Новый год с последствиями (СИ) - Лисовская Ирина

Не думала, что снова испытаю агонию от его слов, но они резали как острая бритва по коже и оставляли после себя кровоточащие ранки. Я вспомнила про ребенка и ужаснулась, что у него, или ее будет такой отец! У^к не знаю, стоит ли ему рассказывать? Что это изменит? Хотя, Витя имеет полное право узнать о своем малыше.

— Вот так быстро разлюбила? — буравил меня испепеляющим взглядом. — А… — он ухмыльнулся, — у тебя ж тот богатенький тип появился, точно! — щелкнул пальцами.

— Уже спала с ним, а? Ну и как? Понравилось сосать за деньги?

Я отшатнулась, словно от звонкой пощечины и ощутила первые тревожные звоночки. Внизу живота неприятно потянуло, пришлось усесться на соседнюю кровать, благо она никем еще не занята. Желудок скрутился узлом, тошнота подкатила к горлу. Зачем продолжаю сидеть здесь и слушать Витю?

— Слушай, — он все же умудрился сесть на кровати. — Так ты можешь попросить у него бабла. Не откажет, зуб даю.

Вытаращилась на него, как на инопланетное существо и тряхнула головой. Ослышалась? Но, нет. Теперь его лицо сияло, как начищенный самовар и, могу поклясться, что в уме Витя чуть ли не строил планы на чужие деньги!

— Ты больной, — прохрипела я, хватаясь рукой за горло. — Надеюсь, что наш ребенок не унаследует дурные гены, — выпалила на автомате и только через мгновение поняла, как облажалась.

Взглянула на Витю. Он замер на секунду, а затем так сладко улыбнулся, что я готова была поверить в чудо. Неужели малыш растопит слой льда в его сердце?

— Так это же меняет дело! — обрадовано воскликнул бывший.

Быстро смахнула слезы и удовлетворительно выдохнула, чувствуя истинное облегчение, бегущее теплым потоком по венам.

— Говорила об этом своему мужику?

Меня удивил вопрос, отрицательно качнула головой и недоуменно смотрела, как улыбка становится все шире, но она мне показалась слишком… расчетливой?

— Просто великолепно! — радовался он как маленький ребенок, получивший машинку на радиоуправлении. — Таким шансом грех не воспользоваться. Ты пока пережди недельку-полторы, а потом скажешь ему, что беременна.

— Что? — не поверила своим ушам. — Миша не поверит, у меня же срок и…

— Ой, — он небрежно махнул рукой. — Кто будет считать, когда на кону такой приз? Неделя-другая роли не сыграет.

Кажется, рухнула последняя надежда. Витя во всем и всегда ищет выгоду только для себя, плюя на мнение и чувства других людей. Сердце болезненно заныло, отдаваясь тупой болью в груди. Меня трясло от шока, нужно встать и уйти, бежать отсюда как можно дальше! Ноги не слушались. Я словно находилась в прострации, Витя еще что-то говорил, но его слова пролетали мимо сознания. Все, с меня хватит! Это была последняя капля терпения, моя чаша доверия опустошена. Не знаю, как нашла в себе силы, но встала и собралась уходить. Меня остановили слова:

— Люди Шабанова все равно вернутся к тебе в итоге, а не ко мне. Лучше не будь дуррой и подумай над моим предложением. Или придется продать квартиру. Смотри, решать тебе.

Он был уверен, что бандиты не станут его беспокоить. А я не представляла, как теперь решить возникшую из ниоткуда проблему.

— Только трус способен перекинуть свои долги на плечи другого человека. Что ж, надеюсь, триумф вскоре окажется твоим фиаско.

Глава 17

Слезы не переставали катиться по щекам, взор затуманился, и я была этому очень рада. Никого и ничего не хочу видеть… После разговора с Витей я словно выжатый досуха лимон. На что я надеялась, приходя к нему? Только разбередила старые раны и получила массу новых рубцов. И проблемы в придачу. Что делать теперь, к кому бежать?

В мыслях, как специально, возник образ Миши, и четко звучали его слова: «Не отпущу» Как же хотелось плюнуть на все, позвонить ему и попросить защиту. Вот он бы точно не поступил таким гнусным способом, сваливая на свою бывшую девушку финансовые проблемы.

А если бы мы с Витей все еще были вместе? Вот тогда мне бы действительно пришлось думать о продаже квартиры. Содрогнувшись, обняла себя руками и глубоко вдохнула. Прокуренный запах в салоне нервировал меня, тошнота все время подкатывала к горлу. Я не выдержала и едва опустила оконо, буквально на щелочку, но мне хватило внезапно хлынувшего в лицо свежего воздуха. Водитель хмыкнул, зато промолчал. Чуть приподняв пальцами солнцезащитные очки, стерла со щек слезы и проморгалась. Мы как раз заезжали во двор.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Расплатившись, я с огромной охотой вылезла из машины и задышала полной грудью. Какое блаженство! Оглянулась, джипов не было, стоянка практически пустовала. Тогда почему меня не покидает ощущение слежки?

— Лерка, ты параноик, — проворчала и двинулась домой.

Как объяснить сейчас Насте, что разговор с Дроздовым ничего не решил? Я и сама недоумевала, с какой радости люди Шабанова с такой легкостью переключились с Вити на меня? Конечно, у него больше нет родственников, которых можно прессовать, зато есть мистическая невеста с трехкомнатной квартирой в центре города! Интересно, они вообще в курсе, что она по документам принадлежит родителям? Ох, черт!.. А что, если те громилы доберутся и до них? От паники еще сильнее затошнило, в этот раз я не смогла сдержать рвотные спазмы. Меня стошнило около подъезда, было плевать, видел кто-то или нет. Как только перестало рвать, открыла дверь и, шатаясь, поплелась в квартиру. Нужно срочно позвонить маме. Нет! Лучше Толику, для надежности. Зачем тревожить родительницу, вдруг обойдется?

На пороге меня встретила хмурая Настя, помогла снять куртку и повесила ее на вешалку. Я стащила шарф, очки и устало прислонилась спиной к стене, закрыла глаза. Во рту остался привкус желчи, но не смогла даже сдвинуться с места, поэтому махнула рукой.

— Ну и? — не вытерпела подруга.

— Все плохо, — коротко ответила, глаза так и не раскрыла.

— Очень емко, — возмутилась она. — Итак, твой сумасшедший бывший отказался самостоятельно выплачивать долг?

Распахнув веки, увидела, что Настя скрестила руки на груди. Она как-то умудрялась стоять на ногах без костылей, даже опиралась на загипсованную ногу. Пересказывать всю ту грязь мне совершенно не хотелось, но и она же блин не отстанет, пока не вытрясет все до последней мелочи. Собравшись с силами, коротко объяснила ей, как поступил Витя и что посоветовал мне сделать.

— И ты вот так просто ушла? — ошарашено уточнила Настя.

Она глядела на меня с недоверием. Не дождавшись ответа, тяжело вздохнула.

— А что я могла поделать?! — обиженно воскликнула и снова ощутила внизу живота тянущую боль.

— Не знаю, но хотя бы залепить ему пощечину!

— Ну, извини, мне было не до этого в тот момент. Я хотела поскорее убраться оттуда, пока Витя не добил меня окончательно словами.

Некоторое время мы обе молчали, Настя хмурилась, словно размышляла о чем-то, а я сосредоточилась на своих проблемах. Боль так сильно напоминала спазмы в матке, что я испугалась. Или это нормально для беременных?

К счастью, через несколько мгновений все прошло, словно и не было дискомфорта. Выдохнув, оторвалась от стены и ушла в ванную. Прополоскала рот, взглянула на себя в зеркало. М-да. Лучше б не глядела. Кожа бледная, глаза опухли из-за слез, синяк расплылся еще больше и отвратительный сиреневый оттенок только все портил. Плеснула в лицо воды, надеясь, что от этого будет какой-то толк.

Когда я вышла, подруга гремела тарелками на кухне. Желудок заурчал, напоминая, что нужно бы и поесть! Забрала мобилку из кармана куртки и пришла к Насте. Она заварила чай и нарезала бутерброды.

— Спасибо, — улыбнулась ей через силу и взяла один.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Включая телефон, переживала, что сейчас получу смс о пропущенных вызовах от Миши. Он ведь уже давно должен был прочесть мое позорное прощание.

Но, спустя пять минут, развозилась и поджала губы. Ничего не пришло. Собственно, а как ты хотела? Миша пропал, все, забудь о нем!

— И что теперь собираешься делать? — Настя и так молчала долгое время, но ее прямо разбирало от любопытства.