Венди Уэкс - Бестселлер по случайности

— Ну, не совсем так, — пошла на попятную Таня. — Хотя в обратное верится с трудом.

— Тогда посоветую не торопиться с суждениями. Порой внешность обманчива! — Голос Фэй звенел от напряжения.

— Только не говори, что меня не должна была удивить Миранда, героиня Мэллори! — засмеялась Таня.

Мэллори вся подобралась.

— Отец Миранды теряет состояние и совершает самоубийство, а несколько лет спустя то же самое делает мать. Я все глаза выплакала!

Мэллори явно смутилась, но промолчала. Кендалл чувствовала, как жадно подруга ловит каждое слово беседы. Понятно: творчество Мэллори Сент-Джеймс давно никто не критиковал.

— Думаю, раз это роман, каждая из нас вольна делать со своей героиней все, что угодно, — главное, чтобы на сюжет работало, — сказала Кендалл, желая разрядить обстановку. Тревог хватало, но сейчас она беспокоилась лишь, как бы не поссориться. — Мне Фейт понравилась, а сексуальных сцен от Фэй я жду с особым нетерпением. Мирандина предыстория отлично объясняет ее целеустремленность и делает восхождение к рейтинговым вершинам еще более впечатляющим. — Кендалл украдкой взглянула на Мэллори: та смотрела в окно и мыслями явно была далеко от фермы.

— Верно. — Фэй тоже не терпелось подавить конфликт в зародыше. — Автором «Брани на вороте» будет считаться Кендалл, поэтому никто не удивится, что жена пастора Стива пишет о сексе, а Мэллори Сент-Джеймс придумала себе такое мрачное прошлое.

Мэллори пристально смотрела в окно.

— Никто не задастся вопросом, какую роль в жизни Тани Мейсон играет некий повар-рекордсмен, — пошутила Кендалл, искренне желая услышать смех. — И почему откровенно одетая блондинка не хватает его обеими руками.

— Вот и славно, — отозвалась Таня, — потому что это никого не касается. Я то же самое матери говорю.

Повисла тишина. Каждая из подруг успокаивалась и выбирала себе новую тактику. Кендалл казалось, в разговоре присутствует некая скрытая от нее тема, которую никто не стремится обсуждать.

— Когда вы предложили писать книгу вместе, я сомневалась, что у нас получится, — призналась Кендалл. — Я ухватилась за эту мысль как за спасательный круг, и боялась отпустить. А сейчас кажется, наша совместная книга будет намного лучше и интереснее, чем та, которую задумывала я.

Мэллори наконец отвернулась от окна, и Кендалл почувствовала, что на маленькой кухне их четверо, что Фэй и Таня тоже здесь.

— Мне очень понравились все ваши идеи, включая неожиданные. Хотя что в них неожиданного? Мы же профессиональные лгуньи, наша работа — сочинять интересные истории. Если на обложке не стоит слово «автобиография», мы вольны писать все, что заблагорассудится. Сколько в судьбах наших героинь правды, а сколько вымысла, никого волновать не должно.

Беседа вернулась на крути своя — подруги спорили, шутили, обсуждали свои задумки. В итоге распланировали первые пять глав, распределили, от чьего имени будет идти повествование в каждой из них, составили расписание стыковки глав и назначили дату очередного созвона.

Конференция закончилась, а Кендалл и Мэллори все сидели за кухонным столом. Солнце спряталось за горы, и небо быстро темнело.

— Жаль, что мне завтра уезжать! — вздохнула Мэллори.

— А мне как жаль! — Кендалл сложила листочки с заметками в кейс для ноутбука.

— Ты справишься?

Кендалл с опаской заглянула себе в душу: к счастью, раны уже заживали.

— Справлюсь, — кивнула она. — Будет нелегко, но я точно справлюсь.

Впрочем, так Кендалл бы ответила в любом случае. Ей давно пора отпустить Мэллори: сколько можно за нее цепляться? Тем не менее здорово, что не пришлось врать. Душевные раны затягивались. Медленно, со скоростью таяния ледника, но затягивались.

— Отлично, а то я устала тебя тормошить и устраивать головомойки.

— С этим ты справляешься еще лучше, чем твои героини! — улыбнулась Кендалл. — Хочешь — рекомендацию напишу или пущу слух в писательских кругах: «Мэллори Сент-Джеймс — великолепная головомойщица».

Обе засмеялись. Кендалл отчаянно старалась не думать о том, что будет сильно скучать по Мэллори.

— Ну, другим головомойки устраивать куда проще, чем себе, — улыбнулась Мэллори. — Надеюсь, ты будешь бороться со своей зацикленностью на ремонте. Захочешь взяться за молоток — сразу звони мне, я быстро приведу тебя в чувство.

— Спасибо, Мэл. — Кендалл поднялась и достала из бара бутылку красного вина. — Сейчас предлагаю перейти на террасу и выпить за успех «Брани на вороте».

— Согласна целиком и полностью. — Мэллори взяла два бокала, Кендалл — штопор. Подруги вышли на террасу, устроились на любимых местах и, подняв ноги на перила, стали созерцать Вселенную.

Глава 24

У таланта самые обычные составляющие — дисциплина, любовь, удача, но на первом месте стоит упорство.

Кендалл отвезла Мэллори в аэропорт, а через три часа приехали дети. За рулем была Мелисса. Кажется, она выскочила из салона прежде, чем затормозила, и Джеффри тоже. Третьей, куда медленнее и нерешительнее, вышла подруга Джеффри.

— Мама, это Диана, сокращенно Ди, — представил Джеффри, сжав мать в объятиях. Он смотрел на девушку с таким обожанием, что у Кендалл сердце заныло. Он всегда был тише и спокойнее сестры. В старших классах Мелисса вовсю крутила романы, Джеффри же проводил время с приятелями и лишь изредка приглашал на свидание девушек.

— Здравствуйте, миссис Эймс! — Голос у Дианы был такой же мягкий и нежный, как она сама. Диана протянула руку, и у Кендалл отлегло от сердца. Разве стоит опасаться этой скромной девочки, которая едва не дрожит от страха и отвечает Джеффри таким же обожающим взглядом?

— Здравствуй, Ди! — тепло проговорила Кендалл. — Здорово, что ты приехала. Близнецы здесь как дома, я привозила их сюда чуть ли не с рождения. Уверена, Джеффри не терпится все тебе показать.

Дети прошли в дом, наполнив его смехом, юношеской энергией и теплом, которое Кендалл впитывала каждой клеточкой. Как же ей этого не хватало!

Кендалл почти удалось избежать разговоров о том, почему они с Кэлвином, хм, живут врозь. Лишь в воскресенье утром Мелисса уединилась с ней на кухне и в своей обычной манере взяла быка за рога.

— Что случилось у вас с папой?

Кендалл пожала плечами и заставила себя соврать, глядя дочери в глаза. Так она делала всегда, если считала, что это в интересах ребенка.

— Доченька, у меня очень жесткие сроки. Я поняла, что успею, только если закроюсь здесь, пока не напишу книгу, — заявила она, а потом выдала крупицу правды: — Дома я работать не могла — постоянно отвлекалась. — «Например, на красотку риелторшу, которой не терпится занять мое место», — мысленно добавила Кендалл. Она знала: Мелисса передаст все брату, и, когда вечером Джеффри вышел к ней на террасу, поняла, что не ошиблась.