – «Люби меня, люби». (не путаем с Гречкой!)

* Гроулинг – приём экстремального вокала, суть которого заключается в звукоизвлечении за счёт резонирующей гортани.

Скрим – в переводе с английского языка означает крик. В вокале суть его та же.

* Это первый стих в исполнении вашего грешного автора Каролины Дэй. Огромное спасибо за помощь в написании Оксане Волконской.

Глава 26. Слова и поступки

Брыньк. Брыньк-брыньк.

Эти звуки доносились с другой стороны стены на протяжении двух часов, как только Оля устроилась в номере и собиралась уснуть. Глаза закрыты, дыхание ровное, организм готов ко сну. Но слух цеплялся за звуки гитарных струн и поющего в такт медового голоса. Знакомого. Которым еще недавно наслаждалась в кабриолете.

Слышала, как парень иногда прерывался, как открывал балконную дверь и поджигал зажигалку. Казалось, она даже слышала, как он втягивал носом сигаретный дым. И какой после этого сон, тем более в холодной постели, когда совсем недавно ее сжимали крепкие нежные объятья… Его объятья, которые окутывали теплом, привычным ароматом его одеколона, смешанным с сигаретным дымом. Не тошнотворный, а гармоничный. Вкусный. Кажется, она скоро станет токсикоманом.

Все! Достало!

– Не спится? – спросила Оля, выйдя на балкон. Как и предполагала, Коля стоял там и выкуривал очередную сигарету. Четвертую? Пятую? Не сосчитать.

– Есть такое, – он выдохнул сигаретный дым в небо.

– Три часа ночи, нам вставать в восемь.

– До этого как-то жил на кофе, еще один денек переживу, – отмахнулся парень. – А ты чего не спишь?

Оля на секунду замешкалась под гипнотизирующим кошачьим взглядом, но потом снова подняла глаза, подошла поближе к перегородке, разделяющей их, и произнесла:

– Слушала твое пение.

Да! Она это сказала! Не просто призналась в своей слабости Коле, но и самой себе. Когда такое было в ее жизни? Когда она так открыто заявляла, что ей нравится в парне… голос? Серый бы поперхнулся, если бы узнал, что сейчас происходит в туре с его подругой. А она никому и не рассказывала ничего об отношениях с Даркером. Хотела сохранить эти новые чувства, впитать в себя. А потом, когда приедет домой, выложить все как на духу.

Признается, что впервые в жизни потеряла голову от обалденного красавчика…

– Прости, что разбудил, – Коля тоже подошел ближе к перегородке и опустил свою ладонь поверх маленькой руки. Теплой, с чуть прохладными пальцами. – Иди спать, замерзнешь.

– Не хочу!

– Захоти! – добавил Коля с тем же нажимом, что и Оля до этого.

– А спой мне колыбельную!

«Она что, серьезно?»

Серьезнее некуда, судя по умоляющим большим глазам и сжавшим его руку маленьким ладошкам. И эта девочка дралась в клубе? Эта малышка, которая сейчас похожа скорее на ребенка, нежели на здравомыслящего сонного человека, язвила в лицо и не стеснялась?

– Ну пожа-а-алуйста!

Коля ничего не ответил. Просто перелез через перегородку и повел девушку обратно в номер. Лег рядом на одноместную кровать, прижал ее к своему телу и начал петь. Что-то очень тихое и спокойное. Его голос отдавался приятной вибрацией у Оли в ушах. И эта вибрация успокаивала, убаюкивала, а потом и вовсе уморила.

Коля нежно обнимал девушку, тихо пел, чтобы не нарушить ее сон. И смотрел. Долго смотрел на закрытые глаза, на спокойное, нежное личико, на фигурку в этой смешной пижамке с героями из «Южного парка». Она больше открывала, чем скрывала, но сейчас это не имело никакого значения.

Я буду дышать тобою,

Пока не настанет рассвет…

Интересно, Оле понравится, как будет